Хулиган. Его принцесса

Я выпрямился, сжимая руки в кулаки.

Наконец-то настала моя очередь.

— Вы, ребята, идите, — сказал я Черепу. — Кто-то должен отвезти этого ублюдка домой.

— Ты уверен? — спросил меня Ваня, делая шаг вперед. — Мы можем сами отвезти его.

— В лес, — проворчал Миша.

— Или на ближайшую свалку, — пробормотал Гриша, с отвращением глядя на Еремеева. — Там ему самое место.

Я на мгновение уставился на них.

— Да, ребят, вы останьтесь. А ты, Череп, иди.

Леха не стал останавливаться, чтобы проверить, последовали ли все за ним. Череп подозрительно нахмурился, прежде чем пойти за Орловым, зная, что его нельзя было оставлять одного после каждого визита на склад. Слишком опасно это было, опасно для Орлова…

И я скоро последую за ним.

Мне просто было жизненно необходимо несколько минут побыть наедине с Еремеевым.

— Мне нужно в больницу, — проскулил валяющий на полу уродец.

Я натянуто улыбнулся ему, а затем моя нога с такой силой ударила его по ребрам, что еще немного и мы бы услышали треск костей.

— Громов, что ты…? — недоуменно пробормотал Ваня.

— Не лезь, — мрачно прервал я его. — Вы, — я указал на близнецов, — поднимите его.

Гриша и Миша подчинились и подняли Еремеева за руки, не скрывая своих довольных ухмылок. Игорь, окончательно простившись с гордостью, разревелся, пуская слюни и сопли, разбавленные красными разводами крови.

— Я видел тебя сегодня утром, — прошептал я, приподнимая его голову за волосы. — Ты пытался причинить ей боль.

— К-кому? — заикался он.

— Тане Градовой.

Его глаза расширились от смеси страха и ужаса.

— Она твоя? Данил, я не знал! Я не…

Моим ответом послужил удар ногой в пах.

— Что ты имеешь против нее? — спросил я.

— Пожалуйста! — завыл Еремеев от пронзительной боли в паху.

— Что?!

— Я просто слышал, что она та еще шлюха, которая трахается со всеми направо и налево, — пропищал он.

И я, подстегнутый яростью, начал непрерывно бить его по лицу, пока мои руки не оказались перепачканы его кровь, а его нос не оказался сломан.

Потому что кому как ни мне было известно, что Таня до недавних пор была еще совсем девочкой. Моей девочкой…

— Громов, Твою мать. Прекрати! — раздался голос Вани, а затем он дернул меня за руку, отрывая от моей пока еще живой груши для битья.

Я опустил руки и отступил назад, любуясь своей проделанной работой. Лицо Еремеева напоминало кровавое месиво, а он сам едва дышал. Он был слаб, но все еще находился в сознании.

— Никому не рассказывай о том, что здесь произошло, — негромко предупредил я и Еремеев вскинул голову. — Ты же знаешь, что если ты хоть пикнешь, то нам об этом станет известно. Имей в виду, подавать заявление в полицию тоже будет бессмысленно. И не смей, — я наклонился и увидел, как глаза Еремеева расширились от страха, — больше связывайся с Таней.

Сказав это, я последний раз ударил его кулаком по челюсти. Изо рта ублюдка потекла кровь, а его голова безвольно пала вниз. Он был в отключке.

Близнецы ослабили хватку и позволили ему упасть на пол. Некоторое время мы все молча смотрели на него.

— Теперь тебе легче? — наконец разорвал тишину Ваня.

Я, не сводя глаз с этого ублюдка, долго стоял неподвижно, а потом перевел взгляд на свои руки. Чужая кровь запеклась на костяшках пальцев, окрасив серебряные кольца в красный цвет.

Я глубоко вдохнул.

Да… Мне стало легче.

Теперь я мог со спокойной душой направиться к Орлову, который наверняка чувствовал себя куда хуже, чем я.

— Вывезите его отсюда, — сказал я на выдохе.

Ваня скрестил руки и пристально посмотрел на меня.

— Мне любопытно — кто такая эта Таня?

— Разве она не представитель второго курса, да и универа в целом? Это же она — одна из самых горячих и богатых цыпочек в универе? — спросил Миша, бросив на меня быстрый взгляд. — Кое-кто, видимо, запал на нее, да? Леха и Череп хоть знают об этом? О ней?

— Я плачу вам, ребята, не за любопытство. — спокойно парировал я, вытирая руки о тряпку, которую протянул мне Гриша. — Я плачу вам за то, чтобы вы делали то, что я вам говорю, и желательно с закрытыми ртами.

Ваня усмехнулся и насмешливо вымолвил:

— Как скажете, господин хозяин.

А затем я повернулся и направился к двери, ведущей на выход.

POV Таня

В аудитории пронесся шепот, и стало понятно, что здесь снова что-то произошло.

На мгновение я замерла на пороге, не решаясь перешагнуть его из-за тревожных мыслей. А не из-за меня ли все шепчутся?

Но когда никто на меня даже не взглянул и не стал тыкать пальцем в мою сторону, я расслабилась и направилась к своему месту.

Мне даже не нужно было спрашивать, что происходит, потому что, как только я устроилась за партой, Ульяна повернулась ко мне и спросила:

— Ты слышала, что случилось прошлой ночью?

— Нет, — ответила я, доставая свой конспект. — Но я уверена, что ты мне расскажешь.

Милена привлекла мое внимание, импульсивно взяв меня за руку.

— Я слышала, он кое-кого избил.

Я постаралась не вырвать руку из ее хватки, не сильно обожая подобные прикосновения. Но как только смысл ее слов дошел до меня, я затаила дыхание и спросила:

— Кого?

— Игоря Еремеева, старшекурсника, — тут же ответила она, а мое сердце просто перестало биться.

— Чего?! — спохватилась только что подошедшая Сабина. — Это который бегун-легкоатлет и гордость универа?! Капец!

— Он не хочет говорить администрации, кто это сделал, — вновь заговорила Ульяна и моя голова метнулась к ней. — Но все уверены, что это былОН.

И без вопроса было понятно, кого имела в виду Уля — Орлова. Но был ли это он на самом деле? Сомневаюсь.

— Это точно он! — воскликнула Милена. — Кто станет избивать кого-то без причины?

Мой телефон завибрировал в сумке и я, выдернув запястье из цепкой хватки одногруппницы, вытащила его и увидела пришедшее сообщение.

Неизвестный номер.

И всего два слова.

Когда я прочитала сообщение, по позвоночнику пробежал холодок.

“Для тебя.”

Глава 9. Вес сожаления

POV Даня

— Бедный Игорь. Говорят, его так сильно избили, что он не может даже ходить.

— Я слышал, что он в крайне тяжелом состоянии.

— Я пыталась навестить его. Но меня не пустили.

— Я до сих пор не могу в это поверить.

— Тебе лучше поверить в это. И в то, что мы скорее всего больше не увидим здесь Игоря. Вы же знаете, как это обычно бывает. После встреч с ними, никто не возвращается…

Весь день универ то и дело гудел об участи Еремеева. Не было ни одного студента, который бы воздержался от обсуждения этой темы.

Пройдя через свой корпус, я вышел через эвакуационный выход и нашел ожидающего меня Орлова. Он опирался спиной о стену и смотрел в свой телефон.

— Почему все говорят, что его сильно избили? — пробормотал Орлов, поворачивая голову ко мне. — Я только немного подпортил ему лицо.

— И ушиб ребра, но это неважно, — добавил я, засовывая руки в карманы джинсов. — Ты же знаешь, что такое слухи. Они обычно преувеличены. Тебе не о чем беспокоиться.