Хулиган. Его принцесса

Сопляк…

— Оставь его в покое, — прошептал мне Череп. Я не мог не заметить обеспокоенного выражения на его лице. — Мне кажется, ему нехорошо.

Я нахмурился, взглянув на Рябинина, и так же тихо ответил:

— В последние дни он и правда какой-то мрачный.

— И он много спит. Вчера он даже уснул прямо на лекции. А два дня назад он вообще проспал первые пары и пришел только к третьей.

— Есть предположения, что с ним?

— Нет, — Череп покачал головой. — Я хотел отвезти его в больницу, но он не согласился.

— Я поговорю с Лехой. Посмотрим, сможет ли он заставить этого сопляка пройти обследование.

— Я вас слышу, придурки, — огрызнулся Рябинин через плечо. — И со мной всё нормально. Мне не нужно это гребаное обследование.

Я нахмурился еще сильнее и спокойно посмотрел на него, а затем наклонился к Черепу и прошептал:

— Поговорим об этом позже, — тот согласно кивнул в ответ.

— Я всё еще слышу тебя!

Усмехнувшись, я столкнул Черепа с дивана.

— Почему бы тебе не заказать нам что-нибудь поесть, бесполезный ты хозяин? Где твое гостеприимство?

— Я вообще-то кое-что нам готовлю.

— Кстати, пахнет гарью, — пробормотал Рябинин, принюхавшись.

— Блять! — на лице Черепа отразилась паника и он, быстро поднявшись на ноги, побежал на кухню. — Мои кексы!

Чего?

Ксюша, должно быть, сдержала свое обещание дать Черепу рецепт тех пирожных. И как бы забавно это ни было, я не сомневался, что Череп сможет повторить ее шоколадно-карамельные кексы. Может быть, он и идиот, но работать руками он умел — будь то драка или готовка.

Мой взгляд снова прильнул к Рябинину.

— Ты выглядишь бледным и больным, — сказал я ему. — Иди приляг, малыш.

Яростно стиснув контроллер в своих руках, Рябинин пробормотал:

— Почему бы тебе просто не оставить меня в покое и не пойти подцепить еще парочку венерических заболеваний?

Черт возьми, меня уже тошнило от их шуток о венерических заболеваниях. И виновата в этом была Таня, наговорившая Ксюше всякой ерунды.

— И перестань называть меня малышом.

— Пока ты младше меня, я никогда не перестану называть тебя малышом, — проворчал я в ответ. — Ха. Похоже, это значит, что я буду называть тебя малышом… вечно.

— А вы подходите друг другу больше, чем я думал, — с отвращением пробормотал Рябинин.

О ком это он?

Прежде чем я успел спросить, что он имел в виду, дверь внезапно распахнулась и на пороге появился Орлов. Увидев его, я мгновенно вскочил с дивана и застыл от увиденной ярости на лице своего лучшего друга.

Что это с ним?

Что-то произошло?

Если бы кто-то перешел дорогу моему лучшему другу, клянусь Богом, я бы…

И тут я заметил, что Леха не сводил глаз с Влада.

И тут меня осенило…

Что, черт возьми, этот сопляк натворил на этот раз?

— Лех… — тихо и успокаивающе начал я, но Орлов, казалось даже не услышал меня.

— Что ты сказал Ксюше?! — прорычал он на Рябинина.

И тут же мирный, безмятежный день, на который я рассчитывал, разбился вдребезги.

Глава 31. Боль и раскаяние

POV Даня

— Знаешь, ты просто идиот, — сказал я Рябинину, когда доктор вышел из палаты. — Какого хрена ты это сделал?!

Влад ничего не ответил и просто уставился в потолок.

Я вздохнул и откинулся на спинку стула.

Я ненавидел находиться в больнице, ненавидел этот больничный запах, ненавидел гнетущее чувство и воспоминания. Больница была последним местом, где я хотел бы оказаться.

И это была вина этого маленького засранца, что мне пришлось здесь оказаться.

*****

— Я лишь оказал тебе услугу.

Именно это Влад сказал Орлову вчера, когда Леха спросил, что он сказал Ксюше. Насколько я мог судить, этот сопляк столкнулся с Ксюшей и наговорил ей такого, что довел девчонку до слез, а Леху до ярости.

— Заставив меня потерять ее?! — прорычал Орлов.

Влад поднялся на ноги и встретился с ним взглядом.

— А ты планировал оставить ее у себя? Навсегда? Или ты, может быть, собирался рассказать ей всё? О себе? О своем прошлом? О том, почему ты делаешь то, что делаешь? Думаешь, она сможет справиться с твоими демонами, если уже считает тебя монстром?

— Рябинин, сука, это не твое собачье дело.

— Не мое дело? — недоверчиво повторил Рябинин. — Блять, Орлов, посмотри правде в глаза! Вы с ней не будете вместе вечно. Когда-нибудь она поймет, что ей лучше без тебя. И что станет с тобой тогда? А? Где ты окажешься без нее?!

— Заткнись, — сквозь стиснутые зубы процедил Леша.

— Я не устаю повторять тебе, что никакие отношения не длятся вечно! Блять, если бы это было так, то у моей мамы не было бы четырех бывших мужей, а папа не разводился бы сейчас со своей второй женой. Родители Громова не ссорились бы постоянно. А родители Черепа хоть и жили счастливо, но прожили недолго, потому что умерли. И твой отец не бросил бы твою мать!

Орлов сделал выпад в сторону Рябинина, но я быстро оказался перед ним, сдерживая порывы лучшего друга наваляться тому, кто очень сильно напрашивался.

Я бы и сам был не прочь от души навалять ему, но сначала нужно было успокоить Орлова. Череп был того же мнения, потому что стал отталкивать своего друга подальше от Лехи.

— Рябинин, твою мать! Почему тебе так трудно держать свой гребаный язык за зубами? — огрызнулся Череп на Влада.

Но тот даже не слушал.

— Очнись, Орлов, — отчаянно кричал он. — Ты совершил ошибку, начав с ней встречаться.

— Не тебе это решать, — сказал Орлов, пытаясь сдержать дрожь гнева в голосе. — Никто из вас не решает.

— Мне это уже осточертело! Мне, блять, надоело видеть тебя жалким. Посмотри, каким жалким ты стал с ней. Ты совершаешь ошибку. Неужели мать ничему не успела тебя научить?

И тогда Орлов вырвался из моей хватки и набросился на Рябинина, повалив того на пол. И я был почти готов позволить Леше забить этого придурка до смерти, выместив на нем всю свою злобу, но я знал, что он никогда не простит себе, если с Владом случится что-то непоправимое.

Когда Черепу удалось наконец оттащить Орлова от Влада, я быстро вытащил своего лучшего друга на улицу, чтобы успокоить его.

А когда Леха наконец взял себя в руки, Череп сказал мне, что Рябинина нужно доставить в больницу. Влад потерял сознание и Череп сильно волновался за него.

*****

И вот мы были здесь.

Влад не отвечал и ни с кем из нас не разговаривал. Орлов был дома и заперся в своей комнате, а Череп присматривал за ним. Он хотел прийти, но не хотел видеть Рябинина. Он был зол на него за то, что тот сказал, и хотел показать Леше, что не сердился за то, что произошло с Владом. Череп знал, что Орлов уже сожалел о своих действиях, а потому не стал его корить за то, что он так поступил.

— Я знаю, что ты хотел как лучше, — пробормотал я, обращаясь к лежащему на больничной койке другу. — Я знаю, что Орлов тебе дорог. Но то, что ты сделал, было неправильно.

Он по-прежнему молчал, побудив меня устало вздохнуть. Я уронил голову на руки, уперевшись локтями в колени, и закрыл глаза.

Может быть, мне стоит просто уйти, вместо того чтобы разговаривать здесь с самим собой…

— Я просто пытался спасти его от будущего горя.