Корона лжи

— Ну же. Подумай секунду.

Это заняло всего секунду. И как только это произошло, я разозлилась на себя за то, что не заметила этого раньше. Я хмыкнула:

— Потому что они хотят получить преимущество. Сильные мира используют магию тайно, очерняя людей. Все для того, чтобы не дать остальным воспользоваться преимуществами магов. Проклятье.

— Отлично! — Разай усмехнулся, обхватил меня за плечи и притянул к себе.

Я врезалась в его твердое тело. Шок от его мускулистой, высокой фигуры и пьянящего аромата охватил меня. Только то, как его рука провела по моему плечу, заставило меня представить, как она будет скользить по моей талии, по бедру…

Его бедро прижалось к моему боку, пока я, спотыкаясь, шла к университету, сбитая с толку собственным сердцем.

— Думаю, ты прекрасно справишься с этой работой, — признался Разай, увлекая меня за собой по лестнице. — А теперь давай погрузимся в обстановку.

«Я просто не привыкла, чтобы меня трогали. Вот и все».

Эта мысль заставила меня снова сосредоточиться. Мой учащенный пульс угрожал навсегда испортить мне слух. Мне нужно было уйти. Быстро.

Я вывернулась из его рук без малейшего изящества. Мой позвоночник ударился о металлические перила, и я получила еще один синяк.

— Личное пространство! — закричала я, обведя вокруг себя рукой. — Ты видишь это?

Мое тело предало меня. Оно хотело совершенно противоположного. Оно считало ненадежного придурка достойным спутником. Оно покалывало во всех местах, к которым он прикасался или задевал.

Я остро отреагировала и разозлилась только потому, что он красивый и сексуальный.

Разай посмотрел на меня щенячьими глазами, что выглядело странно на его безэмоциональном лице.

— Ты все время обнимаешь Азру! И Жасмин! И даже некоторых своих клиентов!

— Ты… обиделся? — моя паника немного успокоилась.

Он отвернулся.

— О боги, — вздохнула я, перестраивая мысли в соответствии с новой информацией. Он думал, что мы близки. Чувствовал, что мы уже друзья. — Слушай, Разай, ты давно за мной наблюдаешь. Ты когда-нибудь слышал о парасоциальных отношениях?

Он покачал головой, все еще уязвленный.

— Это односторонние отношения. Ты, очевидно, думаешь, что хорошо меня знаешь, раз так долго наблюдаешь за мной, но я знаю о твоем присутствии всего несколько дней, большую часть которых была уверена, что ты хочешь меня похитить. Ты наблюдал за тем, как я общаюсь с близкими мне людьми. Азра мне как сестра! Я работаю с Жасмин уже два года! Мне с ними комфортно. Я им доверяю. Мы, — сказала я, указывая на нас, — еще не пришли к этому.

Его выражение лица посветлело.

— Значит, ты говоришь, что шанс все-таки есть.

— Боги, — выругалась я себе под нос.

Разай ухмыльнулся.

— Я просто должен убедиться, что ты знаешь меня так же хорошо! Конечно! Приготовься к тому, что тебе придется пройти курс обучения по всему, что касается Разая Караха! К концу месяца мы станем соучастниками преступления, Грэй!

— Отвратительная формулировка, — сказала я, ужаснувшись. От этого стало ненамного лучше.

— Ты сказала, что хочешь острых ощущений, — ответил он.

Потом я вспомнила, что мы обсуждали раньше.

— Подожди, Разай. Ты говорил о защитной магии? Я не до конца все поняла. Почему я раньше не сталкивалась с подобным?

Он зачарованно наблюдал, как пчела вилась вокруг его уха, обнюхивая маргаритку, и ответил:

— Ну, до сих пор люди просили тебя найти то, что они хотели найти. К тому же, насколько я могу судить, у тебя не очень богатая клиентура. На этот раз твой преступник скрывается. И кто знает, какие еще заклинания были наложены или какие чары сбивают твою магию?

— А ты, как я понимаю, много знаешь об этом.

Пчела села на цветок, и Разай замер в восторге и шоке. Не шевелясь, он ответил:

— Конечно. У меня есть свой защитный амулет.

Мой желудок сжался. Я осмотрела его тело. На нем было много сережек, но это казалось неправильным. Никаких аксессуаров, кроме ремня, ничего, что бы указывало…

Цепочка его ожерелья сверкнула в солнечном свете.

— Сними его, — мягко приказала я.

В его взгляде мелькнуло озорство.

— Вот так, при всех? Детектив, да вы бесстыдник…

— Твое ожерелье, — холодно констатировала я. — Твое ожерелье — это талисман, не так ли?

Опасная сторона Разая снова проявилась. Та самая, которую он в свое время открыл Азре.

Его дразнящая ухмылка исчезла.

Глава 13

Он злился, потому что что-то скрывал? Или злился, что я его подозревала? Я вздернула подбородок и приготовилась к демонстрации силы и влияния, которую обычно показывали архангелы.

Но также быстро, как и появилась, его серьезность исчезла, и он с сожалением закатил глаза.

— Как всегда, права. Если ты будешь говорить о том, что тратишь время впустую, я буду тебя веселить.

Он снял ожерелье и протянул его мне. Амулет был теплым в моей руке, я поднесла его к носу и вдохнула. Все это время я призывала свою магию интуиции.

В конце концов, речь шла не о слежке. Речь шла о том, чтобы почувствовать его связь с нападениями с помощью моей интуиции. Но я не была готова к тому, что он начнет задавать вопросы о моих способностях, поэтому в данном случае, он подумает, что я использую свой супернюх, чтобы его выследить.

Пчела улетела, и он грустно посмотрел ей вслед.

Мою интуицию было нелегко направить в нужное русло. Если «слежка» — это собака, готовая по малейшей команде броситься вперед, то «интуиция» — это кошка, которая бросается вперед, когда ей вздумается. После того, как хорошенько выспится.

Иногда интуиция проявлялась неожиданно. Иногда она приходила в тот момент, когда я больше всего в ней нуждалась. Обычно она спасала меня, когда я попадала в беду. Но, когда чувствовала себя неуверенно и неполноценно, как сейчас, мне приходилось ее уговаривать.

Но одно обстоятельство все же не давало мне покоя. Если Разай носил защитный талисман, то как мне удалось его выследить?

Разаи смотрел куда-то вдаль, пока ветер раздвинул воротник его рубашки.

«Боже, да я извращенка».

Между нами повисло молчание.

Пришло время выяснить правду.

Если я закрою глаза, то это поможет, верно? В темноте я думала о Разае и нападениях. Мою интуицию не пришлось долго уговаривать, она появилась сама по себе. Но как бы я ни напрягалась, она не видела в Разае что-то интересное. Ничто не указывало на то, что именно он напал на студентов.

Это было больше, чем просто облегчение.

Когда я открыла глаза, Разай тоскливо смотрел вдаль, словно ждал возвращения пчелы.

— Рад, что прошел испытание. О, и прежде чем ты начнешь извиняться, не нужно ничего объяснять. Ты делаешь свою работу, а я нанял тебя, чтобы ты делала ее хорошо. Это замечательно, что ты вообще подумала обо мне. Больше никто этого не делал.

— Я не собиралась извиняться, и ты, вероятно, должен был быть моим первым подозреваемым, — отмахнулась я, проходя мимо него. — Давайте продолжим.

— Ты воспользовалась только одной силой, — заявил он.

Я остановилась.

— Да.

— Как непрофессионально.

К тому времени, когда я повернулась к нему, чтобы ответить, он уже продолжил.