Жестокий Король

ГЛАВА 46

Наконец-то идеально

Мэйси

— В конце концов, нам придется встать с постели. Я уже слышу, как Бланка где-то убирается, и пройдет совсем немного времени, прежде чем она направится в спальню. — Я дергаю за незнакомые короткие пряди на макушке Нико, когда он растягивается на мне. Они не такие короткие, как у Марко, но новая прическа Нико делает близнецов еще более неразборчивыми.

—Пусть подождет. — Он оставляет поцелуй между моими грудями. — Еще нет даже девяти, и мы заслужили это после вчерашнего. — Его язык скользит между губами и ласкает мою чувствительную обнаженную кожу.

Нико занимался со мной любовью всю ночь, ни разу не отпустив меня. Даже в течение нескольких часов, которые нам удавалось поспать, его тело оставалось прижатым к моему, как будто я каким-то волшебным образом исчезну, если бы наша кожа не соприкасалась. На этот раз это не было похоже на безумно горячее родео. Он не торопился, входя и выходя из меня, и мы наслаждались каждой минутой. Я никогда не чувствовала себя такой любимой, такой желанной. Эмоции обжигают мне глаза при этих жарких воспоминаниях, и я быстро моргаю, чтобы сдержать слезы.

—Тебе не обязательно плакать, лисенок. — Пытливые глаза Нико находят мои, и он хмурится. — Если ты так сильно хочешь встать с постели, я тебя отпущу.

Я качаю головой, из меня вырывается слабый смешок. — Дело не в этом, глупый. — Обхватывая его лицо руками, я притягиваю его губы к своим. Его хмурый взгляд немедленно исчезает, когда он уступает нежному поцелую. — Это слезы счастья, — наконец признаю я, когда он отстраняется.

Он долго изучает меня, как будто не совсем верит в то, что я говорю. — Так с тобой действительно все в порядке?

У меня кружится голова. — Я счастлива. Прошлая ночь была невероятной, и теперь, когда Джаспер и Цянь ушли из нашей жизни…

—Мы можем двигаться вперед, — заканчивает он.

Долгая минута молчания опускается на нас, пока мы по-прежнему смотрим друг другу в глаза.

—Ты же знаешь, что у меня никогда не было намерения жениться на Джие, верно? Вот почему я никогда тебе не говорил.

Я тяжело сглатываю, стеснение в груди возвращается. Вчера я несколько ужасных часов сомневалась в нем.

—С того момента, как я увидел тебя в том транспортном контейнере, я знал. Ты моя. Я продолжал разыгрывать шараду с помолвкой только для того, чтобы держать Цяня в узде. Очевидно, эти усилия оказались тщетными, как только я сообщил ему, что сделки не будет. — Его большой палец нежно касается моей щеки. — Я должен был сказать тебе, но я никогда не думал, что дойдет до этого.

—Все в порядке. Все кончено, и мы оба живы. Это все, что имеет значение.

Нико целует меня в лоб. — Grazie a Dio²⁷. — Слава Богу, он прав.

—Хватит о темном и мрачном. Я смутно припоминаю, что вчера ты упоминал что-то о сюрпризе?

Его блестящие голубые глаза искрятся весельем. — Ммм, да, я действительно упоминал об этом, не так ли?

—Пожалуйста, не говори мне, что это голова Джаспера в коробке. — Тошнота подкатывает к моему горлу при этой отвратительной мысли. Он не рассказал мне много подробностей о кончине моего бывшего, но, зная характер Нико, я уверена, что это было ужасно и жестоко. Именно то, что этот придурок заслужил.

Он отодвигается, открывая мне вид на его идеально вылепленную мужскую фигуру. Я откровенно пялюсь на него, пока он неторопливо идет к гардеробной. Этот прекрасный феникс, распростертый на его широких плечах, вибрирует жизнью при каждом движении его рельефных мышц.

Нико исчезает в шкафу, и оттуда доносится жалобный вздох. Боже, я слишком одержима этим человеком. Секунду спустя он появляется снова, держа в руках маленькую белую коробочку с большим красным бантом, стратегически расположенную перед его мужскими частями тела.

Я не могу сдержать смех, который вырывается наружу, когда он подходит ближе. — Она определенно слишком мала для головы Джаспера. Это едва прикрывает твои… гениталии.

Он злобно ухмыляется. — Мой твердый как камень член?

—Да. — Жар обжигает мои щеки, когда я смотрю на него.

Нико садится на край матраса и кладет подарочную коробку между ног. — Ты знаешь, я люблю, когда ты краснеешь. Они приобретают тот же соблазнительный оттенок, что и тогда, когда я погружаюсь глубоко в эту киску, а ты в нескольких секундах от того, чтобы кончить.

Жар усиливается, и я тяжело сглатываю, сосредоточившись на настоящем, а не на тепле, которое сейчас разливается по всему телу, я хватаю маленькую коробочку и с опаской смотрю на нее. — Там же не его глаза, верно?

—Что ж, открой и узнаешь.

—Если это будут глазные яблоки, мне будет не до смеха.

—Просто открой, лисенок.

У меня сводит живот, когда я поворачиваю коробку в руке, осматривая все уголки. Я встряхиваю ее, и что-то твердое ударяется о стенки. Определенно не глазные яблоки. Глубоко вздохнув, я дергаю за ленту, и четыре створки коробки открываются.

В центре находится розовый ключ с выгравированным сверху словом “ДОМ”.

Мои мокрые от слез глаза перебегают с ключа на Нико и обратно, горло сжимается от эмоций.

—Мне нужно, чтобы ты переехала ко мне насовсем, лисенок. Я хочу создать с тобой дом. Я не могу представить жизнь, в которой я не просыпаюсь каждое утро рядом с тобой. До твоего переезда этот пентхаус, как и мое сердце, был темной, бездонной пустотой. Ты наполнила его такой любовью, такой радостью, что мысль о потере всего этого совершенно невыносима. Я обожаю тебя, Мэйси Джордан, и я хочу провести остаток своей жизни, показывая тебе, как ты дорога мне и как я счастлив разделить с тобой жизнь.

Я сжимаю в ладони маленький металлический ключ, и по щекам текут слезы. Как бы сильно я ни скучала по своему таунхаусу, дом там, где Нико.

—Так что ты скажешь?

—Ты на самом деле даешь мне выбор? — Я поддразниваю. — Я думала, ты просто будешь вечно держать меня пленницей в пентхаусе.

—Я пытаюсь стать лучше, лисенок. Теперь ты можешь просто подыграть?

Я обвиваю руками его шею сзади и притягиваю к себе. Покрывая его губы поцелуями, я бормочу, —Конечно, я согласна, ты, сумасшедший преследователь. Если бы я сказала “нет”, я бы обнаружила, что ты наблюдаешь за мной в моей спальне в любое время ночи, не так ли?

—Ты так хорошо меня знаешь, любимая. — Его губы захватывают мои, и я опускаюсь на матрас, ощущая его успокаивающий вес, прижатый ко мне.

—Любимая, мне это нравится, — шепчу я ему в губы.

—Лучше, чем лисенок? — Он выглядит совершенно оскорбленным.

—На самом деле, это прозвище мне тоже очень нравится.

—Хорошо. Потому что ты всегда будешь моим лисенком. — Он помещает свои бедра между моих бедер, и его возбуждение касается моего центра.

Я стону от пьянящего ощущения, когда он толкается. — Нико… Я думала, мы наконец-то встанем с постели, чтобы Бланка могла прийти сюда и убраться.

Он входит в меня, только кончиком, и моя спина выгибается, когда загорается тугой комок нервов. — Я лучше буду жить в грязи, чем не трахну тебя прямо сейчас. — Эти озорные глаза находят мои, и он проникает в меня до конца.

Стон вырывается у меня от запредельного ощущения наполненности.

—Значит, это “да”? — Его ухмылка становится шире, когда он медленно выходит из меня, а затем снова наполняет меня до отказа.

—Хорошо, только поторопись. — Есть кое-что важное, что я все время забываю рассказать ему о Бланке, но его сильные руки держат меня в клетке, и когда он делает это, кажется, я не могу сосредоточиться.