Жестокий Король

ГЛАВА 34

Наше

Мэйси

Мои ноги словно желе, моя киска все еще пульсирует от последнего умопомрачительного оргазма, когда я выхожу вслед за Нико в фойе, полностью обнаженная. Нелепая улыбка застывает на моем лице, когда горячие воспоминания о последних нескольких часах штурмуют мой разум. Они будут жить там бесплатно до конца моей жизни. Смешок срывается с моих губ, когда я вижу то же легкомысленное выражение на лице сурового босса мафии.

Не думаю, что когда-либо видела Нико таким счастливым. Ему идет, он кажется моложе. Я так много чего не знаю о его жизни, так много секретов, которые он не раскрыл. Я не могу представить, какое воспитание заставляет человека становиться монстром только для того, чтобы выжить. Пообещав себе, что узнаю о нем все, прежде чем влюблюсь сильнее, я сжимаю свои пальцы вокруг его и пока что отгоняю мрачные мысли.

Нико останавливается у раздвижных дверей балкона, и бледный лунный свет освещает жесткие линии его щек и подбородка. Он выглядит ужасающе красивым. Дикая улыбка растягивает его губы, когда он окидывает меня взглядом, задерживаясь на каждом дюйме моего тела, и это тщательное изучение почти причиняет боль.

Свободной рукой он открывает дверь, и от порыва прохладного ночного воздуха по моей коже бегут мурашки. Мои соски покрываются мурашками, а взгляд Нико становится хищным.

—Пойдем со мной, лисенок. — Он притягивает меня ближе, пока я не достигаю порога балкона.

Я упираюсь пятками в мраморный пол и смотрю на него снизу-вверх. — Что, черт возьми, ты делаешь?

—Я обещал незабываемую ночь, не так ли? — Озорной блеск проскальзывает в этих блестящих голубых глазах.

—И это значит быть голыми на балконе?

—Нет, это значит, что я трахну тебя на балконе, пока мы осматриваем раскинувшийся под нами город и наблюдаем, как ты кончаешь над величайшим городом на земле.

Озорная жилка, которой, я уверена, я заразилась от Нико, бросает жар в мою душу. — Ты серьезно?

Нико вытаскивает меня на улицу, и свежий ветерок овевает мою разгоряченную кожу. Над головой нависает темнота, но постоянное мерцание огней царит в городе, который никогда не спит. Большинство небоскребов вокруг нас - офисные здания, и сейчас почти два часа ночи, но все же, что, если кто-нибудь нас увидит? Желание прикрыть мою обнаженную грудь непреодолимо. По крайней мере, моя нижняя половина закрыта стеной из мраморных колонн, образующих элегантные перила.

Нико подводит меня к краю веранды и заключает в объятия. Когда его мускулистая фигура накрывает меня, я чувствую себя гораздо менее уязвимой. Его подбородок покоится на моем плече, а его эрекция уже трется о мою задницу. Этот мужчина - зверь. Я даже не уверена, как физически возможно все еще быть возбужденным. Мы выглядываем из-за барьера, на сорок этажей ниже. У меня непреодолимое желание крикнуть: “Я королева мира!” но каким-то образом я сдерживаю неловкую фразу, прежде чем она вырывается наружу.

—Это все наше, лисенок, — шепчет он мне на ухо, вызывая новую волну мурашек по коже.

Наше. Это слово не должно иметь такого большого веса, как оно имеет. Я выросла со всем, что могла предложить жизнь, а потом женилась на большем, но ничто по-настоящему не казалось моим. Я была всего лишь дочерью Глории Вандербильт или женой Джаспера Уитекера. С Нико я чувствую себя самой собой больше, чем за всю свою жизнь.

Я оборачиваюсь и натыкаюсь на ожидающие гипнотические глаза. — Я хочу основать фонд для женщин, подвергшихся насилию, — выпаливаю я. Это уже давно занимало мои мысли, но у меня никогда не хватало смелости признаться в этом.

Намек на улыбку тронул уголок его губ, и я клянусь, что-то похожее на гордость мелькает в мерцающем голубом свете. — Я думаю, что это замечательная идея, лисенок, и ты как раз та женщина, которая возглавит фонд. И Gemini Corp будет первой, кто профинансирует некоммерческую организацию значительным пожертвованием.

Моя грудь раздувается, сердце взлетает, как будто у него действительно выросли крылья. Джаспер рассмеялся, когда много лет назад я предложила основать благотворительную организацию. Мои руки обвиваются сзади вокруг шеи Нико, и я прижимаюсь губами к его губам. — Я отчаянно близка к тому, чтобы влюбиться в тебя, Нико Росси, - шепчу я ему в губы. — И я в ужасе.

Эти пронзительные глаза останавливаются на мне, и его улыбка превращается во что-то более мрачное. — Так и должно быть, лисенок. Но, пожалуйста, не останавливайся. — Его рот претендует на мой, и огненный жар бушует внутри меня. Он кружит меня, его рот все еще прикован к моему, а его рука скользит вниз к верхушке моих бедер.

Возбуждение все еще сводит меня с ума от бесчисленных оргазмов, которые он дарил мне в течение ночи, и его палец легко скользит по моим влажным складочкам, чтобы найти клитор. Он начинает кружить, и мои бедра мгновенно реагируют на его прикосновения, повторяя его движения. Говоря о физической невозможности, я не знаю, как я все еще готова к этому.

Он отпускает мой рот, чтобы прикусить мочку моего уха, и моя спина выгибается навстречу ему от ощущений покалывания в позвоночнике. Его свободная рука обхватывает мой подбородок, заставляя мой взгляд устремиться к горизонту. — Прими все это, детка. Весь город у нас на ладони. Я хочу отдать все это тебе.

И я хочу забрать у него все. Я хочу его целиком и безраздельно.

Я завожу руку за спину и глажу его твердую длину. Волна возбуждения пробегает по моему позвоночнику. Я не могу поверить, что собираюсь это сделать. Я собираюсь позволить Нико Росси трахнуть меня на его балконе посреди ночи. Я слегка наклоняюсь вперед, так что мои груди касаются гладких мраморных перил, и направляю его возбуждение к моему пульсирующему центру.

С этой точки зрения я понятия не имею, что я делаю, но я просто надеюсь, что Нико поймет идею. Образ того, как он обнимает меня сзади, когда мы смотрим на город, странно волнует.

—Ммм, лисенок, ты сводишь меня с ума, когда берешь контроль в свои руки, — шепчет он в чувствительную раковину моего уха. — Ты хочешь, чтобы я трахнул тебя прямо здесь, на глазах у всего Манхэттена, детка? Притвориться, что все эти чопорные бизнесмены в костюмах смотрят и теперь без сомнения поймут, что ты принадлежишь мне?

—Да, — выдыхаю я, когда его палец начинает двигаться быстрее.

Его толстая головка скользит по моей намокшей киске, и крошечные электрические искорки зажигают каждое нервное окончание. Они уже привыкли к его прикосновениям и точно знают, какое мучительное удовольствие последует дальше.

Он вводит кончик, и с моих губ срывается стон. — Это то, чего ты хочешь, лисенок?

—Еще, — практически мяукаю я.

—Ты хочешь, чтобы мой член был глубоко внутри тебя?

—Да, Нико, боже, да, я хочу твой член. — Я стискиваю челюсть в тот момент, когда вылетает грязное слово.

Мрачный смешок раздается позади меня за мгновение до того, как он входит в меня, заполняя до отказа. Меня так переполняет удовольствие, что я не могу сосредоточиться на этой маленькой оговорке. Мать, отец, Нико Росси действительно меня развращает.

Он проникает еще глубже, прижимая мои груди к холодному мрамору. Прикосновение ледяного камня к моей разгоряченной коже усиливает каждое волнующее ощущение. Я ненавидела, когда Джаспер брал меня сзади. Я чувствовала себя как собака, которую трахают. Но с Нико все по-другому. Его губы скользят по моей спине и плечам, боготворя каждый дюйм моего тела своим языком и ртом. Его пальцы ласкают мой клитор в такт его толчкам, и, черт возьми, это невероятно. Я уже чувствую, как нарастает еще один мощный оргазм.