Страница 68 из 126
Нико выпрямляется и проводит рукой по своим растрепанным волосам, его взгляд останавливается на мне. Галстук сзади развязался, и с яростью, пронизывающей эти блестящие глаза, он выглядит как темный ангел мести, поднявшийся прямо из недр ада. — Я люблю тебя, Мэйси. — Он встает и идет ко мне, низко опустив голову. — Ты кое-что сделала со мной, кое-что гораздо более сильное, чем мое безжалостное желание мести или власти. Я бы сделал для тебя все. Я был бы кем угодно, чтобы сделать тебя счастливой. Я совершенно безумен, одержим и влюблен в тебя.
Мое хрупкое сердце разбивается на миллион кусочков, когда я встречаюсь с этими измученными глазами. — Я-я… — Я хочу сказать эти три коротких слова в ответ, но страх застревает у меня в горле.
Марко поднимается с земли, вытирая разбитую, окровавленную губу. — Я, э-э, оставлю вас, ребята, наедине. — Он поворачивается ко мне, и я не могу не смотреть на точную копию Нико. Братья почти идентичны, за исключением глаз Марко – один голубой и один карий. — Прости. Мне не следовало так с тобой обращаться, Мэйси. Я просто дурачился. Я и не подозревал, что между вами двумя все настолько серьезно…
—Покинь пентхаус, — перебивает Нико. — Но не уходи далеко, coglione. Я с тобой еще не закончил.
Марко опускает голову и тащится к выходу.
После его ухода наступает долгая минута молчания. — Мне так жаль, что он выкинул этот трюк с тобой, лисенок, — наконец бормочет он. — Dio, он такой ребенок, вытворяет всякое дерьмо, как раньше, когда мы были детьми. Он зол на меня и, это нисколько не искупает того, что он сделал, но, черт возьми, я просто не знаю, что сказать, кроме того, что заставлю его заплатить за это.
Я падаю на матрас и натягиваю одеяло до подбородка. - Почему ты не сказал мне, что у тебя есть брат-близнец?
—Обычно я этим ни с кем не делюсь. С годами мы поняли, что наше сходство может пригодиться, особенно когда дело доходит до того, чтобы застать наших врагов врасплох.
—Потому что ты устраивал подмены?
Он кивает. — Как бы сильно я ни хотел убить своего брата за то, что он сделал, это игра, в которую мы играли всю нашу жизнь. Это тактика, которая помогла нам выбраться из многих сложных ситуаций.
—Ты должен был довериться мне… — Тот факт, что он этого не сделал, едва ли не хуже того, что произошло.
—Я знаю.
Нико стоит точно на том же месте, к которому был прикован с тех пор, как ушел его брат. Его глаза опущены, темные брови нахмурены, а губы сжаты. Типичная гордая осанка его широких плеч исчезла, несмотря на прекрасный костюм, который он по-прежнему носит.
Он, наконец, глубоко вздыхает и поворачивается ко мне лицом. — Мне так жаль, Мэйси, за все. И, очевидно, я не совсем так представлял себе этот довольно важный момент.
Я скрещиваю руки на груди и добавляю в свой тон стали. — Какую часть? Твой брат притворяется тобой, или ты ляпнул первое, что пришло тебе в голову в пылу драки?
Он качает головой, выражение его лица становится каменным. — Это была не первая глупость, которая пришла мне в голову, детка. — Печальный смешок срывается с его тонких губ. — Я хотел бы, чтобы все было просто, но, Боже правый, правда в том, что я люблю тебя. — Он опускается на колени и кладет свои сильные руки на мои бедра, его глаза поднимаются, чтобы встретиться с моими. — Я не ожидаю, что ты сейчас скажешь это в ответ. Я знаю, что это стало шоком для нас обоих. Я не уверен, что сам это понимал, пока я чуть не потерял тебя в том взрыве. Но я обещаю тебе вот что, Мэйси, ты будешь моей.
Я медленно киваю, наслаждаясь глубиной эмоций, горящих в его завораживающем взгляде. Я не совсем уверена, что Нико Росси знает, что такое настоящая любовь, но я верю, что он чувствует это каждой частичкой своей темной души.
—Я больше не хочу говорить о Марко или его прискорбном поведении. Это не о нем, это о нас. — Его глаза встречаются с моими, блестящие глубины переполнены эмоциями. — А теперь раздвинь для меня ноги, лисенок, потому что я должен тебе ночь, которую ты никогда не забудешь.