Король дикарей

ГЛАВА 40

Ты любишь меня?

Роуз

Моя голова запрокидывается, челюсть отвисает, когда я смотрю на Данте. Должно быть, я надышалась какой-то обалденной соли для ванн или что-то в этом роде, потому что могу поклясться, что только что слышала, как босс мафии сказал мне, что любит меня. Должно быть, у меня галлюцинации.

— Ч-что? — выпаливаю я.

— Где, черт возьми, ты была, Роуз? Я обыскивал этот дом, как pazzo,… Я думал, тебя кто-то похитил.

Да, кто-то определенно сошел с ума, я просто не уверена, это он или я.

— Роуз, ответь мне! — Он встряхивает меня, возвращая мои спутанные мысли в настоящее.

— Я была в ванне. — Я указываю через плечо на гостевое крыло. — Я не смогла подогреть воду в главной ванной, поэтому вместо этого зашла туда.

— Dio, Роуз, ты напугала меня до чертиков. — Он прижимает меня ближе к себе, и я слышу бешеный стук его сердца, прижавшись раковиной моего уха.

— Я в порядке, Данте. Я здесь. Теперь вернемся к тому, что ты любишь меня.… — Я жду еще несколько секунд, пока его дыхание не станет более ровным, но чем дольше я жду, тем быстрее становится мой пульс. Имел ли он в виду то, что сказал? Это была просто оговорка, как с ребенком? Что-то, что мы снова просто проигнорируем? — Итак… — начинаю я, но его губы захватывают мои, обрывая меня.

Он наклоняется и обхватывает рукой мои бедра, прижимая меня к своей груди. — Куда мы идем? — Я шепчу ему в губы.

— Назад в ванну.

Его язык вторгается в мой рот, когда он несет меня обратно наверх, через лестничную площадку, через второй этаж и на противоположную сторону главного крыла. Я так спешила увидеть его, что даже не открыла слив в ванне. Она все еще до краев наполнена пузырьками и ароматом лаванды.

Данте садится на край мраморного бассейна, посадив меня к себе на колени, и открывает кран с горячей водой. Теплый пар наполняет комнату за считанные секунды, и он наливает еще один колпачок ароматизированного масла для ванн.

Затем он срывает с меня полотенце, и я оказываюсь обнаженной в его объятиях.

— Dio, sei bellissima⁵¹. — От его хриплого тона у меня между ног разгорается жар. Возможно, мой итальянский дерьмовый, но даже моя киска, говорящая только по-английски, знает, что это значит. Боже, ты прекрасна. И я не думаю, что когда-либо чувствовала себя более красивой, чем в этот момент.

Он отпускает меня только для того, чтобы стянуть футболку через голову, затем приподнимает меня, чтобы он мог одним движением стянуть с себя штаны и боксеры. И вот так просто мы оба обнажены, и он несет меня в ванну.

Данте укладывает меня между ног, его и без того твердый член касается моей задницы. Я прижимаюсь к нему, потому что, несмотря на его твердые плоскости и крепкие мышцы, лежать рядом с ним — самое удобное место, в котором я когда-либо была.

Он опускает подбородок и кладет его мне на плечо, и удовлетворенный вздох срывается с его губ. Я откидываю голову ему на плечо, и его руки обнимают меня. Тепло его тела в сочетании с горячей ароматной водой — это рай.

Его руки начинают двигаться по моему торсу, потирая круги на животе, затем поднимаются к груди. Моя спина выгибается, когда его крепкие руки обхватывают чувствительную область. Я хочу — нет, мне нужно спросить о том, что он сказал ранее, но я слишком труслива.

Что, если это была ошибка? Что-то, что он сболтнул сгоряча, потому что подумал, что меня похитили или того хуже.

— Говори, Роуз. — Команда Данте касается моего уха, отчего по рукам бегут мурашки.

— Ммм? — Невинно спрашиваю я, пока его ловкие пальцы обводят мои соски.

— Я знаю, что у тебя что-то на уме, так что просто скажи это. — Его теплое дыхание пробегает рябью по моей спине за секунду до того, как он берет мочку моего уха зубами. Он кусает и сосет, и теперь я превратилась в корчащееся месиво.

Если он пытается отвлечь меня, у него чертовски хорошо получается.

Его рот перемещается к моей шее, язык прокладывает себе путь к ключице. Его член становится тверже, словно сталь, между моих ягодиц. Его зубы впиваются в мягкую плоть у основания моего горла, и я издаю визг. Затем позади меня раздается мрачный смешок, теплый звук наполняет мои внутренности.

— Это больно, bastardo. — Я пытаюсь изобразить свой лучший итальянский акцент, что вызывает у него еще один смешок.

— Даже не притворяйся, что ты это не любишь.

Вот оно снова, слово на букву "Л"!

Я успокаиваю нервы и надеваю свои большие женские трусики, шепча: — Я это люблю.

— Хорошо, — бормочет он. Затем одна из его рук отпускает мою грудь и скользит вниз по моему торсу, опускаясь между ног. — Что на счет этого, Роуз? — Он проводит своим толстым пальцем по моей киске. — Это ты любишь?

— Ммм, да. — Мои бедра инстинктивно приподнимаются навстречу его прикосновениям.

— Что еще ты любишь? — Его губы у моего уха, и он погружает палец в меня. Я сжимаюсь вокруг него, стремясь к знакомому ощущению наполненности. Он начинает медленно двигаться, его член упирается в мою задницу, когда он трахает меня пальцем одним, затем двумя длинными пальцами.

— Мне это нравится, — выдыхаю я.

— Да, тебе нравится, когда я позволяю тебе кончать на мои пальцы?

— Да. — Мои бедра двигаются снова и снова, отчаянно нуждаясь в трении, которое обеспечивает его ладонь даже под бурлящими водами.

— Как насчет моего члена? — От его порочного тона жар разливается по каждому дюйму моего тела. Он приподнимает мои бедра и направляет свою эрекцию к моему входу.

— Я люблю твой член.

Он насаживает меня на свою твердую длину, и я издаю стон, когда он наполняет меня. — Особенно когда он погружается глубоко в эту сладкую киску, верно?

— Да, Данте, — стону я. — Мне это нравится.

Я оседлала его член, пока он водил моими бедрами вверх и вниз по этому твердому стволу. Затем он обхватывает меня рукой и находит мой клитор. Я смотрю, как его палец исчезает внутри меня, загипнотизированная безумно эротичным изображением. Его член входит в меня сзади, палец кружит, вода плещется вокруг нас.

Прошло всего несколько секунд, а я уже на грани. Огонь разгорается все сильнее, возбуждая мои чувства.

— Что еще, милая? — Слова Данте сливаются на заднем плане с биением моего сердца.

Я двигаюсь быстрее, отчаянно пытаясь найти разрядку. Как будто он может почувствовать мое непреодолимое желание, его палец кружит быстрее, сильнее прижимаясь к моему клитору. Он зарывается глубже в меня, эта толстая головка находит мистическое место.

— Данте… — стону я.

— Что еще, милая? Что еще ты любишь? — Он замедляет свои толчки до убийственно томного темпа. Сейчас он дразнит меня, удерживая в заложниках на грани оргазма.

— Я люблю тебя, придурок!

Он погружается в меня до основания, и я вскрикиваю, когда взрыв удовольствия накрывает меня. Оно вибрирует от моего клитора, вниз по ногам, к каждому нервному окончанию в моем теле. Я тяжело дышу, моя голова запрокинута назад, когда меня охватывает дрожь.

Данте дергается внутри меня секундой позже, инициируя новый раунд конвульсий, когда его теплая сперма наполняет меня. В тот момент, когда его дыхание приходит в норму, я кружусь, как долбаная акробатка, и каким-то образом он остается внутри меня.

Его проницательные глаза буравят меня взглядом, от глубины эмоций, проносящихся сквозь бесконечную тьму, у меня перехватывает дыхание. Мы смотрим друг другу в глаза невероятно долгую минуту. Его грудь соприкасается с моей при каждом прерывистом вдохе, эта татуировка задевает мои соски. Ни один из нас не произносит ни слова, но нам и не нужно ничего говорить. Мы явно оба отстой в этом. Его рот наконец захватывает мой, и я совершенно уверена, что это только для того, чтобы отвлечься от напряженного момента.