Король дикарей

ГЛАВА 12

Ты моя

Роуз

Данте сидит напротив меня на просторном заднем сиденье городской машины. Он хмуро смотрит на стопку бумаг у себя на коленях, пока ставит подпись, затем переходит к следующей. Когда водитель Альдо приехал за нами, он привез свежий костюм и галстук для своего босса. Данте натянул куртку, надувшись, как мой двухлетний племянник, когда моя невестка заставляет его обуваться.

Сосредоточиться на этом, на чем-то настолько тривиальном, легче, чем зацикливаться на прошлой ночи. Кроме того, выражение лица Данте, когда он затягивает узел галстука, подняло бы настроение кому угодно. Он так же неуместен в этом модном костюме-тройке, как я, если бы надела его.

Спортивная форма и штаны для йоги - вот чем я буду заниматься в один прекрасный день.

Если я не найду тебя первым. Этот жуткий голос робота эхом отдается в моей голове, и дрожь пробегает по спине.

— Что с тобой? — рявкает Данте с другого конца заднего сиденья.

Я сдерживаю выражение лица и обхватываю себя руками за талию. — А?

— Ты только что вздрогнула или что-то в этом роде. — Его бегающий взгляд останавливается на моей груди. Конечно, мои соски торчат сквозь мягкий материал спортивного бюстгальтера и топа из-за этого проклятого холода.

— Ничего, мне просто холодно. — Я тянусь за курткой, которую бросила на сиденье, и набрасываю ее на плечи.

Данте стучит в маленькое окошко у себя за головой, и стекло открывается.

— Что нужно, босс? — Сильный нью-йоркский акцент Альдо нарушает тишину.

— Роуз холодно, прибавь температуру.

— Хорошо.

Он закрывает перегородку и снова сосредотачивает свое внимание на бумагах, сложенных у него на коленях. Шипит ругательство, и хотя мой итальянский в лучшем случае слабоват, я узнаю слова. За то короткое время, что я провела с Данте, я выучила итальянское слово, обозначающее дерьмо - merda. Он использует его почти в каждом предложении. Это и cazzo, что Стелла примерно перевела как "блядь".

— Знаешь, ты мог бы просто получить электронную подпись и попросить своего помощника подписать все это за тебя.

Темные глаза поднимаются на меня, а густые брови взлетают так высоко, что почти достигают буйных завитков полуночных волос. — Ты издеваешься надо мной?

— Нет. Я делаю это все время для доктора Винчестера.

— Почему Клара не сказала мне… — Данте обрывает конец предложения очередным проклятием. — Эта женщина намеренно пытается мучить меня. — Он делает паузу, засовывает ручку в зубы и грызет кончик. — Нет, это Лука. Он, вероятно, сказал ей занять меня, чтобы я не влип в неприятности. Этот подлый bastardo³⁴. Если он думает, что, похоронив меня в куче бумаг, сможет держать меня в узде, он глубоко ошибается.

Мне требуется вся моя выдержка, чтобы не расплыться в улыбке, когда он бросает стопку бумаг на пол. Данте в деловом костюме достаточно плох, но вынужден сидеть за горой папок за письменным столом? Его брат, должно быть, действительно наказывает его за что-то.

Валентино-старший подобен дикому животному, безжалостному, свирепому льву, вышедшему на охоту. Заставлять его сидеть в офисе весь день — все равно что отрезать яйца королю джунглей и бросить его в клетку в зоопарке. Неудивительно, что в последнее время он такой раздражительный.

Он достает свой телефон и рычит что-то по-итальянски, чего я определенно не могу разобрать. Затем он поднимает на меня взгляд. — Как фамилия этого доктора Марка?

Мое сердце перестает биться при одном упоминании о возможном нападавшем на меня. Мне требуется по меньшей мере минута, чтобы заставить его снова забиться. — Данте, я не хочу, чтобы это стало известно…

— Я понимаю твои опасения, но я уже говорил тебе, этот кусок дерьма не останется безнаказанным. Никто не прикоснется к тому, что принадлежит мне, и останется в живых. Это не подлежит обсуждению. — Он отодвигается на край сиденья и пронзает меня своими полуночными глазами. — Пока Лука и Стелла не вернутся, Ты. Моя. — Он подчеркивает каждое слово рычанием, и, черт возьми, это самая сексуальная вещь, которую я когда-либо слышала. Потому что я явно ненормальная.

Жар пульсирует в верхней части моих бедер, и я примерно в секунде от того, чтобы раздвинуть ноги для этого мужчины. Что безумно и неправильно на очень многих уровнях. Особенно потому, что я поклялась, что он упустил свой шанс со мной. Отказаться от своих слов о невероятном трахе — это то, что сделала бы старая Роуз, но не Роуз 2.0. Нет, мне пришлось бы обуздать обезумевшую от секса киску и купить вибратор получше.

— Роуз? — Данте кладет локти на колени и наклоняется ближе. У него такие длинные ноги, что его колени почти соприкасаются с моими, несмотря на огромное заднее сиденье. — Поверь мне, когда я говорю тебе: что бы ни случилось с добрым доком, никто никогда не узнает, что это как-то связано с тобой.

— Хорошо. — Мой подбородок опускается на грудь, и на губах появляется намек на улыбку. — Ты обещаешь не убивать его, пока не будешь уверен, что это он напал на меня?

Его великолепный рот кривится, и он издает разочарованное рычание. — Хорошо, Роуз, я обещаю.

Черт, я только что косвенно согласилась позволить ему убить парня, если это был он? — Как ты узнаешь? - Выпаливаю я.

Данте хрустит костяшками пальцев, и злая усмешка растягивает его губы. — У меня свои способы, милая.

Мои глаза фиксируются на его губах, на озорном изгибе, и я придвигаюсь ближе, пока наши колени не соприкасаются. Наши взгляды встречаются, и на этот раз мое сердце колотится совсем по другой причине. Взгляд Данте опускается на его ноги, затем скользит к моим бедрам. Этот горячий взгляд ползет вверх по внутренней стороне моей ноги, пока я не чувствую его на своей пульсирующей киске. Один этот мрачный взгляд заставляет меня сжиматься от желания.

Взгляд, который дает мне надежду, какой я никогда не испытывала. Я думала, что после прошлой ночи… но нет, этот засранец не смог бы украсть это у меня. Я бы не отдала ему этот контроль.

— Черт, — выдыхает Данте. Затем он делает вдох и качает головой, прежде чем откинуться на спинку сиденья.

Альдо сворачивает за угол, и я падаю вперед. Раскидывая руки для опоры, я хватаю двумя пригоршнями прекрасный костюм Данте и приземляюсь ему между ног. Что-то твердое и толстое прижимается к моему животу, и жар заливает нижнюю половину тела.

— Cazzo, Роуз… — шипит он, когда я поднимаюсь, задевая его член.

— Прости. — Я чувствую, как горят мои щеки, когда его большие руки обхватывают мои бедра, чтобы поддержать меня. Он плюхает меня на сиденье рядом с собой, как будто я ничего не вешу. Я не могу не бросить взгляд на его колени и очертания его массивной эрекции. Я также не могу справиться с нелепым головокружением при виде того, как у него встает из-за меня. Данте Валентино может заполучить любую женщину в Нью-Йорке, и у него только что встал, когда я упала к нему на колени. Очко в пользу сумасшедшей девчонки.

Альдо останавливает лимузин, и я смотрю в тонированное окно на фешенебельный район Вест-Виллидж. Перед нами симпатичный особняк из коричневого камня с яркими цветами на каждом подоконнике. Мне повезло, что Мэйси ответила на мое сообщение, иначе мне бы чертовски не повезло.

Прежде чем отправить ей сообщение, я просмотрела свой ничтожный список друзей и оказалась права: все уехали из города на каникулы. Если бы это не случилось в последнюю минуту, я могла бы запрыгнуть в самолет и побыть у моего брата во Флориде, но авиабилеты были чертовски дорогими за два дня до Рождества. И вот я здесь.