Страница 38 из 233
Он подходит еще ближе, и мое тело трепещет от предвкушения. Он возвышается надо мной, зловещий изгиб его губ творит невыразимые вещи с моими внутренностями. Его теплое дыхание овевает мой рот.
- Ты хотела, чтобы я это сделал? - он шепчет, вопрос гораздо более соблазнительный, чем имеет право быть.
Мой пульс учащается, зрение затуманивается, когда я снова оказываюсь на той многолюдной улице. Мужчина набрасывается на меня, направляет пистолет, и я падаю. Я падаю на асфальт, и в голове у меня все плывет, перед глазами темнеет. Меня катапультирует назад во времени к похожим ударам, ко всем случаям, когда мой отец вымещал на мне свою пьяную ярость. На секунду мне показалось, что я сейчас потеряю сознание. Заслуживал ли парень смерти за это? Вероятно, нет, но глубокая, темная часть меня хочет сказать "да". Я наконец качаю головой.
Он хрустит костяшками пальцев, и ярость разливается по этому красивому лицу, заостряя его черты. “Я хотел.” Он проводит большим пальцем по моей нижней губе, и от его прикосновения по мне пробегает дрожь.
Воздух снова сгущается, когда наши взгляды остаются переплетенными на бесконечное мгновение. Если бы он только наклонил голову вперед еще на дюйм, его губы захватили бы мои. Я задерживаю дыхание в ожидании, борясь с осознанием того, что хочу этого. Я хочу, чтобы его рот был на мне. Везде.
Что-то есть в этом темном взгляде, что-то спрятано глубоко под этими ониксовыми омутами. Я пытаюсь ухватиться за это чувство, но оно угасает, пока не остается ничего, кроме этого взгляда, этих глаз, впивающихся в меня.
- Вместо того, чтобы убивать подонков, - наконец говорит он, отпуская мою губу, - Я решил сделать из него пример. Теперь все будут знать, что ты под моей защитой. Если кто-нибудь хотя бы посмотрит на тебя не так, я убью его голыми руками.
Я тяжело сглатываю. Не зная по-настоящему этого человека, я понимаю, что он не пытается произвести на меня впечатление своими угрозами. Я чувствую уверенность до глубины души. Он действительно сделал бы это и даже больше, потому что верит, что я действительно принадлежу ему.
И каким бы хреновым это ни было, волна восторга расцветает при его словах. При мысли о том, что я больше не одинока.
Он показывает большим пальцем через плечо, делая шаг назад и указывая в сторону коридора. Подавляющее напряжение рассеивается, и я, наконец, выпускаю дыхание, которое сдерживала, и опускаюсь обратно на кровать. “Я собираюсь одеться. У меня телефонная конференция через полчаса”.
- Ты не пойдешь сегодня в офис?
Он качает головой. - Нет, я решил, что буду работать из дома. Кто-то должен быть уверен, что ты не попадешь в неприятности. Я не могу позволить, чтобы ты была поцарапана для большого бала Сердец на следующей неделе. Какой смысл в конфетах, если они все испорчены?
Я показываю ему средний палец, и напряженная линия его подбородка смягчается, пока не растекается в улыбке. Лука часто ухмыляется, но улыбка, настоящая, неподдельная улыбка этого мужчины разрушительна. Я бросаюсь в ванную, чтобы не пялиться, как последняя дура.
Dio, одна ночь в объятиях этого мужчины, и я начинаю забывать, что на самом деле я здесь пленница. Узница в позолоченной клетке, захваченная мужчиной, который заставляет мое тело трепетать, а сердце петь.