Безжалостный король

Никто бы этого не сделал.

— Что-нибудь еще?

— Нет.

Я выпрямляю свой позвоночник и пронзаю ее суровым взглядом.

— Дай мне свой телефон.

Она лезет в карман и протягивает его мне.

— Теперь иди в свою комнату и жди.

— Ждать чего?

— Мне нужно решить, что, черт возьми, мне с тобой делать.

— Мне жаль. Я...

— Не надо. Просто иди.

Ее грудь сжимается, она отворачивается и уходит.

Я оглядываюсь на Эрика и качаю головой. — Я не могу в это поверить. Какой идеальный план, чтобы подставить меня, да еще и в моем доме.

— Я согласен, но постарайся сосредоточиться. У нас не так много времени. Мы можем использовать то, что знаем, в своих интересах. Они не ждут, что она расскажет тебе, что происходит. Все, что они использовали, — это тактика запугивания, чтобы убедиться, что она подчинится.

Я вздыхаю и стискиваю зубы. — Мне нужно придумать план, как заставить это работать в мою пользу.

— И использовать ее, — вмешивается он. — Люсия может привести нас к ним. Сейчас она — единственная связь и способ добраться до них. Я уверен, что Тьяго с Лоренцо, и мы можем найти El Diablo с ними. Если мы придумаем гипотетический план, как доставить к ним Мию, мы выманим их.

Тень беспокойства пронзает мое сердце. — Использование ее подвергает ее опасности, Эрик. Если план пойдет к черту, они узнают, что произошло. Они узнают, что она рассказала мне, что они замышляют. Они убьют ее и либо продолжат использовать ее отца, либо убьют и его.

— Я знаю, что это маловероятно, но это все, что у меня есть. Я думаю, это может быть все, что у нас есть.

— Дай мне подумать, как мы могли бы это реализовать.

— А как насчет ее отца? Если он все еще в Штатах, у нас есть место. Его поиски могут как-то помочь. Но нам нужно будет все спланировать. Если ты согласен.

Как я могу не согласиться? Я не из тех монстров, которые позволят человеку умереть так, как, я знаю, его убил бы мой отец.

— Свяжись с командой Чикаго и заставь их лететь в Нью-Йорк. Дай им подсказку.

— Конечно. Ты в порядке, Алехандро? Я сказал, что Люсия заботится о тебе, но я никогда не говорил, что ты тоже заботишься.

— Она подорвала мое доверие, так что нет, со мной все плохо.

Он смотрит на меня с сочувствием, которое я ненавижу. Это заставляет меня чувствовать себя дерьмом, а не безжалостным королем, которым я должен быть.

— Мне жаль, чувак.

— Мать Мии сделала со мной то же самое. И Ванесса тоже. Они все лгали. Каждая из них, и у всех были веские причины это делать.

Но жизнь — такая сука, потому что с Люсией мне становится еще хуже, и я не знаю почему.

Мне потребовалось более двадцати лет, чтобы забыть Ванессу, потому что я знал ее дольше всех, и она была моей первой любовью. Ущерб, нанесенный Присциллой, расширил дыру в моем сердце, но Люсия сделала что-то с моей душой. То, что она сделала, кажется таким ужасным, что я даже не могу думать о причинах, по которым она это сделала.

Может быть, мне стало хуже из-за Мии.

Она — единственное правильное, что я сделал в этом мире.

Мой свет.

Люсия тоже казалась мне светом, и именно это заставило меня влюбиться в нее.

— Мы разберемся с этим. — Он кладет руку мне на плечо, и я киваю ему в знак признательности. Затем он оставляет меня наедине с моими мыслями.

Я кладу руки на перила и опускаю голову.

Такое чувство, что конец близок, и я надеюсь, что выживу и смогу защитить любимых людей.

Все по-прежнему висит на волоске от жизни, потому что мой отец хочет моей смерти.