Страница 33 из 94
— Дай мне руку, — говорит он.
Я даю ему правую руку, и он закрепляет цепь на моем запястье. Хотя кожа обеспечивает некоторую амортизацию, я чувствую прохладный металл там, где она встречается с цепями.
Он прикрепляет цепь к петле в стене, которую я только что заметила. Я должна была увидеть ее вчера вечером, рядом с ней есть еще одна. Думаю, я была так увлечена тем, что была с ним вчера вечером, что не узнала бы, если бы начался конец света.
Он подходит ко мне с другой стороны и делает то же самое, а затем достает маленькую черную ленту, которая, как я предполагаю, является повязкой на глаза.
Я права. Он поднимает ее, позволяя ей распутаться, и я вижу, что это именно то, что я думаю.
— Уже красный, Bonita?
— Нет…
Он забирается на кровать и надевает мне на глаза повязку, завязывая ее на затылке узлом.
Как только все сделано, включаются мои другие чувства, и я пытаюсь угадать, где он находится, когда он движется.
Я слышу, как его шаги уносят его от кровати, затем он снова рядом, и кровать опускается у моих ног. Следующее, что я чувствую, это его рот на моей киске.
Когда его язык врывается в мой проход, я тут же кончаю, и это похоже на то, как будто отрываешь пластырь. Ты не готов, но ты как бы готов.
Без всякой подготовки и с ограничениями на запястьях, наслаждение обрушивается на меня со всей силой, необузданное и неразбавленное, лишая меня чувств.
— Тебе нравится? — усмехается он, и я представляю себе озорную ухмылку на его лице.
— Да.
— Хочешь еще?
— Черт, да. Я хочу еще.
Он дает мне больше, чередуя облизывание и покусывание моего клитора. Оковы удерживают меня в этом блаженном состоянии, даже когда кажется, что это слишком. Удовольствие охватывает меня, овладевая моим существом, поэтому я не хочу ничего, кроме как чувствовать, и чтобы Алехандро дал мне это.
Он продолжает вылизывать меня и пировать моей киской. Затем я кончаю. Сильно. Я кончаю, дергаясь и стону, потерянная в экстазе.
И вот тогда я чувствую, как его член вдавливается в мой вход. Хотя мое тело содрогается, я все еще могу сосредоточиться на том, как он чувствуется внутри меня.
Когда он обхватывает мои ноги вокруг себя, я понимаю, почему он оставил их свободными.
Он вонзается в мое тело, и мощное ощущение от него заставляет каждую часть меня кричать о большем. Он дает мне все больше и больше, зарываясь в меня, затем он долбит, сильно, так сильно, что я кричу в голос.
Мне хочется пошевелиться и обнять его, но я не могу сделать больше, чем могу.
Цепи звенят, изголовье кровати разбивается о стену, когда он опустошает меня, и огненная буря страсти сжигает меня начисто.
Когда меня охватывает оргазм, вызывающий покалывание в костях, и его член напрягается внутри меня, я знаю, что мы оба кончим.
Он бормочет вереницу ругательств на испанском, которые я едва улавливаю сквозь стук своего сердца в ушах. Меня охватывает дрожь волнения от того, что он кончил таким, какой он есть.
Бля... это слишком. Все это. Мои нервы расшатаны, и я не могу их стабилизировать.
Александро отпускает меня и целует мой живот, затем снимает повязку с глаз.
Я откидываю голову на подушки и смотрю на него, пытаясь отдышаться.
Он снимает путы и подхватывает меня на руки.
— Ты в порядке?
— Да, — выдыхаю я. Но голос у меня слабый и истощенный.
— Я думаю, нам стоит пойти в джакузи. Это тоже весело.
— Тогда нам определенно следует это сделать, — соглашаюсь я.