Страница 31 из 94
Это первый раз, когда он сказал это.
— То есть ты согласен, что это так?
— Да, — говорит он с сожалением, и я ловлю себя на мысли, что верю. — Раньше я молчал об этом, потому что не хотел верить, что это может быть так, но чем больше я думаю об этом, тем больше правды я вижу, и я понимаю, как это должно выглядеть для тебя. Ты тот, кто потерял брата, и Эдуардо был для меня братом. Но мы все так считаем. Однако, Criança, хотя я не хочу перекладывать вину на кого-то еще, я сделаю это, чтобы спасти свою шею. Очевидно, Криштиану не входит в число подозреваемых, если только у него нет извращенного способа доказать свою преданность. Но у тебя есть Лоренцо, Тьяго и Маркус, которые нужно учитывать.
Я вздыхаю, решая нарушить другой вопрос. — Я слушаю тебя. Слушаю. Однако есть еще один вопрос, о котором мне нужно тебя спросить.
— Какой?
— Мне сообщили, что ты, Тьяго и Лоренцо почти не были на плантации в прошлом месяце. Где вы были?
Он проводит рукой по голове и выглядит виноватым. — Я... не знаю, где были остальные. У них свои женщины. У меня своя. Одна. Ей нужна была помощь с дедушкой. У него болезнь Альцгеймера. Мне следовало взять отпуск и сделать все как следует, но Маркус сказал, что он подменит. У Академии неврологии есть клиника в Баие. Они проводят там клинические испытания. Я регистрировался каждый день, когда был там, и мы с девушкой останавливались в отеле неподалеку. Вот где я был.
Мы смотрим друг на друга долгий момент. Я верю ему. Я не могу опровергнуть веские доказательства. Я хочу верить ему и во всем остальном, но тут мне нужно быть осторожным.
— Хорошо.
Он достает визитную карточку с данными Академии неврологии.
— Ты можешь проверить то, что я сказал. Они также заплатили за отель. — Он подает мне карточку, и я ее беру.
— Хорошо, можешь идти.
Он встает. — Я бы сказал, держи друзей близко, а врагов еще ближе, но в этой ситуации ты не знаешь, кто есть кто. Надеюсь, мы скоро разберемся. Тогда ты поймешь, что я не твой предатель.
Он уходит, а я остаюсь смотреть на дверь и пытаюсь понять, что происходит.
Это меня чертовски расстраивает. Надеюсь, Эрик объяснит, что не так с трекерами. Он этим занимается.
Я не могу позволить себе потерять зрение больше, чем уже потерял. Трекер Карлоса обнаружил бы его в отеле и клинике. Так что же случилось?
А если он не виновен, почему он не работает? Если только этот ублюдок, который трахает меня, не испортил трекеры на всех телефонных номерах и электронных устройствах, чтобы сбить меня с толку еще больше. Труднее определить одно паршивое яблоко, когда у тебя куча всего, что нужно перерыть.
Тревога не покидает меня весь день, и я поздно ухожу из офиса. У меня был соблазн пропустить встречу с Люсией сегодня вечером, но каждый раз, когда я звонил Марчелло, я останавливал себя.
Когда я прихожу домой и вижу, как она заканчивает ужинать с Мией и Эстель, я рад, что ничего не сказал.
Я стою в дверях, в неведении Эстель и Мии, потому что они отвернулись. Люсия, с другой стороны, увидела меня в тот момент, как я подошел, и застыла с выражением оленя в свете фар на ее кукольном лице.
Когда я смотрю на нее и позволяю своему взгляду остановиться на ее груди в откровенно соблазнительной манере, эти трахающие меня губы раскрываются в изящной букве О, а густая окантовка ресниц, обрамляющих ее глаза, призывно трепещет.
Да, она нужна мне сегодня вечером.
Мне нужно снять стресс, как это было со вчерашним потакательством.
Я снова хочу ее, и сегодня вечером я хочу, чтобы она подчинилась мне и позволила мне контролировать ее.
Я не захожу в столовую. Я просто киваю головой в сторону коридора, по которому мы поднимались вчера вечером.
Она поймет, что я имею в виду, и что она должна прийти ко мне, когда закончит.
Так что я увижу ее через некоторое время.