Не сдавайся

— Тебе нужно отойти, — прошипел Макклинток.

Гаррет выпрямился, но не отступил. Это означало, что Макклинток должен был встать с сиденья, одновременно сместившись в сторону, чтобы не задеть тело Гаррета. Именно так он и поступил, и Гаррет повернулся к нему как раз в тот момент, когда у него в куртке зазвонил телефон.

Он хотел ответить на звонок. С его работой и женщиной в его жизни, у которой есть сын, ему, возможно, даже придется ответить на звонок.

К сожалению, ему нужно было закончить и это дело, поэтому он не ответил.

— Посмотрим, что капитан подумает о твоем нападении на гражданина прямо в приемной этого проклятого участка, — пригрозил Макклинток.

— Поскольку это полицейский участок, у нас есть камеры. Они покажут, что я вас не трогал. Не я требовал разговора с вами. Я не появлялся на вашем рабочем месте, не мешал вам заниматься делом и не произносил оскорблений в адрес женщины, которая для вас что-то значит. Не стесняйтесь обсудить это с моим капитаном. Он окажет вам уважение и выслушает вас, не смеясь вам в лицо. А после ни хрена не сделает.

Телефон Гаррета перестал звонить.

Ярость во взгляде Макклинтока сменилась отвращением.

— Не могу поверить, что передо мной человек, к которому на алтарь я с радостью вел свою дочь и за которого я выдал ее замуж. Она страдает… из-за тебя. Ее жизнь разрушена… из-за тебя. Она…

Гаррет сделал шаг назад и положил руки на бедра, перебивая:

— Послушайте себя, Джастин. Я не дарил кольцо другой женщине, а потом не отправлялся к Мие с предложением вернуться или потерять меня навсегда. Это не я, узнав о ее новом серьезном и счастливом увлечении, искал ее, чтобы сообщить, что готов, спустя пять лет, попытаться воскресить наш брак. После неоднократных предупреждений о том, что между нами все кончено и нет надежды на воскрешение, я не пошел к ее мужчине на работу и не устроил скандал.

По мере того как Гаррет говорил, лицо Макклинтока становилось все напряженнее и напряженнее.

Может, он и избаловал свою дочь, но дураком не был. Когда Гаррет произносил эти слова, он понимал, что Миа сама заварила эту кашу.

Но Гаррет еще не закончил.

— Она бросила работу и переехала в Блумингтон, чтобы начать жизнь с другим мужчиной. Она сама сняла свой дом с продажи и расторгла помолвку; я ее об этом не просил. Возможно, уже слишком поздно учить уроки, которые вы ей не преподали, но я только сегодня утром понял, что лучше поздно, чем никогда. Вы должны позволить ей самой разобраться в своих ошибках. Если этого не сделать, она никогда не научится.

Казалось, его слова доходят до сознания, но его совет наталкивался на кирпичную стену. Может, Макклинток и не был дураком, но когда дело касалось его дочери, он именно таким и становился. Гаррет понял это, увидев, как упрямо сжалась челюсть Макклинтока.

Однако это не его проблема. А разговор пора было заканчивать.

— Сейчас я абсолютно уверен в одном — что бы вы ни говорили и ни делали, между мной и вашей дочерью все кончено. Я двигаюсь дальше, и пути назад уже нет. Так что, как бы все ни разрешилось, Джастин, не втягивайте меня в это, потому что, как и Миа, проблемы, которые она сама себе создала, не имеют ко мне абсолютно никакого отношения.

— Вот тебе и «буду с тобой в болезни и в здравии, пока смерть не разлучит нас», — огрызнулся Макклинток.

Гаррет вздохнул, не собираясь объяснять упрямцу концепцию развода.

С него хватит.

— Если это все, Джастин, то мне нужно отправиться на поиски убийцы.

— Когда ты одумаешься, Гаррет, и попытаешься вернуть мою дочь, не жди, что я стану твоим защитником, — предупредил он.

Гаррет едва не закатил глаза, а ему казалось, что он не закатывал глаза с тех пор, как ему было лет двенадцать.

— Считайте, что я проинформирован, — пробормотал Гаррет.

Они уставились друг на друга, и Гаррет постарался скрыть свои ощущения. Он попытался скрыть то, что происходящее ему не нравилось, поскольку всегда симпатизировал отцу Мии.

Макклинток баловал женщин в своей жизни, но был хорошим мужчиной. Забавным. Он рассказывал отличные шутки, обычно пребывал в настроении, которое можно было охарактеризовать только как веселое, и Гаррет ему нравился и легко им принимался. То, что он продолжал баловать свою дочь, когда она стала женой Гаррета, было немного некрасиво, но не чудовищно. А когда брак окончательно распался, он лишь однажды разыскал Гаррета, чтобы побеседовать с ним, надеясь, что его вмешательство поможет Гаррету вытащить голову из задницы.

Та беседа прошла совсем иначе, чем эта.

Гаррет не отступил, когда Макклинток проявил к нему терпение и уважение.

Не отступил он и сейчас, и не потому, что Макклинток не проявил терпения или уважения.

Ему было неприятно, что неясное, но доброкачественное окончание присутствия Джастина Макклинтока в его жизни превратилось в злокачественную концовку.

Но как бы то ни было, честно говоря, ему было наплевать на то, как вели себя отец и дочь.

На телефоне высветилось сообщение, и Гаррет решил, что попытки переглядеть друг друга закончены.

— Берегите себя, Джастин, — пробормотал он и повернулся, чтобы достать телефон.

Он успел сделать один шаг от Макклинтока, когда тот окликнул его по имени.

Гаррет сделал успокаивающий вдох и обернулся.

— Она любит тебя, — тихо сказал Макклинток. — Любит так, что ты и представить не можешь.

Из уважения к порядочному человеку, просто дерьмовому отцу, он тихо ответил:

— Если бы она делала это так, как нужно нам обоим, Джастин, она бы выдержала бурю.

Макклинток вздрогнул. Это его задело.

Да, он не был глупцом. Но он вырастил слабую дочь, которая понятия не имела, как сражаться в одиночку. И как выдержать испытание.

Но виноват не только Макклинток. Мия была взрослой. И он сам не смог ей помочь.

— Как я и сказал, берегите себя, — повторил Гаррет, затем повернулся и побежал вверх по ступенькам, чтобы Макклинток не мог больше отнимать у него время.

На ходу он увидел, что голосовое сообщение пришло от Таннера. На верхней ступеньке он провел большим пальцем по треснувшему экрану и посмотрел на Майка, подняв подбородок, чтобы продемонстрировать свою готовность к работе.

Он поднес телефон к уху и направился к столу, чтобы взять ключи от машины.

— Мерри, брат, не знаю, чем ты занимаешься, но ты нужен мне в офисе, так быстро, как только возможно. Я нашел Райкера, или, лучше сказать, Райкер нашел меня. И с ним компания. И каждому есть, что рассказать, а вы с Майком захотите это услышать как можно быстрей. Позвони мне, а потом тащи свою задницу сюда. У них не так много времени, и ты должен их выслушать до того, как это время истечет, и они улетят.

Слушая сообщение, Гаррет остановился и не только потому, что узнал новость о появлении исчезнувшего Райкера, но и потому, что голос Таннера звучал странно.

Казалось, шурин был близок к тому, чтобы рассмеяться.

Он отнял телефон от уха и посмотрел на своего напарника.

— Райкер в офисе Таннера, — сказал он Майку.

Майк поднялся из-за стола, готовый к работе, и поднял брови.

— Что-то еще?

— С ними кто-то есть, и Таннер сказал, что мы должны приехать туда как можно скорее.

— Тогда пошли.

Они направились к центральной лестнице, когда Гаррет отправил Таннеру сообщение: «Мы скоро будем».