Слуга Земли

— Эдлин из Дома Огня, — произнёс Роланд. — Ты обвиняешься в заговоре против короля и подстрекательстве к мятежу.

В толпе Благородных Фейри прокатился ропот, но Друстан оставался невозмутим. Он скрестил руки на груди, туника простого белого цвета подчёркивала его мощную фигуру.

— Признаёшь ли ты свою вину? — спросил Роланд.

— Да. — Эдлин упала на колени. — Прошу, умоляю… Я не знала…

— Чего именно ты не знала?

— Вы пощадите меня, если я скажу правду? — обратилась она к королю Осрику.

— Это зависит от того, что ты скажешь.

Эдлин бросила виноватый взгляд на Друстана.

— Принц Огня велел мне поговорить с дамами Иллюзии. У меня не было выбора.

Толпа загудела. Друстан лишь лениво приподнял бровь, выглядя скорее развлечённым, чем обеспокоенным.

Тревога вспыхнула во мне, сотрясая стены, державшие мои эмоции в плену. Всё будет хорошо, убеждала я себя. Друстан — принц, а значит, его слово весомее обвинений незначительной фейри.

Но страх не отступал. Он разрастался, пробивая трещины в моей броне, и ужас возвращался. Кожа покрылась липким холодным потом, а кровь, растёкшаяся по мрамору, казалась чересчур ярко-алой под солнечными лучами — жадное море смерти, прилив которого не прекращался.

— Почему он велел тебе это сделать? — спросил Роланд, бросая жёсткий взгляд на Друстана.

— Он сказал, что нам нужно выяснить, насколько верен королю его собственный дом и нет ли среди них тех, кто склонен к мятежу.

— Когда состоялся этот разговор?

— На следующий день после испытания Земли, возле зала из кварца. — Эдлин сжала руки у груди. — Пожалуйста, ваше величество… У меня не было выбора.

— Видимо, был, — заметил Осрик после долгой паузы. Эдлин уже начала расслабляться, но он продолжил: — Только выбор труса. Ты могла бы сообщить мне о приказе принца Друстана, прежде чем его исполнить.

Эдлин разрыдалась.

— Он мой принц…

— А я твой король. Твоя преданность прежде всего принадлежит мне.

Осрик постучал пальцами по подлокотнику трона.

— Проверим правдивость её слов. — Он жестом указал Роланду.

— Принц Друстан из Дома Огня, — объявил тот. — Ты обвиняешься в заговоре против короля и подстрекательстве к мятежу.

Паника наконец прорвала стеклянную стену, возведённую вином, и вместе с ней рухнула моя притуплённая бесчувственность. Я смотрела, судорожно теребя ткань юбки, как Друстан вышел в центр каменного круга и встал рядом с Эдлин, которая всё ещё стояла на коленях, умоляюще подняв лицо.

На его боку висела рапира с золотой рукоятью, вспыхивавшей в солнечных лучах, и моё сердце забилось чаще, когда он расстегнул пояс с оружием и положил его на землю. Жест капитуляции? Затем он выпрямился, раскинув руки, и посмотрел прямо на трон.

— Так вот как вы обращаетесь с принцем, Ваше Величество? Подвергаете суду, опираясь на слова незначительной дворянки?

— Это серьёзное обвинение, — ответил Осрик, прищурив глаза. В воздухе вокруг него дрожало марево, словно пространство над его пальцами, ритмично постукивавшими по подлокотнику трона, искривлялось под невидимой силой. — С какой стати ей лгать?

— Она труслива и боится за свою жизнь. — Слова Друстана прозвучали, как удар хлыста, и Эдлин вздрогнула. — А если вы спрашиваете, почему она решила обвинить именно меня, — он бросил на неё презрительный взгляд, — думаю, причина в том, что я давно не навещал её постель. Она чувствовала себя отвергнутой.

Эдлин была его любовницей?

— Нет, — всхлипнула она. — Ты сам велел мне это сделать.

Друстан проигнорировал её, снова обратившись к принцу Роланду и королю Осрику.

— Она указала, где и когда ты говорил с ней, — заметил Роланд, явно не веря в его оправдания.

— Она солгала. Я никогда не был с ней наедине. В тот момент рядом находилась леди Гвенейра из Дома Света, она может это подтвердить. Кроме того, мои слуги могут засвидетельствовать, где я был до и после той встречи.

Из толпы выступила та самая леди Света, с которой он тогда кокетничал. Она была безмятежно красива: утонченная фигура, коротко подстриженные каштановые волосы — для фейри такая стрижка была необычной, но ей удивительно шла. Поклонившись королю, она заговорила спокойным, ясным голосом:

— Это правда, мой король. Я была там. Мы говорили только о испытаниях и последних модных тенденциях.

Роланд и Осрик, казалось, опешили от её слов. А я наконец вспомнила, где прежде слышала этот голос. В тот день в библиотеке третьим заговорщиком была леди Гвенейра. Она работала с Друстаном и Лотаром.

Эдлин в отчаянии переводила взгляд с Друстана на Гвенейру.

— Она врёт!

— Молчать, — резко осадил её Роланд. Он посмотрел на Осрика, и впервые на его лице появилось выражение сомнения. — Леди Гвенейра моя кузина, — сказал он королю. — Её репутация безупречна, и она никогда не лгала мне.

О, если бы он только знал.

Гвенейра опустила ресницы, лукаво улыбнувшись:

— Благодарю, кузен. Ты должен знать ещё и то, что среди дам у леди Эдлин давно сложилась репутация… неуравновешенной.

С этим убийственным приговором она вернулась на своё место в толпе.

— Ты дрянь! — закричала Эдлин ей вслед.

Роланд ударил её по лицу, сбив на землю. По виску стекала кровь.

Он снова повернулся к Друстану, но теперь в его взгляде мелькала тень сомнения.

— Даже если она солгала о вашем разговоре, почему бы ей замышлять заговор против короля без твоего ведома?

Друстан пожал плечами:

— Потому что она глупа? Потому что ненавидит своё положение второстепенной дворянки и жаждет власти? Кто может понять, что движет преступниками?

— Она из твоего Дома. Ты отвечаешь за её поступки.

— Я отвечаю за каждую женщину, которая совершает безрассудные поступки из-за ревности?

Его холодные слова заставили меня вздрогнуть. У его ног Эдлин громко разрыдалась. Я с усилием подавила в себе сочувствие — она сама навлекла это на себя, предав восстание.

— В последнее время у меня была другая любовница, — продолжил Друстан, — и Эдлин не понравилось оказаться на втором месте. Я не удивлён, что она взбесилась. Она всегда была ревнивой.

Моё сердце болезненно сжалось. Он говорил обо мне.

Только один фейри взглянул на меня — Каллен. В его глазах мелькнуло нечто похожее на жалость. Я встретила его взгляд, заставляя себя казаться безразличной.

Каллен отвернулся.

Друстан должен был так поступить, убеждала я себя. Он рисковал не только собственной жизнью, но и будущим всего дела, которому служил. Он обязан был играть роль беспечного принца, который берет себе любовниц и безжалостно бросает их, который переходит от одной женщины к другой, не заботясь о их чувствах. Лучше так, чем если бы Осрик догадался, кем он является на самом деле.

— Леди Эдлин всегда была известна излишней эмоциональностью, ваше величество, — неожиданно вмешался Эдрик, представитель Дома Огня. Сделав шаг вперёд, он почтительно поклонился. — В нашем Доме никого не удивит, если она предала Друстана из-за обиды.

— Она предала меня, — спокойно поправил его король Осрик.

— Не хотел нанести вам оскорбления, мой король, — Эдрик склонил голову. — Но она предала сперва вас, а затем и Друстана, когда попыталась втянуть его в свои преступления. Я готов поклясться своей жизнью в верности и чести принца Друстана. Он бы никогда на это не пошёл.