Кешбэк из поцелуев.

Понедельник — день тяжёлый, а в дождливое мрачное утро особенно трудно бодренько вскочить с постели и понестись галопом пусть и на любимую работу. Сегодня спозаранку лило, как из ведра. Я долго умывалась, завтракала, чем бог послал. Послал бог немного, по магазинам в воскресенье мне было лень шляться. Детей прекрасно кормили в детском трудовом лагере, а супружник подсел на модную диету для долгожителей, и сам себя обслуживал. С ленцой собиралась. В холодильнике полки были завалены контейнерами со здоровой и полезной пищей, а я сцапала неполезные сыр и колбасу. Я успела перекусить и хлебнуть кофейку, когда услышала шум подъезжающей машины. Выглянула в окно, и правда моя персональная председательская «Волга» подкатила. Водитель точен, как часы.

Я зачиталась Марианниными записями. Ну и дела! Я и побывала дома всего сутки, а Марийка половину романа умудрилась настрочить в обычной тетрадке в клеточку. Ночь что ли не спала, всё писала? Молодец какая! И ведь читать занимательно, словно не про свою обыденную жизнь читаю, а про какого-то неизвестного человека со своим загадочным мирком. Вот из кого писательница со временем получится. Читаю дальше.

Пискнул селектор. Замигала красная лампочка, нажала на нужную кнопочку, и я ответила, как учили:

— Да Ева Юрьевна!

— Мария Ивановна, к вам парторг, Валентина Александровна.

— Пусть войдёт.

В кабинет вплыла высокая дородная женщина, её чёрные волнистые волосы были уложены в модельную причёску. Яркий макияж дополнял образ бизнес леди. Шёлковое платье с крупными розовыми цветами прикрыто длинной ажурной безрукавкой размытого фиолетового цвета. На ногах, как и полагалось одеты безупречные лодочки благородного чёрного цвета. Образ деловой успешной женщины завершало лёгкое облачко французских духов. Хоть сейчас на подиум! Полненькие дамы всё чаще очаровывают мужчин в жизни и всё больше достигают успеха в бизнесе, доверяют им больше, что ли. Парторга звали Валентина Александровна Ягодкина, такая прикольная фамилия, а вот баба она была не прикольная, а очень даже строгая и требовательная. Я её особенно побаивалась, вдруг раскусит. Дама всплеснула руками:

— Дорогая, Мария Ивановна! Как же так? Я могу и обидеться! Как же вы такие вещи скрываете?

Я обалдела от напористости бабы. Что я сделала не так? Что раскопала эта дотошная патриотка? Может, у Марии имеется высокопоставленный любовник, и эта красавица пожаловала её шантажировать? А что? Мария тоже человек и имеет право на мелкие слабости, и спаленки с мужем разные и работают в разных организациях. Или что много хуже, я где-то допустила промах и выявилось отсутствие настоящего председателя колхоза? Я стояла, как громом поражённая и молчала. А что было говорить? Бежать, но куда? Я же не дома. А дама между тем не теряла времени даром и продолжила свою пламенную речь:

— Не буду кружить окольными путями, скажу коротко и прямо. В этом году исполняется пятнадцать лет вашей с Петром свадьбы, так сказать круглая дата супружества. Предлагаю широко отпраздновать данную знаменательную дату.

— Но пятнадцатилетняя годовщина со дня свадьбы была в прошлом году. Помнится, мы поженились в сентябре. Сентябрь — хороший для свадеб месяц, прекрасный месяц, — я смотрела на решительную, как гренадёр даму, во все глаза. Что б ей провалиться вместе с этой годовщиной! Не могу понять, что ей от меня надо. Я прекрасно помнила дату свадьбы, ещё бы мне её не помнить, если я ещё вчера вечером в целях общего образования листала семейные альбомы и зазубривала все мало-мальски судьбоносные даты. Теперь это моя жизнь, и я обязана всё знать и помнить. Я, как разведчица, дотошно изучала предполагаемую легенду. Вдруг надолго здесь застряла? Хорошо бы.

Теме свадьбы посвящён отдельный альбом, украшенный кружевами. Тоскливо, даже невыносимо грустно было листать запечатлённые мгновения чужого счастья. Много лет мечтала о точно таком альбомчике, да и о свадьбе хоть осенью, хоть весной, согласна была и на зимнюю, грезила и никак не могла успокоиться. Очень мне хотелось, чтобы какой-нибудь мужчинка надел мне на мизинчик вожделенное колечко. Жаждала вместо одиночества обрести надёжного друга в горе и в радости, пока смерть не разлучит нас. Я отвлеклась от тягостных мыслей и попыталась вникнуть в то, что мне говорила парторг:

— Как же, как же, хорошо помню вашу весёлую разухабистую комсомольскую свадьбу. Какую красивую традицию вы с Петром положили в нашем сплочённом коллективе! В колхозном клубе церемония регистрации смотрелась очень даже уместно, да и зал смог вместить всех желающих посмотреть на бракосочетание. Какая из вас получилась красивая пара! И первый танец молодожёнов под «Калинку-малинку»! Это было так свежо и патриотично, что я тогда даже прослезилась. Мне понравился тогда и ваш банкет. Ах, эти новомодные тогда салаты с бананами, инжиром и креветками! Теперь их выносят на любое застолье. Запивали всё это салатное великолепие квасом и соками, прекрасное сочетание.

Дама присела в мягкое кресло, вольготно там расположилась, значит беседа затянется. Ах, и свадьба была постановочная! То-то я смотрю, на фотографиях все приглашённые так активно позировали. Хорошо, что я подготовилась основательно и успела прошерстить семейный альбом:

— В прошлом году мы скромно посидели в ресторане на искомую годовщину, отмечали в тесном кругу с родителями, — мой голос звучал ровно и уверенно, но я до сих пор не понимала, что ей от меня надобно. Я ещё раз мысленно похвалила себя за прозорливость и зубрёжку дат важных событий из жизни моей предшественницы. Вдруг дама картинно всплеснула руками и громогласно провозгласила:

— Ох, какая досада! Видимо, я перепутала год! Данное событие настолько интересное, и так много значит для вашей дальнейшей карьеры, что его не грех и продублировать.

— Это как? — Я была не на шутку озадачена. Что за новшества?

— Предлагаю забыть точный год бракосочетания и нынешней осенью показательно отпраздновать юбилей семьи, — голос дамы звучал чётко и даже грозно, не допуская никаких пререкательств.

— Но зачем? — Я смотрела в холодные серые глаза парторга и не чувствовала ни капли пощады.

— Ваша блестящая карьера заинтересовала людей из министерства. Покажите себя заботливой матерью и любящей супругой. Если всё срастётся, бонусы не заставят себя ждать.

Парторг, а её имя я вдруг забыла и сейчас судорожно пыталась вспомнить и никак не могла озвучить даже мысленно, загадочно улыбнулась. И на мой недоумённый взгляд ответила кокетливым подмигиванием густо накрашенных глаз. Длинные пушистые ресницы левого глаза мягко опустились, а потом взлетели над глазным яблоком, как крыло прекрасной чёрной бабочки.

— Какой бонус? О чём вы говорите? — Проблеяла я в полнейшей прострации.

— Не надо притворяться невинной овечкой, вам уже намекали о правительственной награде, приуроченной к очередному партийному съезду делегатов. Надо только немножко постараться, так сказать, подтолкнуть события. Вы со стороны смотритесь крепкой советской семьёй, образцом для подражания окружающих. Наконец, вы по-прежнему красивая пара. Оба спортсмены, следите за своим здоровьем, дружная супружеская пара. Словом, идеальный союз мужчины и женщины. И, дорогуша, пожалуйста, не капризничайте, почаще ласкайте мужа. Совет от старшего товарища, не отпускайте от себя мужика надолго. Понимаю, у вас ответственный пост, у мужа частые командировки, но семья должна быть на первом месте, семья должна быть превыше всего. Легче всего мужчину удерживать сексом, и, конечно, вкусной едой. Не мне вам советы давать, но вы всё же, купите нижнее бельё поэротичнее и почитайте на ночь «Камасутру», книгу о плотских утехах.

— Всё так серьёзно? — Опешила я от такой бесцеремонности.