Страница 52 из 61
Потрясенный увиденным, Джейк как и Беатрис были не в силах ничего предпринять или сделать. Они сами были точно охвачены некой сверхестественной необъяснимой силой, против, которой были совершенно беспомощны.
Сам же командир капитан Джейк под воздействием охватившего его сознание паническим страхом, не мог думать про себя, ни о чем. Все его мысли перепутались в голове, и только одно выжигало, точно невидимый лазер то перепутанное и перепуганное сознание, пронзая болезненно, как ток - «Кто это, черт возьми?!».
Мануфусаил услышал, словно его эти мысли и произнес, глядя в упор и не отрывая своего взора голубых огненных глаз на Джейка и Беатрис - Я ни, черт возьми - произнес, ошеломив их обоих, Небесный Ангел - Я Мануфусаил. И я, явился по велению самого Создателя и моего Всесильного Бога, чтобы спасти всех вас в этом последнем солнечном чертоге. Я прилетел оттуда, где миры сливаются в одно целое и безраздельное. Где начало всей сущей жизни. Узрите меня все, кто здесь, ибо смерть идет по вашим пятам. Смерть и разрушение грядет этому миру.
Он замолчал на какое-то время, глядя опять на Якоба, горящим огненным взором своих Ангельских глаз. Затем продолжил, уже обращаясь к самому Якобу – Это я, предупреждал тебя обо всем голосом твоей Лоты. Это я, приходил к тебе, оберегая тебя в твоих снах и твоих друзей в том летящем среди звезд корабле, предупреждая тебя обо всем, что может случиться.
Он взял короткую паузу, потом продолжил – Я выбрал тебя, как человека умудренного своей зрелостью и опытом жизни. Как преданного своему делу воина, не раз спасшего жизнь своего командира. Твоя потрясающая верность своему долгу и верность любви потрясли меня. Твоя преданная любовь залог моего к тебе почтения. И ты будешь первым, кого я приму в свои объятья.
Мануфусаил окинув вновь, взором светящихся как бы изнутри астральным светом своих широко открытых голубых глаз Беатрис и Джейка, продолжил – Но я, все же напугал тебя Якоб. Это моя вина. Прости меня за это. Прости меня за то, что сводил тебя своим постоянным присутствие с ума. Что являлся к тебе в лице твоей погибшей Лоты.
Он снова замолчал на секунду, глядя в упор на качающегося в полусонном гипнотическом шоке на полусогнутых ватных ногах Якоба. Затем, Ангел Мануфусаил произнес – Настало время попросить у тебя, Якоб прощения.
Мануфусаил убрал свои руки с его плечей и отпустил Якоба, отойдя на шаг от него. Ангел встал перед ним на одно колено, приняв мгновенно облик Лоты, и заговорил ее голосом – Прости меня, Якоб, за ту боль, что я тебе причинил. Прости за то, что чуть не свел тебя с ума, когда являлся в образе твоей любимой Лоты. Ангел Божий просит у тебя прощения сын человеческий. И просит присоединиться тебя к нему, как воин воина. Он также просит об этой добровольной услуге твоих друзей.
И Мануфусаил замолчал, стоя на одном колене перед потрясенным уже не столько ужасом или некоей блаженной эйфорией, сколько горем и разочарованием измученного своими неуемными горькими душевными страданиями Якобом, сердце которого надрывно гулко с перерывами билось в мужской груди, и было готово разорваться на части.
Этот Ангел в облике Лоты, стоял перед ним, молча, видимо, ожидая от него нужной реакции на его извинения и просьбу. Он ждал соответствующего ответа, глядя на него не моргающим взором горящих огнем таких же голубых как у него глаз Лоты.
На Якоба смотрела сама его любимая живая Лота. Воплоти, перед шатающимся из стороны в сторону и еле держащимся на своих ногах Якобом. Его живая Лота. Именно, такая, какую он видел во снах и наяву. Его Лота, сотканная из его болезненного выстраданного сознания. Потерянная, где-то там, среди звезд. Его ожившая любовь стояла, перед потрясенным Якобом.
- Лота! – оглушая и сотрясая жаркий воздух чужой планеты, пугая этим криком Беатрис и Джейка, громко вырвалось из горемычных уст Якоба – Моя, Лота! Прости меня за свою смерть! Прости, меня, за все! Прости, Лота!
Якоб закричал так, что застыла в жилах кровь, и похолодело у Джейка внутри, а Беатрис вскрикнула в испуге, и снова отшатнулась назад, прижавшись к своему любимому.
- Но, это не ты! Это все был обман! Ты обманула мен…- Якоб, оборвавшись на полуслове, как будто захлебнувшись, простонал громко и надрывно, схватившись за голову. Выгнулся в спине, как-то сильно назад. Качнувшись всем своим телом, как, колос на поле подкошенный, упал прямо в руки подхватившего его Ангела Мануфусаила. Уже мертвый и бездыханный. Лота прижала его безжизненное тело к себе, точно грудного новорожденного своего ребенка. Как мать крепко и бережно, опустив его голову себе на девичье плечо под развевающимися на ветру длинными Ангельскими волосами.
– Спи, Якоб - произнесла ему любимая его Лота, нежно, заботливо и мягко – Великомученик мой. Ты принял столько боли и страданий во имя любви. Но этого никто не оценил, кроме меня.
Лота гладила Якоба по его черным, седеющим старческой сединой волосам.
- Спи, мой ребенок Божий, сын человеческий – произнес Якобу Мануфусаил - Ибо мир этот отвергает тебя, но ты найдешь спасение, как и все живое, и потеря твоя будет оправдана вскоре. Ты, войдешь новой жизнью в лоно Бога. Ты, получишь все то, что тобою было потеряно. Ты, вернешь себе свою Лоту.
Словно пробудившись от гипнотического оцепенения, Джейк и Беатрис упали на свои колени, внезапно каким-то непонятным образом выйдя из этого кошмарного гипнотического необъяснимого состояния, транса и оцепенения.
Беатрис схватившись тоже за голову, как и Якоб, вскрикнула от пронзившей ее сознание и женский мозг боли. Она потеряла сразу сознание, упав на спину к ногам Джейка.
Джейк подхватил ее на свои руки.
- Беатрис! - крикнул он, держа ее тело в своих руках – Очнись, Беатрис! - и переключился на сверкающего своими Ангельскими голубыми огненными глазами Небесного Ангела – Что, ты сделал с ней, поддонок! – уже не переживая какой-либо страх, и не понимая ничего, кроме нахлынувшего на него внезапного бешенства, прокричал Ангелу Мануфусаилу капитан Джейк.
- Я, ничего – ответил совершенно спокойно, сверкнув огненными глазами Мануфусаил – Она, просто потеряла свое сознание.
- Так значит, это ты уничтожил Марвина и Ванессу! Это все сделал, именно ты! – в бешеной злой ярости, вырвалось из Джейка.
- Да, это сделал, именно я – ответил Ангел.
- Ты, убил всех моих друзей и соратников! Ты, убил Саванну, Дениса! Убил Ванессу и Марвин!– прокричал Джейк Ангелу Мануфусаилу.
Он положил бесчувственное тело Беатрис перед собой, и набросился на убийцу Якоба.
– Ты, убил Якоба! – раздирая своего в неистовом бешенстве, оглушающем злобном крике горло, прокричал Джейк в сторону Небесного Ангела Мануфусаила – Ты, убил всех моих друзей! Что, ты за тварь такая?!
- Нет, я не убил его – ответил ему Ангел Неба – Я, просто отпустил его измученную страданиями душу в свой мир.