Чужие звёзды

Этот мышиный цвет я еще долго не смогу забыть, после целой череды встреч с ее носителями.

Пиктограмма «Несокрушимой безупречности» окрасилась в приятный синий цвет активации – мысленный посыл запустил один из значков на оперативной панели быстрого доступа.

И уже через мгновение по всему телу пробежал разряд энергии нанитов, преобразовавшихся в специально сконфигурированное построение влияния на кожный покров и мышечные волокна, наполняя первых твердостью стали, а вторые силой нескольких человек.

Еще не слишком развитое тело подростка врезалось в выходящего взрослого, как каменное ядро в лист бумаги. При обычных обстоятельствах простой толчок лишь слегка покачнул бы охранника лаборатории, не причинив тому серьезного вреда. Но только не сейчас.

Полувскрик-полустон от летящего внутрь комнаты человека ясно сказал о крайне болезненном столкновении.

Не тормозя ни на секунду, я влетел следом, окидывая взглядом помещение, откуда открылась дверь. Пульты с мониторами, несколько стульев, зарешеченная секция оружейки – кажется, это пункт наблюдения службы безопасности.

Чтоб эту Равену… Контуры дистанционного наблюдения она вырубила, заменив поддельной картинкой, а вот заблокировать двери, снабженные скорее всего электронными замками, не додумалась.

Вскочивший на ноги от бесцеремонного вторжения в комнату второй и последний охранник потянулся рукой к бластеру на бедре.

Его физиономия выражала такое сильное удивление, что я, не удержавшись, подмигнул ему, прежде чем нанести чудовищный по силе удар прямо под подбородок.

Хруст шейных позвонков и неестественно откинутая голова назад – труп приглушенно рухнул вниз. Еще один удар, теперь по первому охраннику, продолжающему стонать на полу, держась за сломанное плечо, отправил его на тот свет прямиком за напарником.

Я успел еще захлопнуть дверь, когда действие режима закончилось и навалилось чувство тяжелой усталости. Не до того, чтоб рухнуть бессознательной тушкой на колени, но и продолжать двигаться как ни в чем не бывало уже не получалось. Короткий всплеск сверхсилы забрал свое от организма носителя.

– В чем дело? Ты почему не предупредила, что здесь комната охраны? – спросил я в пустоту, видя продолжающий гореть значок закрытого канала связи с ломщицей.

– По инструкции они не должны были оттуда выходить. Обход территории делают другие. Откуда я знала, что этот кретин куда-то попрется? – огрызнулась в ответ Равена. – Ты с ними разобрался?

– Да, тревогу уже никто не поднимет, – сказал я, окидывая безразличным взглядом два трупа под ногами.

Но тут в поле моего зрения попало то, что заставило выбросить из головы новые придирки к хакерше, уже готовые сорваться с языка: за мелкой стальной решеткой в огороженном углу, наряду с несколькими ЭРВ, небольшой кучкой лежали знакомые вещи.

Мой комбез военного техника «Дерон-М» вместе с подключенным наручным компом в гнезде на левой руке и блоком мобильного техничесого модуля-сканера «Гласскос-РК» в одном из пяти слотов дополнительных устройств.

Рядом валялся оптический визор «Бразкар-100» и бластер ЛБ-54Р с рифленой пластиковой рукояткой.

– Ну надо же. Да мне везет. С их стороны очень благородно оставить мои вещи в целости и сохранности, да еще положить в одно место. Честное слово – сказал бы спасибо при случае. Только вот куда плащ дели, ироды? А? Хотелось бы получить все обратно, – скорее прошептал, чем проговорил я, при этом в темпе вальса избавляясь от тонкого халата и быстро надевая комбез. Благо бдительные сотрудники службы безопасности оставили оружейку незапертой.

– Чего ты там бормочешь? – недовольно спросила Равена. – Тебе оттуда валить скорее надо, пока не приперлись остальные. Пропажу двоих скоро заметят и тебя начнут искать, а значит, мое проникновение в их системы моментально раскроют.

– Понял, понял, иду. И будь добра – закрой тут все двери, до которых сможешь дотянутся. Не хочется больше неожиданностей.

Комбез, бластер на правом бедре, визор – заняли свои места на теле буквально за пару десятков секунд.

Уже собираясь уходить, я случайно увидел внизу большую вытянутую сумку. Задумчивый взгляд на стеллаж с оружием, и она начала принимать в себя имущество службы безопасности: четыре короткоствольных автомата ЭРВ, три дробовика, пять ручных импульсников, включая убитых охранников, и четыре дубинки шокера. А также целая россыпь дополнительных энергоячеек боепитания и несколько гранат нелетального действия, работающих на принципе высокочастотных звуковых ударов.

В карманах погибших не оказалось ничего полезного, за исключением карт доступа и пары кредитных чипов.

Сложив все в сумку, я закинул ее себе на плечо, бегом направляясь по пути, рассказанному Равеной.

И снова мимо пролетали коридорные стены, ведя к выходу из этой «богадельни». На этот раз уже без всяких неожиданных встреч.

Лестница нашлась именно там, где и должна была быть.

– Здание трехэтажное? – глянув вниз и вверх в пролеты, спросил я.

– Да, – ответила ломщица, все еще находясь на связи. – Как спустишься, беги по коридору прямо, на первом повороте поверни направо, там будет запасной выход. На улице направляйся на север, я сейчас скину тебе карты районов Деелина.

– Эти уроды все равно обнаружат побег. Если мы находимся в городе, то затеряться здесь будет намного сложнее, – заметил я. – Пустят погоню и начнут искать.

– Компания закрыла исследования по искусственному интеллекту, основанному на человеческом разуме, – я покопалась немного в их файлах. Тут есть такие записи, которые на ночь лучше не смотреть, я таких ужасов еще нигде не видела, – сообщила Равена. – Сейчас основная линия экспериментов касается смертельных патогенов, вирусов, болезней и всякого другого подобного дерьма. Поэтому во всех воздуховодных шахтах установлены емкости с диниксом.

– Это что еще за дрянь? – на слух название мне совершенно не понравилось. Несло от него чем-то сильно нехорошим.

– Газообразное вещество, чрезвычайно токсичное, разлагает биологические ткани буквально за несколько секунд. Как я понимаю, это сделано в качестве меры безопасности для защиты от возможной утечки «испытываемых образцов».

Я в изумлении покачал головой.

– Мы же в городе. Они там совсем с катушек слетели? А если начнется эпидемия?

– Ты интересуешься наличием здравомыслия у людей, проводящих незаконные эксперименты на людях? – вполне резонно заметила девушка.

На что у меня не нашлось ответа. Действительно, нашел, о чем спрашивать.

– Как бы то ни было, диникс еще и неплохо горит. Если его сначала пустить по вентиляции, а потом устроить замыкание, то…

– От здания ничего не останется, – закончил я. – Не слишком круто?

– В самый раз, Маркус. Тут такие дела творятся, что сжечь это место будет правильным решением. Все их «образцы» будут безвозвратно уничтожены.

Продолжая быстро спускаться вниз, иногда спрыгивая сразу через несколько ступенек, мне вдруг вспомнился эпизод с приземляющимся кораблем и целой вереницей криокамер, исчезающих в недрах длинных грузовиков.

– А что с подопытными? Может, их отпустить? Бедняги не виноваты в том, что попали не в то место и не в то время. Будет жаль, если погибнут вместе со своими мучителями.

– Ты что, стал сентиментальным? Тебе бы свою шкуру спасти, а не изображать из себя героя, – голос Равены сочился сарказмом. – Да и все равно это уже невозможно сделать. Они все уже задействованы в опытах и заражены самой разной гадостью. Их нельзя уже спасти.