Чужие звёзды

Глава 18

Военный корабль вооруженных сил Лиманского Союза «Тэверил». Экипаж: 35 человек. Боевая секция: тяжеловооруженный десантный взвод в составе 25 человек

Зал оперативных совещаний гудел встревоженным ульем после получения приказа явиться на борт для срочного вылета с планеты Ниран, где корабль проходил плановый технический осмотр, а экипаж находился в заслуженном отпуске.

Солдаты не успели толком отдохнуть, как снова оказались в космосе.

Два десятка рослых парней в темно-зеленых форменных комбинезонах военной модели сидели в креслах, расположенных в два ряда перед вытянутым пластиковым столом, и непрерывно разговаривали, вяло ругая командование за срочный вызов. Долгожданный отпуск после шестимесячного патрулирования на окраинных территориях отменили без всякого предупреждения.

Вошедший в комнату подтянутый человек с нашивками старшего лейтенанта с ходу почувствовал творившееся у подчиненных настроение, но не стал заострять на этом внимание, чтобы не вызывать поток ненужных обсуждений.

– Итак, перейду сразу к делу и начну инструктаж, – сказал он, строгим взглядом давая понять, что времени на болтовню нет.

Десантники оценили его серьезное выражение лица, моментально замолкнув. Всем известно, когда командир говорит с такими интонациями, лучше не пытаться его прерывать.

– Тридцать минут назад с туристического лайнера «Сады Фиары», принадлежащего Объединению Верон, пришло сообщение о появлении на борту множества вооруженных людей. В течение пятнадцати минут они заняли почти весь корабль. На данный момент известно о тринадцати тысячах заложниках.

– А мы тут при чем? Пусть веронцы и разбираются. Зачем нам лететь непонятно куда и спасать чужих граждан? Тем более это вообще не наш профиль. Разве «Тэверил» предназначен не для антипиратских рейдов в глубоком космосе? Какие еще заложники? – не вытерпел один из бойцов, узнав, из-за чего их так срочно сдернули с места.

Лейтенант, явно ожидавший подобную реакцию на известия, и бровью не повел, сдержанным тоном заметив:

– Потому что туристы еще совсем недавно находились на орбите Нирана и все еще дрейфуют в системе. Больше никого для этой работы не нашлось. Командование приказало оценить обстановку на месте, до прибытия спецгрупп. Я отлично понимаю, что нас не готовили для чего-то подобного. Но по расчетам аналитиков, если занять плацдармы на борту захваченного судна, а в идеале и вовсе взять под контроль рубку управления с двигательным отсеком, то вести переговоры или же планировать полноценный штурм будет куда легче, – тут офицер посмотрел говорившему десантнику прямо в глаза: – Или вы, рядовой, не хотите помочь коллегам из антитеррористических подразделений?

Солдат не нашелся, что сказать в ответ, пожал плечами, откинулся назад на спинку кресла.

– Также хочу сообщить, что пассажиры на лайнере не только из Верона, но и из других государств Содружества. Это международный рейс, где находилось множество людей, в том числе и граждане Лиманского Союза.

Больше никаких возражений не последовало. В помещении повисла тишина.

– Итак, – продолжил командир десантников. – Это схема корабля.

В воздухе над столом появилась синяя неоновая голографическая модель лайнера примерно в полтора метра длиной.

– Техникам удалось кое-что вытянуть из сети мониторов внутреннего наблюдения дистанционно. Получить доступ удалось благодаря кодам, полученным от компании-владельца судна. Хочу сразу отметить, что сделать это получилось с большим трудом, кажется, захватчики пытаются заглушить входящие и исходящие сигналы.

Заместитель лейтенанта – сержант Барнс, плотный мужчина с коротким ежиком седых волос, поднял руку, прося слова.

– Почему бы тогда не заблокировать этих придурков в отдельных отсеках? Если у спецов есть доступ к системам корабля, пусть они закроют переборки, а после запустят систему внутренней безопасности. Это же лайнер с кучей богатеев на борту, ни за что не поверю, что у них там нет всяких направленных силовых полей, скрытых парализаторов и других полезных штуковин.

Лейтенант покачал отрицательно головой.

– Судя по имеющейся отрывочной информации, остальные корабельные системы сейчас полностью отключены. Это тоже одна из причин нашего привлечения к делу: в данных обстоятельствах у людей на борту остается порядка полутора-двух часов, перед тем как весь корабль превратится в ни на что не годный кусок металла. Если группы антитеррора Департамента Тайной полиции не успеют сюда, а такой вариант более чем возможен, нам предстоит самостоятельно провести запуск жизненно важных систем на лайнере. Иначе спасать будет некого.

На этом месте офицер сделал паузу и весомо добавил:

– В связи с наличием большого количества гражданского населения в зоне проведения операции категорически запрещается применение тяжелого вооружения: никаких термических гранат, никаких плазмоганов с увеличенной мощностью выходного заряда, никаких ручных ракетометов с боеголовками объемного взрыва, никаких дроидов с импульсными скорострельными установками залпового огня. Все личное оружие тоже должно быть переведено в режим наименьшей мощности. Это понятно?

Десантники обеспокоенно переглянулись. Их тренировали совсем для других дел, где применялись совсем иные подходы. Они выполняли военные функции, а не полицейские. Освобождение заложников изучалось лишь на паре теоретических занятий по тактике и никогда не отрабатывалось вживую.

– Известна численность противника? Его вооружение? Уровень подготовки? И вообще намерения? – спросил сержант.

– Да, проведенная идентификация нескольких личностей позволила определить принадлежность боевиков к одной из экстремистских группировок с Нирана. Движение за освобождение республики или Освободительное движение. Название не имеет значения. Требуют выхода из состава Лиманского Союза. Не знаю, как их пропустили на планете, но у местных властей нет подразделений для действий в пустотном пространстве.

– Вовремя мы оказались здесь. Подвернулись им под руку, – проворчал едва слышно один из солдат.

Его соседи усиленно закивали, соглашаясь. Все нутром чуяли, что от новой миссии несет чем-то нехорошим. Погибнет случайно какой-нибудь денежный мешок, и скорее всего вину повесят на боевую секцию дальнего рейдера «Тэверил».

– Все не так плохо, как могло показаться, – решил приободрить подчиненных командир. – Записи свидетельствуют, что ни воинских навыков, ни боевого опыта у террористов нет. Да, их весьма много – порядка двух-трех сотен человек, но вооружение легкое и защита только у каждого четвертого-пятого. Причем обычный броник с показателем пробития в 0.5 единицы. Скорее всего, хватит одного попадания, максимум двух для уверенного уничтожения. Никаких проблем с этой стороны не должно возникнуть. А против «Джаггернаутов» их пукалки вообще ничего не в состоянии будут сделать. Устанут стрелять, пока поцарапают окраску.

Зал слегка оживился. Штурмовые бронескафы давали неоспоримое преимущество против слабо вооруженных врагов. Это меняло дело в лучшую сторону. А если оставят тяжелые винтовки, то операция вполне реально превращалась чуть ли не в развлекательную прогулку.

– Да мы их перебьем там минут за двадцать, а потом снова вернемся к прохладительному сарэ и лежанке у бассейна во дворике гостиницы, – сказал кто-то с веселой бравадой.

Лейтенант нахмурился, очень внимательно оглядел солдат, задержавшись на лице каждого, и ледяным тоном произнес:

– Главное в операции не ликвидация террористов, а спасение жизней заложников. Это обязательно должно дойти до каждого из присутствующих. Будете вести себя, как обычно, и палить направо и налево – рискуете в будущем встретиться с дознавателями из Тайной полиции Союза. Устанете проходить процедуры ментосканирования в комнате для допросов. Не говоря уже о том, чтобы позже снова попасть на службу. Это вовсе не одна из наших акции по ликвидации пиратского схрона или логова на каком-нибудь затерянном астероиде. Здесь требуется крайняя осторожность. Я подчеркиваю – крайняя. Всем все ясно?