Страница 4 из 12
— Эти антенны — памятник глупости. В 79-ом пытались пеленговать «Челленджер» (шаттл который случайно взорвался сразу после старта).
Но Гоша верил, что в эфире можно найти следы сигналов ноосферы. Вчера, подключив ноутбук к выводам демонтированного модуля «Гранат», он поймал странный сигнал:
Copy
CGGUCU... 0xC0DE
Сигнал шёл с азимута 322° — туда, где в 1976 году взорвался советский спутник-шпион «Космос-862», оставив на орбите облако обломков с ядерным реактором БЭС-5 на борту.
На лабораторной работе по крипто-анализу, между глифами ? («небо») и ? («дождь») на сканах стелы из Паленке Гоша обнаружил рецепт, встроенный в астрономические расчёты:
«Смешай кору ипекакуаны (? — знак очищения), зёрна какао полнолуния (? — символ энергии) и суть ягуара (? — дух трансформации) — обретёшь силу Шибальбы».
Кафе «У Ашота». Закулисье Синтеза.
Ашот, бывший радист подлодки К-219, чинил микроволновку, из которой торчали провода SDR-модуля. Гоша, пряча за спиной пробирку с зелёным дымом, подошёл к стойке:
— Чайник нужен. На неделю.
Бармен повернулся, держа в руке паяльник, как дуло. Его взгляд упал на пробирку:
— Опять твоя алхимия? В прошлый раз после твоего «эликсира» Таня клиентам MAC-адреса присваивала. Говорит, «чтобы в роутере не путались».
Гоша положил на стол распечатку: схему антенны из учебника по радиоразведке ГРУ-1968. В углу — пометка отца: «Резонанс на 1420 МГц. Частота водорода. Ключ к „Лебедю“».
— Видишь этот контур? — ткнул он в спираль. — Твой чайник из сплава ХН38ВТ — единственный в городе, что не экранирует 1.4 ГГц. Без него сигнал источника данных не поймать.
Ашот хмыкнул, достав из-под стола чайник «Электроприбор-3» 1981 года выпуска. На боку — след от пайки и гравировка: «Севморпуть. 1986».
— Это не чайник. Это ретранслятор с «Космоса-1903», — он провёл пальцем по шраму на металле. — Мы его с подлодки выловили, когда спутник горел в атмосфере. Думали, шпионский жучок… а он греет воду.
Гоша выдавил из пробирки каплю. Жидкость, попав на стол, начала пульсировать в ритме азбуки Морзе: .-. .. .— (RIP — случайность?).
— Держи. «Феромоны v2.3» — заставит Таню видеть не MAC-адреса, а… ну, — он кивнул на плакат Киркорова у входа. — Её идеал.
Ашот вздохнул, сунул чайник в рюкзак Гоши:
— Если спалишь — вернёшься как ICMP-пакет: без тела, только заголовок.
Технические детали чайника:
Материал: ХН38ВТ (никелевый сплав с эффектом памяти формы). При нагреве структура кристаллической решётки меняется, усиливая резонанс с частотами 1420 МГц.
История: Часть терморегулятора спутника «Космос-1903», сбитого над Баренцевым морем в 1986-м. Содержит микроскопические включения тория-228 (период полураспада 1.9 года) — отсюда аномальная теплопроводность.
Функция в «Турбо-Чае»: Ионы тория в воде катализируют распад кодеина в морфин-6-глюкуронид, усиливая нейропластичность.
Последствия сделки:
Через неделю Таня, нанюхавшись паров из чайника, взломала кассовый аппарат через Bluetooth-уязвимость и повысила цены на кофе только для блондинов. Ашот, обнаружив это, прислал Гоше SMS
[12.11.2020 19:30] Неизвестный номер:
«Горелов, ты — битая страница в кэше! Из-за твоего чайника Таня блондинам цены ×2 выставила. Клиенты орут, что это расизм. Но… чёрт, выручка выросла на 300%. Чайник возвращай до завтра. И принеси ещё флакон этой шняги. Для… тестов. Не вздумай TCP-сессию рвать — знаешь, как я UDP-пакеты люблю (особенно потерянные). Ашот.»
Аптека
стала
тихим полигоном для их странного
симбиоза. Катя Смирнова, опустив пробирку
с образцом ипекакуаны в дозиметр, поймала
себя на мысли, что считает щелчки прибора
— ровно 15 импульсов в минуту, как
сердцебиение Гоши, когда он вручную
взбалтывал реактив.
Она наблюдала за ним через стеклянную дверь подсобки. Его спина, освещённая синим светом от экрана спектрометра, напоминала изогнутый чип на материнской плате. Он возился с «Турбо-Чаем», добавляя в смесь порошок какао, который Катя тайком заменяла на очищенный — будто подбрасывала угли в костёр, чтобы продлить его горение.
—
Ты
знаешь, что ипекакуана взаимодействует
с кофеином как обратный транскриптаз?
— сказала она, появившись за его спиной
так внезапно, что он чуть не опрокинул
колбу.
— Это… плохо? — Гоша поправил
очки, на левой линзе бликовала трещина
в форме символа ? («дождь»).
— Зависит
от дозы. — Катя провела пальцем по
графику на мониторе, оставив след на
пыльном экране. — Здесь пик поглощения
на 1420 МГц. Ты случайно не подслушиваешь
спутники?
Они замерли. В тишине аптеки жужжание холодильника с вакцинами слилось с гулом антенн на крыше ПГНИУ. Гоша потянулся к чайнику , пропитанный запахом кофе и андростероном, он стал ключевым ингредиентом.
— Если добавить мой образец урана-238, реакция пойдёт по цепному сценарию, — она достала из-под стойки свёрток с маркировкой «Пермь-17». — Но это как войти в ядерный реактор без защиты.
Глаза Гоши расширились, отражая строки кода с экрана. Он кивнул.
Эксперимент №42 начался с тихого шипения, будто серверная комната, перегруженная трафиком. Катя ввела в колбу 5 микролитров урана-238 из ящика «Пермь-17» — капля, светящаяся тусклым синим, как LED-индикатор на древнем модеме. Смесь ипекакуаны, кофеина и глюкозы забурлила, выплёскивая на стол капли, которые оставляли на поверхности следы, похожие на диаграммы радиоспектра. Голубое свечение (точь-в-точь черенковское излучение из бассейна заброшенной АЭС под Пермью) пульсировало в такт гулу антенн на крыше.
— Частота 1420 МГц… — прошептала Катя, вглядываясь в спектрометр. Её голос дрогнул, когда график на экране резко рванул вверх, вырисовав пик в виде шестнадцатеричного кода. — Смотри, Гоша! 0xC0DE — это же сегмент памяти спутника «Космос-1903»! Твой чай не реактив… Это… декодер!
Гоша, не отрываясь от монитора, потянулся к чашке с мутной жидкостью. Его пальцы дрожали, как перегруженный процессор. Первый глоток обжёг горло, словно DDoS-атака, выжигающая брандмауэр.
Эффекты «Турбо-Чая»:
Гоша, ухватился за край стола. В его висках стучало: CGG… UCU… CGG… UCU… — словно модем дозванивался до спутника, похороненного в пермской земле. Через зрачки, ставшие порталами, он видел тени майянских жрецов, вводящих код на стенах пирамид.
— QoS… — прошипел он, ощущая, как кофеин и уран-238 танцуют в его крови вальс Шеннона-Фэно. — Майя… оптимизировали… трафик… богов…