Страница 26 из 60
Успеваем мы как раз до рассвета. Когда смываю пену, Чарли выскальзывает из
ванной. Не знаю, куда он собирался спрятаться. Может, хотел мне назло снова
забраться под диван и запылиться. Но восход солнца настигает его посреди холла, и он застывает на месте, точно памятник безумному скульптору.
Минут пять я с удовольствием любуюсь результатом собственных усилий. Теперь Чарли гладкий и блестящий, и вроде даже стал тона на два светлее, чем был. А еще, кажется, раздался в размерах.
Щурюсь, вглядываясь внимательней. Ну да, не сильно, но все-таки поправился, что ему только к лицу. Теперь он хотя бы немного похож на грозного стража, а не на ходячий скелет с перепончатыми крыльями.
Наверно, так на него действуют зажженные факелы — он ведь говорил, что питается огнем. Вот и славно, пускай растет. Потом будет мне помогать мебель двигать, если надумаю сделать здесь перестановку.
Отдохнувшая и вполне довольная собой, отправляюсь в ванную — горгулия помыла, теперь можно помыться самой. Закончив с мыльными процедурами, закалываю влажные волосы в тугой узел, надеваю свежее платье и иду завтракать.
Когда допиваю чай, как раз подходит время идти встречать моего работничка. Или работничков, если второй сегодня тоже набрался храбрости и явился.
На лифте спускаюсь в прекрасном настроении, и оно становится лучше, когда у скалы вижу двоих мужчин.
Видимо, первый вчера рассказал всем, что госпожа феникс на деле не такая страшная. Выпустила его живым и здоровым, и в процессе даже обедом покормила.
— Доброе утро, госпожа феникс, — кланяются они мне.
— И вам того же. Вижу, сегодня бригада в полном составе, — улыбаюсь доброжелательно. — Тогда идемте.
Поскольку сегодня у нас нет ни досок, ни корзин с продуктами, в кабинку заходим все втроем и быстро поднимаемся наверх.
Очутившись в замке, новенький удивленно хлопает глазами и вертит головой.
— Эк у вас здесь красиво, госпожа феникс, — произносит завороженно.
Ну да, по сравнению с деревенскими домами здесь наверно и впрямь красиво.
Особенно после того, как навела минимальный порядок. Окна бы еще помыть надо, но это уже после лестницы.
— А ты ожидал скелетов и черепов? — фыркаю.
— Нет-нет, госпожа феникс, — отнекивается он, хотя, судя по лицу, именно этого и ожидал.
Крепко же в них засела вера в чудовищ из замка.
— Ладно, фронт работ твой товарищ тебе покажет, он вчера неплохо постарался, — киваю ему. — А я пока вам обед приготовлю. Суп любите?
Новенький искоса глядит на друга, словно спрашивая, действительно его хотят
покормить, или на самом деле отравят. Второй выпячивает грудь и гордо кивает, мол, да, здесь кормят, и я это ел, потому что храбрый.
Невольно усмехаюсь этому мимическому диалогу.
— Суп любим, госпожа феникс, — наконец отвечают мне робко.
— Вот и прекрасно, — улыбаюсь и отправляю их в холл, а сама иду на кухню.
Однако едва успеваю взяться за нож, как слышу истошный вопль.
Господи, ну что опять у них там случилось? Быстрее бегу на звуки, не понимая, чего они так испугались. Может, недостроенная лестница обвалилась? Или они друг другу на ноги молотки уронили?
Залетаю в холл и застаю чудную картину — два взрослых мужика забились в угол, испугавшись... статуи. Ну, точнее не статуи, а Чарли. Но все равно. Чего это они? Понимаю, горгулий не эталон красоты, но и не настолько страшный, чтоб так истошно вопить. Скорее, монстр средней ужасности.
— Отставить панику, — командую, взмахнув рукой. — Что за хоровое пение вы здесь устроили? Памятников, что ли, никогда не видели?
Работнички синхронно поворачиваются в мою сторону, но успокаиваться не спешат, скорее наоборот. Глаза их становятся еще шире, и не сговариваясь, они вдвоем бегут к входной двери, которую я, как назло, забыла запереть. Причем, нога в ногу бегут. Прям команда по синхронному бегу, а не плотники.
Неужели они настолько испугались, что коллективно решили убиться? Потому что это только у нормальных людей за дверями есть выход. А у фениксов — обзорная площадка, огороженная низенькими перилами.
Спешу следом, надеясь, что мужики не свалятся вниз. А то жалко их. Да и перед остальными жителями неудобно будет. Не объяснишь же, что это они сами. Как в той черной комедии, где «детишки приехали и как давай убиваться».
— Эй, а ну стоять, — кричу, торопясь следом.
Оказавшись снаружи, мужики и сами поняли, что загнали себя в ловушку. Позади них пропасть. Впереди я. А до туннеля, ведущего во внутренний дворик, еще добраться надо.
— Давайте вы успокоитесь и расскажете мне, что случилось? — говорю, видя, что мужики замерли. — Это вас так статуя в холле напугала? Так не бойтесь, днем она не кусается...
— Помилуйте, госпожа феникс. Не убивайте нас, — не слыша меня кричат мужики и бухаются на колени.
Снова, кстати, синхронно.
— С чего вы взяли, что я стану вас убивать? Я вас вроде только обедом накормить собиралась, да и лестница сама собой не сделается, — удивляюсь вполне искренне.
— Так это... у вас же это... — мямлит тот, который храбрее, и косится на мою правую руку.
Смотрю туда же... етить твою налево, майор Прохорова! Я так торопилась на крики, что даже нож не положила. И бежала, получается, размахивая этим самым ножом.
— Это у меня, — показательно откладываю нож прямо на пол. — Потому что я овощи в суп резала. А вам бы валерьяночки попить. Я же сказала, что с вами все будет в порядке. Вы в моем замке гости, а значит, под моей защитой. Так что слушайте указ: отставить панику и вернуться к работе.
— Простите, госпожа феникс, — кланяются мужики. — Но как мы можем? Там же...
— Что там? — уточняю с любопытством. — Говорите, не стесняйтесь. Чем вас так испугал камень?
Может хоть чего нового узнаю.
— Так мы же знаем, что это не камень, а ночной монстр, — заикается один из
рабочих.
Нет, ну в целом определение верное. Чарли зверь ночной и на монстра вполне
похож. Да только горгульи — стражи, и жителям уж точно ничего плохого сделать не могли.
— Давайте с этого момента поподробней. Чем он вам насолил?
— Так это... ночные монстры приходят с проклятой грозой. Они зло...
Понятно, очередные суеверия.
Кроме этой смутной фразы вытянуть из них ничего не удается. И вот как мне
докопаться до сути их страха, если они меня так боятся, что ничего толком не
говорят?
— Ответственно заявляю, что этот монстр злом не является. К тому же, до самого заката он не пошевелится. Но если вы его так боитесь, то можете куда-нибудь унести.
— Мы унести?
— Ну не я же, — фыркаю. — Он вообще-то тяжелый.
Трогать Чарли мужики тоже боятся. И работать при нем толком не могут. В конце концов, мы приходим к компромиссу — я накрываю горгулия мебельным чехлом, чтобы он не так сильно смущал рабочих.
Да уж... цирк с конями, только вместо коней Чарли.
Глава 12
Мужчины худо-бедно, но приступают к работе над злосчастной лестницей. Я же пока ставлю вариться бульон для супа и вспоминаю, что давненько не брала в руки почтовый артефакт.
Интересно, родственнички снова что-то мне написали, или смирились с моим
исчезновением? Хотя, какие они родственнички... судя по тому, как жила Лана, они скорее уж черные риэлторы.