Страница 44 из 215
- Фы! Ну и что? Ты же мой брат!
- Не, пока не буду!
- Ловлю на слове «пока»! – подняла пальчик девчонка, и открыла учебник физики.
- Ты, кажется, жаловался на то, что плохо знаешь физику.
- Да, механика как-то не зашла.
Лена обстоятельно стала рассказывать мне этот предмет, я тоже увлёкся. Тем более, приятно было сидеть рядом с девочкой, которая мне нравилась. Мы смеялись, легко справились с задачкой, потом расправились с матешей и русским языком, и нашу идиллию разрушил Генка, неожиданно ворвавшись к нам в комнату.
- А что это вы тут делаете? – с улыбкой до ушей, как будто ожидал застать нас за неприличными делами. Сам был одет в шорты и майку. Я посмотрел на него, на часы.
- Ой, Лен, мне пора идти!
- Что за дела у тебя вдруг появились? – недовольно спросила Ленка.
- Времени уже много, скоро мама придёт, надо ужин сготовить, - врал я, хотя толком не знал, осталось что на ужин или нет.
- Это ты, Гена, испугал моего братика! – ткнула в его сторону Ленка пальчик.
- Мы же договаривались покататься сегодня на великах! – оправдывался мальчишка.
- А уроки сделал? – строго спросила у него Ленка.
- Сделал. А что не сделал, вечером доделаю! – улыбался пацан. Генка был крупнее меня, выше, на руках уже набирали объём и рельеф бицепсы и трицепсы, о которых мне пока можно было только мечтать. Я даже незаметно глянул на свои руки, вместо бугорков мышц на них были впадины.
Генка боксом занимается, а там надо постоянно руки в перчатках держать перед собой, на весу, а без мышц это невозможно, очень быстро руки отвалятся.
Распрощавшись с гостеприимными ребятами, затолкал рубашку в рюкзачок, и отправился домой.
По пути встретил Пашку, рассекавшего на велике.
- О, Сашка! – притормозил он возле меня. – Не забудь, в субботу на тренировку!
- Какая тренировка?! – удивился я. – А комиссия?
- Я уже сделал тебе справку! – похвастался Пашка. – Попроси у мамы записку, что она не против, чтобы ты тренировался у нас, и всё! – я не стал спрашивать, как он сумел мне сделать справку, если в родственниках главврач или терапевт, это легко. Тем более, в нашей поликлинике карточек с именем Саша Машков было несколько. Ещё одной головной болью меньше!
Да, забыл сказать! В школе был медицинский кабинет, где медсестра произвела наш осмотр, она делала записи, на сколько выросли, поправились, не заболели ли чем. Меня, как новичка, обследовала более тщательно, даже заставила снять трусы, приседать в таком виде. Наверно, смотрела, нет ли патологии суставов. Писюн почему-то не трогала (наверняка думала, что я его не использую ещё), только анус осмотрела. Так что, справку могла выписать и наша медсестра.
Дома сходил в душ, подумал сбегать на пляж, но поленился, стал инспектировать запасы продовольствия. Кое-что нашёл, но готовить было откровенно лень, мелькнула мысль сварить макароны, но решил это сделать как-нибудь потом, так что, сел у ноутбука, отдохнуть, а потом опять за уроки! Эх, детство золотое!
Пока штудировал устные предметы, до которых мы с Ленкой не добрались, пришла жена.
У меня забилось сердце, от сладкого предчувствия, я побежал ей на встречу, бросился обниматься:
- Наша мама пришла! – смеялся я.
- Молочка принесла! – обняла меня мама, поцеловав. – Дай разуться! Что делаешь?
- Уроки! – вздохнул я.
- Кушал что-нибудь?
- Да, в школе.
- Ладно, сейчас приготовлю что-нибудь.
- Мам, я сам, отдохни, - покраснел я. Сидел дома целый час, а мама работала.
- «Сам»! Иди учи уроки, самостоятельный мой! – засмеялась жена. Странно, раньше она так не говорила, просто молча вставала у плиты и жарила мясо, котлеты или варила суп.
- Что тебе, гречку или макароны отварить?
- Мне сейчас всё равно! – отвечал я. – Что проще сделать, то и сделай! – и пошёл дальше грызть гранит науки. Через некоторое время пригласила меня покушать.
- Мам, а ты почему не ешь со мной? – спросил я, уплетая макароны с мясом.
- Наелась, - устало вздохнула жена.
- Устаёшь на работе? – сочувственно спросил я.
- Не так сильно, я же молодая! – улыбнулась Нина. – А ты как? Привыкаешь?
- Привыкаю! – протянул я. – Только по тебе скучаю.
- Ну, если будешь себя хорошо вести…
- Я хорошо себя веду! – подпрыгнул я. – Смотри! – и побежал за дневником. – Вот, видишь? Одни пятёрки!
- Да? А это что? – ткнула пальчиком в «четвёрку» по истории. Я тупо уставился на неё. А, да, историчка сказала «хорошо». Странно!
- Надеюсь, ремня не дашь? – почесал я попу.
- Пока нет, но я подумаю об этом! – посмеялась Нина.
- Мам…
- Ну, что ещё?
- У нас черчение будет, - притворно надул я губы.
- Хочешь сказать…
- Да, поможешь мне? – Нина тяжело вздохнула:
- Сколько уже можно? Сокурсникам, потом мужу, потом детям, внуки ещё не выросли, так муж опять сыночком стал, в школу пошёл! Ладно, помогу, мне на работе приходится чертить чертежи.
- Четыре чёрненьких чертёнка чертили чёрными чернилами чертёж! – выпалил я и схлопотал по попе. Убежал учить уроки. Опять открыл учебник истории. Где я накосячил? Вроде, всё правильно, может, Валентина Алексеевна придирается?
В десять часов, раздирая от зевоты рот, сходил в душ и лёг спать.
Неожиданно рядом легла жена. У меня сразу сон пропал, обнял её, провёл рукой по телу…
На ней не было трусиков! Я тут же начал её целовать, жена смеялась тихонько, я поспешил к ней, боясь отказа, и… всё кончилось. Да, мне сильно приятно было, в глазах потемнело от счастья, но Нина даже не успела ничего почувствовать!
- Мамусь, подожди немного, ладно? А я пока тебя поцелую…
Я целовал её везде, жаль, она не удаляет волоски на лобке, но туда всё равно не пустила, сжала ножки. Я опять подумал, что она не хочет, чтобы я за соперником вылизывал, но быстро отогнал дурные мысли, сисечки были не менее вкусные, я быстро возбудился, тем более что жена тоже меня целовала и гладила.
Теперь всё прошло более приятно и обстоятельно. Я лежал в её объятиях, и она мне шептала на ушко:
- Милый мой! Как ты мог подумать, что брошу тебя! Ты мой! – и целовала, пока снова не загорелся.
Я в эту ночь заснул с улыбкой, как самый счастливый мальчик в мире.