Седой. Книга 2.

Глава 10.3.

Седой.

Книга 2.

Глава 10.3.

Магистр Гнао сидел в своём любимом кресле, в кабинете у себя дома. Напротив него с растерянными лицами стояли Убрас Льох и Рольф. Старика забавляли эти двое. Две лысины отсвечивали лучи солнца, проникающие внутрь помещения через небольшое окно. От этой забавной картины настроение старого мага поднималось. Если бы приемник отрастил себе усы и бороду, да подрос на голову, то можно было бы смело принять их за братьев.

- Магистр, вы уверенны в своём решении? – Убрас был шокирован новостью.

- Уж не намекаешь ли ты, что я совсем умом тронулся? – недовольно зыркнул глазами из-под густых бровей старик, - Или причина в твоей нерешительности кроется в другом. Поджилки трясутся сунуться в приграничье, да детвору бестолковую провести в земли мохнатых?

- Да как вы такое могли подумать обо мне, магистр! – изобразил обиду на лице Убрас Льох, - После стольких лет, когда я служил верой и правдой! Разве я хоть раз дал вам повод усомниться в своей решительности? Вы прекрасно знаете, моя преданность делу не имеет границ. А в пограничье мне хоть и нет никакой радости соваться, но если вы так скажете, то я всегда готов.

- Ох и лукав ты на языке, голая голова, - весело стал накручивать бороду Гнао, - Ты ведь не от чистого сердца в приемники ко мне пошёл, а корысти ради. Жаждет славы и силы нутро твоё, оттого и прогибаешься под моими капризами.

Рольф с насмешкой посмотрел на стоящего мага рядом с собой, который опустил глаза. Избранный Советом, приемник Гнао понимал, ему крыть нечем слова старика. Гнао сказал всё правильно, пусть и бестактно, но не кривя душой. В этом и был весь магистр. Возражать было глупо. Ворон видел его насквозь. А ещё, старик не терпел оправданий и лицемерия.

- Вы всё верно сказали, магистр, - признал правдивость слов Ворона вслух Убрас, - Так и есть. Меня действительно пьянит мысль о том, что когда-нибудь я смогу хоть кончиками пальцев дотянуться до вашего величия. Я тщеславен, этого не отнять у меня. Таким уж уродился.

- Вот за это ты мне и нравишься, Убрас, - одобрительно кивнул головой Гнао, - Твоя сила кроется в правдивости твоего сердца. Справедливость твоя добродетель, из-за которой я тебя и не выставил в первый месяц за двери. Пусть ты и своенравен, да норов твой не сахар, горяч как печка, а порой и деревянный по самый пояс, но зла в тебе не вижу. Подобное стоит принимать в расчёт, коли надумал окружить себя людьми.

- Мне очень приятно от вас слышать добрые слова в свой адрес, - почтительно склонил голову маг и прижал руку к сердцу, - Но как это связанно с тем, что вы просите меня стать нянькой для этих новичков? К тому же, насколько я понял вас, то эту обязанность я буду разделять с ним, - указал пальцем на перевёртыша Убрас.

Гнао поднялся из кресла и взял с письменного стола старинную книгу в кожаном переплёте. Взвесил её в руках и посмотрел задумчиво на своего приемника. Секунда и книга полетела прямо в лицо Убрасу. Мужчина не успел уклониться. Такого коварного броска тот не ожидал от старика. Получив книгой в лицо, Убрас завалился спиной на пол, задрав ноги к верху. Гнао видно придал книге особой волшбы, увеличив в полёте её вес в несколько раз.

Льох растирал кулаком сочащуюся из носа кровь, сидя на полу. Над ним стоял седобородый Гнао и довольно улыбался.

- Не смей паршивец мне ковёр своей кровью испачкать! – предупредил магистр, - Иначе заставлю весь дом прибирать в течение трех дней.

Убрас тут же рукавом закрыл обе ноздри. Зная старика, мужчина понимал, что этот не шутит. Заставит, ещё как заставит, раз говорит. Лучше уж не давать повода магистру, иначе забот потом не обобраться.

- Растопырь уши и бери пример с этого хвостатого, - Гнао посохом ткнул в Рольфа, - Язык держи за зубами, голова никогда с шеей не расстанется. Коли велено, будь добр – исполняй. Иначе, какая мне радость от того, что ты как пиявка постоянно рядом? Уму-разуму тебе не мешает поднабраться, глупец! Как мне в глаза на том свете смотреть Ларну, аки я оставлю после себя такого бестолкового как ты? Рано тебе ещё вопросами неразумными мне уши засорять, ибо нет в них силы. У тебя два месяца, дабы исполнить испытание, уготованное тебе судьбой. Коли я велю быть поводырем, ты должен думать только о том, как подойти с толком к делу, да дров не наломать. Ясно теперь тебе?

- Да, магистр, - покорно поклонился Убрас.

- Вот и ладно. Ступайте оба во двор, да приготовьтесь к тому, что я проверю вас, на что вы вообще годны. Перед тем, как в земли к хвостатым идти, нужно понатаскать вас в ратном деле, ибо совестно мне, если вы опозоритесь, как только переступите порог врат в Ырге.

Рольф вышел первым из комнаты, представляя, что сейчас ему предстоит испытать. Перевёртышу не было никакого дела до сидящего на полу приемника магистра. Рольфа гораздо больше беспокоило очень скорое будущее. То, что будет больно, это даже к гадалке ходить не надо.

Старик через несколько минут и мокрого места от них не оставит. Раздавит как тараканов, улыбаясь себе в бороду, потом снова соберёт в кучу и пристыдит, мол неумехи и бездарности ни на что не способные.

Никаких иллюзий по поводу того, что их будет двое против одного седобородого, Рольф не испытывал. На мага, что сейчас сидит на полу, никакой надежды нет. Может он и силён, сообразителен, или искусен в умениях, но шансов ноль у них, против Гнао. Будь тут даже целое войско магов, результат останется неизменным. Ворон даже не вспотеет, скручивая их в бараний рог.

Другая не слишком утешительная мысль была о том, что в скором времени придётся отправиться на Брейхо к зверолюдям в гости.

Перевёртыш и сам был не в восторге от этой идеи старика, но ослушаться, или усомниться в словах Ворона было недопустимо. Рольф быстрее сам себе руку откусит, чем станет перечить магистру. Единственный и бесспорный авторитет во всех двенадцати мирах для перевёртыша, был Гнао. Только его слова имели существенный вес для Рольфа, и только его указания перевёртыш был готов исполнять без вопросов и оговорок.

***

Сорок четвёртый дом студенческого городка, казалось бы, не должен был ничем выделяться среди сотни таких же одинаковых своих деревянных собратьев, но вот видно была поставлена особая метка судьбы на нём.

С недавнего времени этот дом стал центром внимания всех сплетен среди студентов академии. В первую очередь судачили о Седом. Появление в Академии Пришлых мага особого ранганария – одержимого, было воспринято весьма неоднозначно многими. Начиная от преподавателей и заканчивая простыми уборщицами, мнения разделились. А прогнозы, на беду ли это, или к добру, в них сам чёрт бы ногу сломал. Ещё бы! Не каждый год, тысячелетняя академия могла похвастаться таким учеником в своих стенах. Но всё это было полемика, многие прекрасно понимали, что последнее и решительное слово по этому поводу произнесёт негласный король этих учебных владений – магистр Гнао. Так как скажет сей благородный господин, так и будет.

Пока что его не было. Уважаемый магистр пропадал где-то по своим делам, однако его приезда ожидала с нетерпением вся академия. Услышать мнение авторитетного мага насчёт одержимого, желали сотни, тысячи любознательных.

Дело ведь вот в чём. Согласно записям академии, которые кто-то скопировал, преумножил да распространил без одобрения директора академии, приход одержимого всегда знаменовали с каким-то событием первой величины.

Опираясь на историю, последний одержимый, который учился в академии, стал причиной разлома основных Врат приграничья. Специально ли он это сделал, или это воля случая, на эту тему не распространялись. Важен был сам факт. На восстановления основного портала ушло четыре года работ, в результате чего, Ларн на всё это время был частично изолирован от пришлых. Простые жители империи и гости не ощутили на себе практически никаких перемен, но вот магическая составляющая гостей столицы, была готова сотни раз разорвать на куски того, кто сделал это. Если сильные маги имели доступ к пограничью, то стандартным рядовым магам и ниже рангом, пришлось ой как не сладко.