Седой. Книга 1.

Боль заполнила всё существо Спицына. Физическую и душевную боль перемешали в блендере судьбы и вылили содержимое из чаши в тело человека. Сознание покинуло Марка. Он словно отделился душой от тела и вознёсся на несколько метров ввысь, но тут его поймала чья-то тёплая и нежная рука. Марк обернулся и увидел Маль Виль. Девушка стояла снизу и каким-то образом его держала, не давая подняться выше. Она была в этот раз необычайно красива и мила. Её синие волосы развивались по ветру, а сиреневые глаза были наполнены радостью и слезами. Она была рада видеть его и почему-то печальна.

- Прости, но я не могу больше смотреть на это. Пускай ты меня в будущем будешь винить, но просто оставаться в стороне уже не в моих силах.

- Ты о чём, Маль Виль? – сразу не понял Марк.

- Я о тех тараканах, что копошатся у твоих ног. Пора их прогнать!

- И то верно! – улыбнулся Спицын, - Паразитам нет места.

Затем Марк угодил в водоворот, который непонятным образом образовался в воздухе и снова вернул его в собственное тело. Правый глаз не открывался, а вот левый показал довольно интересную картинку. Поначалу Марк не мог разобраться в происходящем с ним, но нахлынувшая боль очистила разум и подтолкнула к работе мозг человека. Спицын висел на высоте трёх метров от земли, одной из башен злосчастного форта, подвешенным за ноги головой вниз. Его тело пошатывал и крутил ветер, в результате чего Марк смог осмотреться на три шестьдесят градусов. На расстоянии метра рядом с ним висели Бро Шюпь и Юкки Накама. Подвесили всех с внешней стороны стен форта. Ребят Марк узнал не сразу. Поначалу ему показалось, что это были простые окровавленные мешки, но после, присмотревшись внимательно, когда подул с моря ветер и в очередной раз развернул его лицом, Спицын в ночном свете луны распознал тела. Признаков жизни ребята не подавали, и от этого стало страшно. «Неужели убили?», «Неужели ребята мертвы?» - закрались панические мысли в голову Спицыну, но долго там продержаться не смогли. Из состояния паники, Марка тогда вывел раздавшийся снизу голос Маль Виль.

- Ну и как долго ты там висеть собираешься?

Спицын тогда списал всё на галлюцинацию разыгравшегося воображения. Ведь после того, что с ними сотворили шакалы академии, сотрясение мозга было гарантированно, и как в данный случай вела себя голова Марк понятия не имел.

- Смотри на меня, я здесь, внизу, прямо под тобой! – не отставал голос мастиры от Спицына.

Марк стал искать глазом девушку, и она действительно оказалась прямо под ним. Сон, мираж, галлюцинация, игра разума? На всякий случай Спицын решил спросить у стоящей внизу мастиры, не чудится ли она ему, но слова так и не вырвались из его рта. Горло полностью пересохло, губы были залипшими засохшей кровью, пошевелить хоть одним мускулом в области рта совершенно не получалось. Вместо слов у Марка прозвучало лишь глухое мычание.

- Говорила тебе, дураку, нельзя тебе соваться на этот остров без меня! Оставила на пару дней одного, так вот ты во что превратился, - стала отчитывать Маль Виль своего хозяина, гневно размахивая в воздухе руками, - Ты посмотри только на себя. Как ещё голову с плеч не умудрился потерять, интересно.

«Ларн, когда ты создавал мастир, чем ты только руководствовался?», - горестные мысли коснулась сознания Марка, и он мысленно обратился к давно почившему великому волшебнику - «Женщины, они всегда остаются женщинами. Хоть искусственно созданные, хоть естественно рожденные, а сварливости у них не отнять никому. Тут уже одной ногой в гробу, а тебя отчитывают как дитя малое. Ларн, ты действительно такими их задумывал? Какой воспаленный разум у тебя должен был быть, чтобы ты даровал женщинам ещё и силу неимоверную? Хорошо хоть ума хватило у тебя сделать небольшие ограничения, иначе матриархата было бы не избежать. И не так страшен тот матриархат, как стало бы под сомнение само существование мужско…», «ай, ёпть!». Марк ударился головой о землю. Не сильно, но достаточно неприятно.

- Хватит тут разлеживаться, - недовольно пробурчала Маль Виль, развязывая верёвку с ног мужчины, - Поднимайся на ноги. Надо уходить, пока не заметили.

«Отсутствие одной куколки гусеницы, которой не суждено превратиться в бабочку», - мысленно добавил к словам мастиры Марк и вслух произнёс,

- В моль! – с силой разлепил губы Марк и выдавил из себя короткое слово.

- В моль? – вопросительно посмотрела на него мастира, абсолютно не понимая слов своего хозяина.

- Не в бабочку, а в моль я превращусь, вися в куколке, - собрался силами и выдал довольно сложную фразу для себя в тот момент Марк.

На удивление, мастира поняла шутку Спицына и рассмеялась, да так громко, что наверняка её услышали за стеной форта. Ведь ночью звукопроводимость достаточно хорошая. Но Марку тогда было плевать, никакого страха быть обнаруженными он не испытывал. Уходить он никуда не собирался даже несмотря на свое состояние. Его беспокоила судьба двух людей, которые висели подвешенными за ноги, рядом с ним. На вопрос, живы ли они, мастира без тени сомнения ответила, что да. Они живы и смерть им в ближайшем времени не грозит. «Несколько десятков часов ещё протянут, будь уверен». Спицына слова мастиры не сильно обнадёжили и успокоили. Он потребовал от мастиры снять и тех, но она наотрез отказалась. Сославшись на то, что в первую очередь займётся им, а потом уже как получится. Марк понимал, если мастира упёрлась, то изменить её решение он в силах. Особенно в тот момент, когда сам не в состоянии и пары фраз выговорить. Но он был рад. По-настоящему рад и счастлив тогда, что за ним пришла Маль Виль. А значить, дальше должно быть всё хорошо. Он и не рассчитывал на такую удачу, что Маль Виль окажется рядом в такой подходящий час, но раз фарт попал под руку, надо им воспользоваться до самого конца, однозначно тогда решил Марк. Подняться на ноги Спицын не мог, ноги не слушались совершенно. Он их чувствовал, но мышцы на спине, ниже спины и на ногах не желали слушаться, отдавая жгучей болью в разных участках тела, как только мужчина напрягался. Даже попытавшись немного приподняться, Спицын ощутил невыносимую боль в рёбрах с правой и левой стороны, от которой слёзы навернулись на глазах, и он бессильно упал обратно на спину. Он не мог и пошевелиться, а не то, чтобы подняться на ноги. Мастира поняла всё без слов и сразу приступила к исцелению. В этот раз Марк чётко прочувствовал своё слияние с Маль Виль. Прежде, ничего подобного он не замечал в их отношениях. Он будто видел глазами, как та черпала из него манну для волшбы целительства и восстановления. Марку было видно, что Маль Виль испытывала некоторые сложности с самим процессом исцеления. Эта волшба не так хорошо давалась ей, но Спицын понимал, что это вопрос времени. Ещё немного практики и Маль Виль сможет тягаться по силе с сильными целителями, в это он верил безоговорочно. В общем, на частичное исцеление ушло порядком часа чистого времени. Несмотря на то, что Марк громко иногда стонал и матерился в ходе работы Маль Виль, никто их под стенами форта не обнаружил, и не поднял тревогу. Академики совершенно забили на оборону форта и спали, небось, без задних ног. Когда открылся правый глаз, Марк понял, что Маль Виль сделала всё возможное, что было в её силах. Испарина на лбу мастиры и её сосредоточенный взгляд на груди Марка говорили о хороших новостях для мужчины. Девушка постаралась на славу. В этом Спицын убедился, как только Маль Виль закончила. Он смог без проблем подняться на ноги и снова полной грудью вдохнуть воздух. Хоть и были небольшие болевые ощущения, синяки на теле, но это уже никак не повлияло на радость и благодарность к проделанному труду мастиры. Марк тут же поднял на руки синеволосую девушку и крепко прижал ту к своей груди. Чувство благодарности переполняло его в тот момент, и он ничего не мог сделать тогда со своими эмоциями.