Страница 48 из 74
Тео моргает. Недовольство сходит с лица, и он поднимается. Я смутно осознаю восторг на лице Дженны — смутно, потому что с трудом нахожу воздух в легких, изучая его. Присутствие, усиленное в десять раз светом идеальных светильников бара, завораживает. Волосы выглядят гуще, непослушно взъерошены, словно он только что проснулся. Ресницы темнее, невероятно длинные, а глаза — зеленые, как свежая трава весенним утром. Легкая щетина на подбородке заставляет представить, каково это — ощущать его прикосновение к внутренней стороне бедра.
Смотря на него, я понимаю, сколько времени провела в мучительном ожидании. Тео — как эспрессо, мгновенно проникающий в кровь. Я чувствую себя напряженной и возбужденной.
Мы слишком долго смотрим друг на друга — слишком долго. Дженна округляет глаза, словно говоря: «Соберись». Она решает, что я не справлюсь.
— Ну что, вы языки проглотили? Нам тут место нужно, — поворачиваясь к другу Тео, произносит Дженна.
Тео приходит в себя, и в воздухе раздается скрип сдвигающихся стульев.
— Вот, — он предлагает свой стул, а затем возвращается и приносит еще два — для Дженны и себя.
Столик крошечный, рассчитанный на двоих, и теперь, когда нас четверо, становится тесновато. Но Тео наклоняется ко мне, голос тихий и бархатистый, как теплый мед, стекающий по краю банки.
— Хочешь выпить?
— Да, пожалуйста.
Он жестом вызывает официантку и шепчет: «Виски с лимоном». Тео помнит, что я люблю. Мысль о том, что все должно быть просто, вызывает знакомое тепло.
— Эй, морская свинка, — доносится из-за стола, и я наконец отвожу взгляд от Тео, чтобы посмотреть на другого мужчину.
Я выпрямляюсь.
— О, Финн!
Финн одаривает меня фирменной улыбкой — широкой и чуть кривоватой, отчего напоминает ангела, балансирующего на грани греха. Яркие голубые глаза, полные губы и легкая небритость делают его неотразимым. Неудивительно: обаяние и заразительная харизма окутывают всех вокруг, заставляя чувствовать себя самыми интересными людьми на свете.
За последние недели, проведенные на четырех кулинарных мастер-классах под его руководством, я успела привязаться. Уже через пять минут общения стало ясно, что он и Дженна заряжены одной энергией — доброй и заботливой, но скрытой за игривым флиртом. Проведя достаточно времени с Дженной, я научилась распознавать таких людей в толпе. К тому же, сомневаюсь, что Тео общался бы с кем-то, кто не заслуживает уважения.
— Значит, ты Финн? — произносит Дженна, пристально рассматривая его. — Тот, кто так и не позвонил мне.
О нет, только не это.
В ее словах нет злости — лишь огонек азарта в глазах, предвкушение «помучить» мужчину.
Финн окидывает ее взглядом с головы до ног, только сейчас осознав присутствие, и возвращает взгляд ко мне.
— Это твоя подруга?
— Ее зовут Дженна, — отвечает она, наклоняясь через стол. — И она хочет узнать, как ты оправдаешь свое молчание.
Финн неуверенно моргает.
— Могу с уверенностью сказать, что это была величайшая ошибка в моей жизни, — обернувшись ко мне, он добавляет: — Я бы поцеловал тебя прямо сейчас, если бы не боялся, что этот мачо сломает мне нос.
— Почему? Что ты имеешь в виду? — быстро спрашивает Тео, глаза расширяются от удивления, и я не успеваю осмыслить его реакцию. — Она может целоваться с кем угодно. Мы просто работаем вместе.
Эти слова — как удар ножом в сердце.
Тео мгновенно поворачивается ко мне, лицо перекошено шоком и смятением. Рядом Финн, чувствуя неловкость, потирает кружку с пивом.
— Джуди… — начинает Тео, но, к счастью, в этот момент официантка ставит передо мной напиток.
— Джуди, посмотри на меня, — снова пытается заговорить Тео
Но я не могу встретиться с ним взглядом — не сейчас. Вместо этого делаю глоток коктейля, стараясь скрыть волну разочарования. Я даже не знаю, чего ожидала. Но вынуждена признать: это ужасно.
Дженна, кажется, тоже это чувствует.
— Целоваться с кем угодно, да? Отлично, тогда, — говорит она, окидывая взглядом бар, притворяясь, что это искренний интерес. — Итак, Финн, мы собираемся положить конец безмужней паузе Джуди. Кто станет этим счастливчиком?
Финн, раздумывая, ставит кружку и со значением осматривается.
— Какой у нее типаж? Мрачный, надменный, даже если жизнь от этого зависит, не выдаст улыбки?
— Нет, определенно нет. Ей нравятся милые, но с достаточной смелостью, чтобы признаться в своих чувствах, — говорит Дженна, опираясь на локти. Голос становится шепотом, полным интриги, а глаза сверкают озорным блеском. Это фирменный взгляд урагана Дженны, от которого я понимаю: она готова добавить вишенку на торт мести. — О, и он должен быть виртуозом в постели. Наша девочка любит, когда все по-настоящему… откровенно.
Тео ставит кружку с пивом на стол, и я не решаюсь посмотреть на него. Но Дженна бросает такой сладко-приторный взгляд, что, кажется, его зубы начинают ныть от сгущенного дружелюбия.
— Очень полезная информация. Спасибо за визуализацию, — кивает Финн. — Я в таком не силен, но парень у окна выглядит многообещающе.
— Он крутил романы с десятком девушек с тех пор, как мы пришли, — нервно говорит Тео, уставившись на кружку, сжимая кулаки.
Финн хлопает себя по лбу.
— Ты прав. Не знаю, что на меня нашло, — поворачиваясь к Дженне, он добавляет: — Мы не будем довольствоваться «многообещающе»! Нам нужен мужчина для заката жизни.
— Отец всех ее пятнадцати детей, зачатых в темном переулке, — подхватывает Дженна, и они обмениваются взглядами, с трудом сдерживая смех, пока Тео бормочет что-то невнятное, похожее на «чертов дьявол».
— На самом деле, — говорит Финн с энтузиазмом, — мы только что наняли нового повара…
— Нет, — прерывает его Тео.
Улыбка на лице Дженны расцветает, когда Финн смеется и подмигивает мне сквозь эту комедию.
Я обожаю этих двоих. Словно созданы друг для друга — и для меня. Но нужно, чтобы эта игровая драма закончилась, чтобы могла залечить раны в тишине.
— Кстати о поварах. Финн, ты готов к торжественному открытию?
— О, он готов, — говорит Дженна безразлично.
Финн давится глотком пива и кашляет так, что лицо краснеет от напряжения.
— Мне жаль, — шепчет на ухо Дженна, похлопывая его по спине.
Тео наклоняется.
— Не следовало этого говорить. Я все испортил.
— Брось, — пожимаю я плечами, стараясь сдержать боль в горле. — Ты прав.
Он берет меня за локоть, заставляя встретиться взглядом.
— Не прав. На самом деле, я полный идиот. Тот, кому не следует появляться на людях. Честно говоря, не понимаю, как ты меня терпишь. Ты — святая.
Его слова вызывают невольную улыбку.
— Ты для меня гораздо больше, чем просто коллега, Джуди. Это уж точно, — говорит он, мягко ударяя меня по руке. — Пожалуйста, скажи, что веришь мне. Пожалуйста.
Его лицо выглядит таким искренне мрачным, что боль начинает отступать.
— Пожалуйста, Джуди.
— Ладно, хорошо. Я верю тебе.
— Спасибо, — произносит он. — Она всерьез насчет «откровенностей», или просто надо мной подшучивает?
Смех вырывается из меня, неожиданно и безудержно.
— Ты правда думаешь, что я отвечу на это?
— Нет, не особенно, — он приподнимает бровь и наклоняется ближе. — И если такой понадобится, Холланд, ты знаешь, где его найти.
Он нежно заправляет прядь волос мне за ухо.
— Осторожно.
На его лице появляется тот самый озорной, дерзкий взгляд, который стал визитной карточкой горячей волны желания, разливаясь между ног. Невероятно, как этот взгляд когда-то вызывал желание закричать в пустоту. Я вся в напряжении, готова рухнуть.