Страница 36 из 47
“Хм, ты очень не в духе для маленькой девочки, которая только что проснулась после дневного сна. Пожалуй, мне лучше проверить твою температуру”.
Ее глаза расширились. “Я чувствую себя прекрасно, папочка”.
Но он уже снимал покрывало. Он потянулся к низу футболки, которая была на ней. Это была одна из его. Ей нравилось окутываться его ароматом.
“Сядь”, - приказал он. Он снял футболку, оставив ее полностью обнаженной, поскольку этим утром не позволил ей надеть трусики. “Ложись обратно”, - хрипло сказал он. Она увидела жар в его взгляде, когда выполняла приказ. Она была слишком худой, почти до боли. У нее не было изгибов или сисек. В ней не было ничего особенного.
Но, когда он вот так смотрел на нее, она чувствовала себя особенной, желанной, любимой.
“У тебя твердые соски. Тебе холодно, детка?” Промурлыкал Клинт. “Я включу подогрев”.
“Мне не холодно”, - сказала она ему, покраснев.
Она была какой угодно, только не холодной, ее тело охватывало пламя всякий раз, когда он был рядом. Черт возьми, ему даже не обязательно было находиться рядом. Ей просто нужно было подумать о нем, и она начинала промокать. Возможно, у нее возникло бы искушение что-нибудь предпринять по этому поводу, если бы она не вспомнила его приказ не доставлять себе удовольствия.
Он обхватил ее грудь, и она застонала, выгибая спину. Он провел рукой взад-вперед по тугому бугорку, заставляя ее клитор пульсировать. Он слегка ущипнул ее сосок между большим и указательным пальцами, и она ахнула, когда легкая боль послала волны потребности по ее телу.
Затем он отстранился от нее. “Нет, папочка!”
“Ш-ш”, - сказал он ей. “Ты немного покраснела. Мне нужно убедиться, что у тебя нет температуры”.
Она покраснела, потому что была возбуждена, и он чертовски хорошо это знал.
Он протянул руку и вытащил термометр из верхнего ящика ночного столика вместе с баночкой смазки.
“Ммм, что это за термометр, папочка?”
“Единственный вид, который я когда-либо использую на тебе”, - весело ответил он. “Он проникает тебе в зад”.
О Боже, она должна была знать.
“Я действительно чувствую себя прекрасно”, - быстро сказала она ему.
“Что ж, я рад этому. Но я все равно собираюсь проверить. Это моя работа - поддерживать тебя в хорошем состоянии ”.
Она хотела протестовать дальше, но также знала, что он не собирается давать ей отсрочку, так что она могла бы с таким же успехом покончить с этим.
Она начала переворачиваться на бок, чтобы принять ту же позу, что и тогда, когда он вводил обезболивающие, но он схватил ее за талию, останавливая. “Папа сказал повернуться, детка?”
“Ах, нет, но я принимала позу”, - сказала она в замешательстве, когда он схватил ее за ноги и потянул их вверх, упираясь ими в ее грудь.
“Клинт!” - пискнула она.
Он бросил на нее строгий взгляд. “Что это было?”
“Извини...я... ммм…что ты делаешь, папочка?”
“Измеряю температуру моей девочки”.
“Не так!” Прошлой ночью он искупал ее в ванне и сбрил волосы на лобке, так что она была полностью открыта его взгляду.
“О да. Ты мне нравишься такой. У меня все хорошо просматривается”.
Боже. Может ли это быть еще более унизительным?
“Теперь я хочу, чтобы ты держала ноги прямо там, где они есть. Опустишь их, и папочке придется быть с тобой тверже, понимаешь?”
Ладно, казалось, что все может стать еще более неловким.
Он окунул палец в смазку. Он не стал бы ... он бы не ... о черт, он стал. Он прижал палец к ее сморщенному входу. Она заскулила и попыталась отодвинуться от этого пальца, но ее положение делало это практически невозможным. И он крепко схватил ее за бедро, просовывая палец внутрь нее. “Папа, ты не можешь!”
“О, но я могу. Потому что я сейчас главный”.
Прямо сейчас? Почему-то она сомневалась, что он когда-нибудь откажется от контроля.
Он глубоко проник пальцем, когда она застонала и пошевелилась, потребность затопила ее. Когда он убрал палец, ей пришлось прикусить губу, протестуя. Брайан часто подталкивал ее к анальному сексу, и она всегда отказывала ему. Она считала это отвратительным ... и вот она была на грани того, чтобы умолять Клинта не останавливаться. Он окунул термометр в смазку. Ей показалось или он двигался слишком медленно? Он раздвинул ее ягодицы, улучив мгновение, чтобы просто посмотреть на нее.
“Папа! Пожалуйста, не смотри на меня так”.
Он взглянул на нее. “Почему нет?”
“Потому что это грязно”.
Он ухмыльнулся. “О, детка. Разве ты не знаешь, что между папой и его девочкой нет ничего запретного или грязного. Ну, если ты не говоришь о сексуально непристойных вещах”. Он подмигнул ей, затем ввел в нее кончик термометра. Он помолчал, пристально глядя на нее сверху вниз. “Тебе будет удобнее, если ты расслабишься”.
“Легче сказать, чем сделать”, - пробормотала она.
Он чмокнул меня в одну щеку. “Ты ведешь себя нахально со мной?” Шлепок поразил ее, но был лишь легким, а его усмешка сказала ей, что он не так уж сильно возражает против ее нахальства.
Он засунул термометр ей внутрь. “Мы собираемся оставить это там на десять минут”.
“Десять минут? Нееет”.
Он бросил на нее строгий взгляд. “Да, и если ты продолжишь жаловаться, я собираюсь сделать это регулярной частью твоего дня…Я все равно мог бы”.
“Нет, папочка. Я буду вести себя хорошо”.
Он протянул руку и убрал прядь волос с ее лица. “Я знаю, что ты это сделаешь, детка. Дай мне знать, если почувствуешь дискомфорт или боль в этой позе, хорошо?”
Она кивнула. Она подумала о том, чтобы солгать и сказать, что ей больно, но она немного беспокоилась, что может оказаться в худшем положении. Кроме того, лгать Клинту было неправильно. Он был с ней откровенен. Она не хотела делать ничего, что могло бы заставить его пожалеть об этом. Потому что, хотя лежать вот так было неловко, какой-то части ее это нравилось.
Была возбуждена этим.
Он прошел в ванную, и она услышала, как льется вода. Затем он вернулся в спальню и сел на матрас, глядя на нее сверху вниз. Волна жара прошла через нее. Он обхватил ее киску, затем раздвинул ее губы.
“Моя малышка очень взволнована, не так ли?” Он поднял бровь. Она наблюдала за ним в поисках любого намека на отвращение, но в его глазах был только жар. “Скажи мне, тебе понравился папин палец в твоей попке?”
Черт. Он бросил на нее взгляд, который говорил, что ей лучше ответить побыстрее.
“Да, папочка”.
“Да, папочка, мне нравилось, когда ты засовывал палец глубоко в мою непослушную попку”, - инструктировал он.
Иисус. Иисус. Почему ей это понравилось? Какого черта это ее заводило? Она, черт возьми, точно не знала, но ее клитор пульсировал, а соски были такими твердыми, что ныли.
“Да, папочка, мне понравилось, как ты засунул свой палец глубоко в мою непослушную попку”, - повторила она.
“Хорошая девочка. Папа так доволен тем, как хорошо у тебя получается, что собирается наградить тебя”.
Награда? Она оживилась. Ей понравилось, как это звучит. Он вытащил что-то из кармана, поднял это.