Заложник

И не только объяснила, но и проводила.

Она отвела нас в главный, самый большой зал, где постепенно выстраивались две длиннющих шеренги из гостей, друг напротив друга. Я оказался в шеренге из мужчин, Мари встала в другую, в той, где стояли дамы.

Вообще, что я знал о балах? То, что это жутко зарегламентированное мероприятие, где строгий дресс-код, строгие правила, строгий этикет и несколько тысяч нюансов. То, что не редко в мире писателя старинные балы заканчивались смертями или серьёзным вредом здоровью. То, что, бывало, дамы заживо сгорали в своих пышных кринолиновых платьях, неосторожно задев краешком свечу. То, что, от тесноты корсетов и недостатка кислорода в душных помещениях, падение в обморок дам считалось обыденностью и нормой. То, что длящиеся по двадцать-тридцать минут танцы были неслабым физическим испытанием даже для молодых и здоровых людей. То, что существовала серьёзная проблема с туалетами и справлением естественных нужд, особенно для дам, с их вычурными пышными платьями. То, что на балу, нигде, кроме, как за столом, не снимают белых перчаток…

Лично мои знания ограничивались этим.

Тем чуднее было для меня то, что происходило здесь и сейчас. Перчаток не было ни у кого из тех, кого я видел. Платья у дам… отличались достаточно большим разнообразием и… отсутствием тех самых «пышно-кринолиновых». Ну, полное отсутствие свечей, наверное, не стоит даже упоминать? Точно так же, как и наличие вполне современных систем вентиляции и кондиционирования воздуха. Как позже выяснилось, с санузлами здесь тоже проблем не было.

Что, в целом, не могло не радовать. Гораздо хуже было бы, сбудься все мои «средневековые» представления о балах.

Но вот в плане регламентизации… ну, тут уж ничего не попишешь. Она была.

И самой первой из условностей, была вот эта вот церемония открытия бала Императором. Большой Бал по поводу Нового Солнца не мог начаться, пока гости не выстроятся в готовности его встретить, и пока он не явится лично, чтобы сказать короткую речь и объявить его открытым.

И он явился. В сопровождении жены, дочери и старшего сына. Того самого Василия Борисовича, к покушению на которого я был «причастен». Не самая лучшая память и не самые лучшие ассоциации с этим человеком.

Старший сын и жена присутствовать обязаны были по всё тому же регламенту. Всё ж, Василий Борисович, сейчас, один из главных претендентов на Императорский Престол, если паче чаяния, с Борисом Ивановичем что-то внезапно и фатально случится. Хотя… тут ещё «бабушка надвое сказала», ведь Василий Борисович ещё только Пестун. Причём, ходит в этом Ранге всего десяток лет, не больше. До Богатыря ему ещё очень далеко, а Император, по определению, должен быть самым сильным Одарённым из всех, кто имеет право претендовать на эту должность. Не существует в Российской Империи «помазанности» и «прав от рождения». Вон, тот же, к примеру, мой отец, вполне имеет, как теоретические, так и практические права на Трон, как один из прямых потомков Рюрика. Только вот, нужно ли ему это? Готов ли он в борьбу ввязываться? Рискуя потерять Княжество.

Если так подумать, то и я сам имею прав на попытку занятия Престола ничуть не меньше… Как бы смешно это в практическом плане не смотрелось, учитывая те Ранги, которые там крутятся. Куда мне с моим Юнаком к Богатырям лезть? Только народ смешить. Да и не нужен мне это Трон даже и даром. Я на совершенно другую Корону нацеливаюсь: на Корону Эстрады!! От славы и популярности я теперь точно не откажусь! Не после сегодняшней красной дорожки… Популярность, она ж как наркотик… страшнее наркотика…

В общем, у сына Императора не было никаких особых регалий или званий. Не Принц, не Крон-Принц, ни, тем более какой-нибудь Принц Империи. Нет. Просто Князь. Не Княжич. Князь. Причём, довольно формальный Князь.

То есть, за этим титулом стоит, конечно, конкретное земельное владение… не особо крупное, входящее в состав личных Императорских Владений, но я не уверен, что он вообще хоть раз там был. У всех детей Императора мужеского пола, достигших двадцати одного года там выделены некоторые доли в «кормление». Но, опять же: формально. Содержание им предоставляет Имперская казна… в добавок к тому, что идёт с их «Княжеств». По факту же, всеми владениями Императора занимается его второй сын — Николай Борисович. Не владеет, но управляет. Император управляет Империей. Ей же и содержится. Василий — проходит специализированное обучение, необходимое для управления Империей… в будущем. У него просто нет времени на Княжество.

Ещё несколько сыновей Императора находятся на важных государственных должностях в Правительстве — им, так же Имеющим титул Князя, так же и недосуг заниматься Княжествами. За них это делает Николай.

Дочка же… тоже не Принцесса, а Княжна. И вот у неё земельного владения нет даже формального. Княжна Ирина… на данный момент, она — самый младший ребёнок Бориса Ивановича. И она… моя, блин, ровесница. Законы жанра, что б их!

И вот чувствует мой седалищный нерв, что не просто так она открывает вместе с отцом сегодняшний Бал! Вот, чует!!! Чу-у-ует!

Правда, мозгами, я вообще не могу даже предположить, как грядущие, связанные с ней неприятности могут касаться меня? Не выстраивается ни одна логическая цепочка. Ни под каким углом: ведь я уже помолвлен. И Аристократическое многожёнство тут никак не поможет — второй женой дочь Императора Российской Империи могли бы, хотя бы в теории, отдать только за другого Императора. Причём, ещё не абы какого! Например, Японский или Китайский — мелковаты для такой чести. Вот Южно-Американский… с тем бы разговор ещё мог получиться. Или с Персидским Шахом… хотя, вот с последним, ещё не факт. Тут дело уже не только в политике будет, но и в личных отношениях — Шах слишком уж старый.

Правда, тут «старый» — это «Сильный», а не «дряхлый». Просто, у него, за его такую долгую жизнь, слишком уж большой гарем собрался. Урон престижу страны может быть, если дочка Российского Императора в такой отправится, да ещё и не первым номером. У нас, конечно, хорошие отношения с Персией, союзнические, но, всё ж, не до такой степени.

Император произнёс речь. Короткую, красивую, политически выверенную и правильную. Но иначе и быть не могло, ведь эту речь сейчас транслируют по всем государственным телевизионным каналам страны. Примерно, как в мире писателя, президент выступает в новогоднюю ночь, под куранты.

Здесь это предпочитают делать несколько раньше полуночи. Возможно, получается не так пафосно, как там, но… тут и обращение, в основном, идёт не к гражданам, а к собравшимся здесь Дворянам и тем, кто не смог, в силу своих административных или военных обязанностей прибыть. Опора Трона — они, а не толпа бездарей, как в «демократии» мира писателя.

А для Дворян будет ещё целый сегодняшний Бал, за время которого, Император, с кем ему надо, встретится и лично переговорит…

Император сказал речь. Император кивнул церемониймейстеру и тот грохнул своим посохом об пол, объявляя Бал открытым. Тут же заиграла музыка — за дело взялся один из трёх, привлечённых к сегодняшнему мероприятию оркестров. Две шеренги Дворян, выстроившихся друг напротив друга, двинулись со своих мест. Мужчины красиво подошли к дамам и галантно, с церемонным поклоном подали им руку, приглашая на танец. Одновременно все. И одновременно все дамы вложили свои нежные ручки в их руки… И танец начался…

Здесь не было тех, кто в танце не участвовал. Не было «кумушек», «матрон», «инвалидов» и «стариков». Не было слабых, неспособных выдержать первый танец, но при этом достаточно влиятельных и богатых, чтобы иметь привилегию попасть на этот Бал. Не было! Слабакам в Высшем Дворянском Обществе нет места! В Империи правит Сила! И ты должен быть Сильным, чтобы быть в ней Властью!