Страница 2 из 43
"Папочка - медведь" ("Папочки Монтаны 1")
После многих лет лжи и использования Элли просто хочет новой жизни. На своих собственных условиях.
Есть только одна маленькая проблема. На пути к этой новой жизни она попадает в аварию на своей машине во время снежной бури, и ее спасает огромный мужчина. У мужчины, известного под именем Медведь, бедра размером со ствол дерева и крайний случай властолюбия.
Если кому-то когда-либо и нужен был хранитель, так это этой девушке. Медведь знает, что не должен прикасаться к ней, не должен вмешиваться, и все же теснота крошечной хижины во время снежной бури заставляет его делать то, чего он обычно не стал бы.
Например, предложить ей временное соглашение с ним в качестве ее папочки-дома.
1
Она была так растеряна.
Элли так крепко вцепилась в руль, что у нее заболели пальцы, когда она уставилась на заснеженную дорогу. Это было нехорошо. Совсем нехорошо.
Ее машина не была оборудована для езды в таких условиях. Черт возьми, и она не была готова для езды в таких условиях. Она была из Майами, она не привыкла к снегу.
По крайней мере, обогреватель в ее машине работал, но если она в ближайшее время не доберется до дома своей тети, у нее будут настоящие неприятности. Она была так напугана. Она понятия не имела, как вести машину в таких условиях.
Она бросила быстрый взгляд на указатель уровня топлива. Этим утром она заправилась на двадцать долларов, думая, что этого будет достаточно. Но она не рассчитывала застрять в проклятой снежной буре.
Почему она не проверила прогноз погоды? Ей следовало переждать эту бурю где-нибудь в безопасном месте, прежде чем продолжать путь.
Верно. И какой мотель она собиралась найти, который стоил бы около сорока восьми долларов девяносто центов? Потому что это все, что у нее осталось от денег, которые она взяла, покидая родительский дом.
Она все еще чувствовала себя виноватой из-за этого, и, черт возьми, она не должна. Как долго она откладывала свою жизнь, чтобы позаботиться о них? Они лгали ей. Обманули ее. Черт возьми, как она могла быть такой чертовски наивной?
Ее глаза наполнились слезами, их предательство все еще было жестоким и режущим. Ей нужно было перестать быть такой слабачкой. Она потратила годы своей жизни, заботясь о других. Ставя себя в последнюю очередь. Делать то, что она считала своим долгом, потому что они были ее родителями и любили ее.
«Ты у нас в долгу, Эллен.
Если ты выйдешь за эту дверь, ты для нас ничто. Никогда не возвращайся.»
Рыдание вырвалось из ее груди. Разве она уже недостаточно наплакалась? Они не заслуживали ее слез.
«Ты больше не наша дочь».
Пришло время взять на себя ответственность за свою жизнь. Ей было двадцать три года, и у нее никогда не было секса. Черт возьми, она даже ни разу не была на настоящем свидании. И ее последний поцелуй был с Бумером Марстоном на заднем сиденье его пикапа. Ему удалось запустить руку ей под топ, чтобы сжать грудь.
Это был не совсем тот первый поцелуй, который запомнился. Но это было все, что у нее было. Какой была бы ее жизнь сейчас, если бы она не поступила так, как приказали ее родители, и не порвала с ним?
Она могла бы быть миссис Бумер Палмер. Она скорчила гримасу. Элеонора Палмер. Фу. Будет ли у нее и Бумера теперь толпа маленьких Бумеров и Бумеренок, бегающих вокруг? Она рискнула выпустить руль, чтобы быстро вытереть лицо, ее зрение затуманилось от слез. Ей нужно было взять себя в руки.
Она свернула за угол дороги, и у нее вырвался крик, когда ее сердце бешено забилось. Огромное дерево перегородило дорогу, и она направлялась прямо к нему. Инстинктивно потянувшись, она ударила ногой по тормозам.
Ее машина завертелась, не в силах набрать сцепление на обледенелой дороге. Она развернулась, съезжая на обочину. Надвигались большие деревья, выглядевшие угрожающе в почти полной темноте, и она отчаянно крутила руль, пытаясь вернуть управление своей машиной. Она не реагировала. Машина врезалась в дерево, резко остановившись. Ее голова дернулась вперед, ударившись о руль. Ее зрение затуманилось, чернота наползла на зрение, когда она потеряла сознание.
* * *
Беар изучил ухудшающуюся погоду и понял, что было бы глупо пытаться вернуться на ранчо сегодня вечером. Используя систему Bluetooth, он позвонил в центр безопасности в Санктуарии.
“Ранчо Санктуарий, вы разговариваете с Корбином”.
Он не отрывал взгляда от дороги, слегка снизив скорость. Здесь становилось все хуже.
“Это Беар. Сегодня вечером я не вернусь”.
Санктуарий был его домом с детства. Когда он закончил школу, ему казалось естественным остаться и работать там. У него никогда не было желания идти куда-либо еще. Это было место, где люди принимали его, его желания, его потребности. Потому что люди, которые жили и работали там, разделяли его взгляды. Существовал особый набор критериев, которым должен был соответствовать любой нанятый.
Клинт Дженсен управлял ранчо, которое его прапрадедушка основал вместе со своим братом. Они хотели место, где они могли бы жить в мире со своей женой. Которое они делили. Тогда это, должно быть, вызвало большой переполох, и он не мог винить их за желание защитить свою жену от любых насмешек.
Они позволяли присоединиться к ним на ранчо только единомышленникам. Мужчинам, которые хотели другого рода отношений. Мужчинам, которые верили, что женщин следует защищать, нянчить и при необходимости брать под контроль. Клинт пошел по стопам своего прапрадеда.
Беар не знал, сможет ли он когда-нибудь снова влюбиться. Однажды он обжегся. Он думал, что влюблен, а оказалось, что она всего лишь использовала его. Она солгала ему. Обманула его.
“ понял тебя”, - ответил Корбин. “Где ты находишься?”
Беар огляделся. “Я примерно в часе езды к югу от ранчо, но снег идет быстро. Не так много, но продолжает в том же духе. Я собираюсь направиться в домик.”
Отец Клинта построил хижину недалеко от ранчо на те случаи, когда ему хотелось уехать, чтобы немного побыть наедине со своей женой. Медведь сам пользовался этим раз или два, когда хотел поохотиться.
Он уже проехал первый поворот, который вел к хижине, но дальше была другая дорога, по которой он мог пойти. Он повернул за угол, сразу же увидев огромное дерево, преграждающее дорогу.
“Черт!”
“Беар? Все в порядке?” В голосе Корбина не было прежнего ленивого тона. Теперь он был весь напряжен.
Он не ответил, его сердце бешено забилось, когда он заметил машину, съехавшую набок, передняя часть которой была смята там, где она врезалась в другое большое дерево.
“Черт! На обочине дороги разбилась машина, я собираюсь остановиться и проверить, что внутри никого нет ”.
И если есть, пожалуйста, пусть они будут живыми.
Он постепенно убрал ногу с акселератора, снижая скорость. Он ехал не очень быстро, и, к счастью, на днях он поставил зимние шины на свой грузовик.
“Дай мне знать, что происходит, и если тебе понадобится помощь”, - спокойно ответил Корбин. “Я сообщу Клинту и Кенту, что произошло. Я также предупрежу власти о дереве, загораживающем дорогу ”.