Его сладкая награда

“У нас впереди все выходные”, - напоминает он мне, но, судя по тому, как он меня целует, я думаю, у нас будет больше времени.

Глава тринадцатая

Дэш

“О, вау, что-то вкусно пахнет”.

Когда двери лифта закрываются за нами, я захожу в свой пентхаус на грани. “Алло?” Я зову, потому что здесь никого не должно быть.

Мы с Бруклин приехали прямо сюда, но я убедился, что моя домработница и шеф-повар уедут на выходные. Возможно, шеф-повар оставил для нас ужин, но не похоже, что он стал бы этого делать.

“Дэшал?”

“Черт”, - шепчу я себе под нос, поворачиваясь, чтобы посмотреть на Бруклин. “Прости, я не знал, что она будет здесь”.

Ее брови в замешательстве хмурятся, когда моя мать выходит из-за угла с тряпкой для мытья посуды в руках. “Ну, привет, сынок, это, должно быть, Бруклин”. Она полностью обходит меня, подходит к моей девушке и заключает ее в объятия. “Так приятно наконец познакомиться с тобой”.

“Мама”, - предупреждаю я, но она игнорирует меня.

“Ты просто куколка. Посмотри, какая ты маленькая”. Она держит Бруклин на расстоянии вытянутой руки и оглядывает ее с ног до головы. “Нам нужно немного мяса на твоих костях”.

“Мам”, я пытаюсь снова, и она просто улыбается мне, обнимая Бруклин за плечи и ведя ее на кухню. “Твой помощник Джефф был так любезен, когда я сегодня звонила в офис”.

Я прищуриваюсь и хватаю свой телефон, следуя за ними.

“Он сказал мне, что ты будешь дома все выходные со своей девушкой Бруклин, и он рассказал мне все о ней. Ну, то, что он знал”.

“Что он сказал?” Бруклин смеется, как будто находит все это забавным.

Я этого не делаю. Я планировал заняться с ней любовью на каждой поверхности моего дома, но теперь, похоже, мне придется сначала помучиться за ужином со своей матерью. Не то чтобы я ее не люблю, но она выбрала самое неподходящее время.

“Только то, что наш Дэшал был полностью сражен”. Она оглядывается через плечо и подмигивает мне, и я закрываю лицо руками.

“Я приготовила курицу, клецки и яблочный пирог”, - поет она, наслаждаясь каждым моментом моих страданий.

“О, мой любимый”, - говорит Бруклин, и я улыбаюсь, потому что это правда.

Теперь я не могу решить, увольнять Джеффа или повысить ему зарплату. Как он до всего этого додумался, я понятия не имею, но когда я вижу, как Бруклин и моя мама болтают на кухне, это на самом деле довольно мило.

Я тяжело вздыхаю и решаю просто расслабиться и наслаждаться ужином. Я мало разговариваю, потому что моя мама делает достаточно за нас троих. Она задает Бруклин всевозможные вопросы, и, к моему удивлению, Бруклин, кажется, получает удовольствие. Она спрашивает обо мне в детстве, и моя мама с готовностью принимает это во внимание. Она хватается за любую возможность показать меня или смутить.

Мы едим до тех пор, пока Бруклин не приходится держать руки над тарелкой, чтобы моя мама не наполнила ее снова. Честно говоря, она делала это уже три раза. Я убираю тарелки с обеденного стола и слышу, как они перешептываются, когда я иду на кухню.

Я понятия не имею, что моя мама говорит Бруклину, но через несколько мгновений моя мама заходит на кухню, чтобы помочь мне прибраться.

“Она сказала, что ей нужно в туалет, поэтому я подумала, что прокрадусь сюда и извинюсь”.

“Тебе не жаль”, - говорю я ей, и она смеется.

“Верно, но я люблю тебя”.

“Я тоже тебя люблю”, - признаю я и качаю головой. “Еще раз спасибо за ужин. Было мило с твоей стороны приготовить для нас”.

“Не волнуйся. Я не останусь. Твой водитель ждет меня внизу. Я просто хотела обнять тебя перед уходом”.

Я вытираю руки, наклоняюсь и целую ее в щеку. “Будь в безопасности, возвращаясь домой”.

“Тебе лучше быть добрым к ней, иначе.” Она лучезарно улыбается и пожимает плечами. “Я бы не хотела предпочесть ее собственному сыну”.

“Грубо”, - упрекаю я, но она игнорирует меня, хватая свою сумочку.

“Было так приятно познакомиться с тобой”, - говорит она Бруклину, когда они обнимаются в коридоре. “Ты придешь на следующей неделе, чтобы посмотреть на мою библиотеку, верно?”

“Я бы не пропустила это”, - соглашается Бруклин, и они обнимаются во второй раз.

Именно тогда я понимаю, что моя мама обняла ее сильнее и даже не взглянула на меня, когда заходила в лифт и махала на прощание.

“Она мне нравится”, - смеется Бруклин, когда я запираю дверь.

“Я вижу”, - ворчу я, и она снова смеется, направляясь в мои объятия.

“Ну, я не могу дождаться, когда увижу ее снова”. Она поднимает на меня глаза, и я улыбаюсь ей сверху вниз.

“Завтра первым делом я меняю замки”. Бруклин приподнимается на цыпочки, и я поднимаю ее. “Может быть, мне следует сделать это сегодня вечером”.

Я хватаю ее за задницу и несу в заднюю часть пентхауса, туда, где находится моя спальня. Свет в моей комнате выключен, но горизонт города сияет в лучах заходящего солнца.

“О боже мой, это так прекрасно”, - говорит она, оглядывая помещение.

“Это одно из преимуществ пребывания на верхнем этаже”. Я целую ее в шею, позволяя ей скользить по моему телу. “Рядом со спальней есть балкон, если ты захочешь выйти на улицу”. Я снова целую ее и улыбаюсь. “Там есть ванна на открытом воздухе и душ”.

“Ты серьезно?” Ее глаза расширяются, и я киваю.

“Я несколько раз пользовался ванной после долгого дня. Приятно сидеть там и смотреть на звезды”.

“Я не могу представить тебя отмокающей в ванне”.

“Ну, теперь мы определенно должны это сделать”. Я беру ее за руку и веду на балкон. “Я хочу, чтобы ты представила, как я все делаю”.

Когда мы выходим на улицу, она оглядывается, и ее глаза расширяются от шока. “Ты не шутил”.

С этой стороны здания есть только мой балкон, а над нами ничего нет, чтобы кто-то мог посмотреть вниз. Это также достаточно высоко, чтобы никто не мог увидеть нас из здания внизу. По краю расположены растения, а над головой - беседка, увитая глицинией. Создается ощущение, что мы полностью изолированы в саду от всех. Душ находится сбоку, а ванна посередине, окруженная каменными ступеньками для входа и бесконечным краем, из-за которого кажется, что вода течет вечно.

“Это похоже на что-то из сна”.

“Именно так я к тебе и отношусь”.

В ее глазах горит огонь, когда я расстегиваю рубашку и включаю воду в ванной. Звук бегущей воды заполняет тишину, и я снимаю рубашку и брюки. Она улыбается, когда я подхожу к ней и опускаюсь на колени. За ужином она сняла туфли, и что-то в том, что я вижу, как она ходит по пентхаусу босиком, заводит меня. Как будто ей здесь комфортно, как будто, возможно, это может быть и ее домом тоже.

Я провожу руками вверх по ее ногам и под платье. Когда я чувствую ее голую задницу, я вспоминаю, что ее трусики все еще в моих спортивных штанах с сегодняшнего утра. Я одобрительно хмыкаю, хватаясь за край ее платья, пока встаю, стаскивая его одним широким движением.

Ее щеки краснеют, когда я обнимаю ее за спину и расстегиваю лифчик, так что она оказывается передо мной полностью обнаженной. Ее пальцы играют с краем моих боксерских трусов, и я позволяю ей снять их с меня.