Страница 13 из 15
– Ты, наверное, права. – Но мне все равно! – ее голос окреп. – Я думаю, что делаю все очень хорошо, поэтому они должны будут принять меня, хотят они того или нет. Мисс Ландберг ведь тоже будет смотреть, значит, они не смогут меня срезать, если я действительно все буду делать правильно.
Элизабет вздохнула. Она знала, что Эми права в своем желании постоять за себя. И восхищалась отвагой, с которой подруга была готова встретиться с Единорогами лицом к лицу.
– Хочу надеяться, что ты поступаешь правильно, – проговорила она наконец, взглянув в голубые глаза Эми. И вдруг улыбнулась: – Удачи тебе!
– Она мне сейчас очень понадобится, – усмехнулась в ответ Эми. – Спасибо, Элизабет, спасибо!
9
Кен подбадривал себя, когда открывал дверь раздевалки. Он ожидал, что кто-нибудь обязательно крикнет: «Коротышка», когда он войдет. Но все ребята были заняты приготовлениями к матчу. Казалось, никто и не заметил его.
Он подошел к своему шкафчику и сел на скамейку. Хотя Кен знал, что сейчас играет лучше, чем неделю назад, он все же очень нервничал. И почему-то никак не мог открыть спортивную сумку. Просто сидел и смотрел на других ребят, думая, какие они все высокие и какой он маленький.
Чем дольше он сидел, тем труднее ему становилось переодеться в спортивный костюм. В воображении вставал его отец, который играл в баскетбол, как Бог, и Кен словно слышал ободряющие выкрики отцовских болельщиков. В конце концов, он в отчаянии схватил свою сумку и выскочил из раздевалки. И второй раз за этот день наткнулся на Элизабет Уэйкфилд, которая наклонилась над фонтанчиком с питьевой водой.
– Кен! Что стряслось? – она сразу увидела его хмурое лицо и туго набитую сумку. Глаза ее в тревоге расширились. – Ты что же, уходишь?
– Оставим это, Элизабет, ладно? – Кен отвернулся, сжимая кулаки, покраснев от злости.
Элизабет обогнула фонтанчик и оказалась лицом к лицу с Кеном.
– Что же все-таки случилось? Кто-то опять обозвал тебя? А я думала, что ты твердо решил не обращать на них внимания.
– Да нет, – Кен тяжело вздохнул. – Просто я знаю, что как только выйду на площадку, Брюс сразу… – Он помолчал, пытаясь объяснить. – Не могу я больше слышать все это, Элизабет, пойми же!
– С ума сошел! – резко оборвала его Элизабет. – Сколько же ты будешь позволять ему стоять на твоем пути?
Внезапно Кену стало стыдно за себя. Он был так собою недоволен, что и слова сказать не мог.
Элизабет решила действовать по-другому.
– Послушай, Кен, – проговорила она ласково. – Знаешь, что сказала Эми, когда я рассказала ей о письме, которое ты получил?
Он отрицательно покачал головой.
– Я думала, она не пойдет на второй тур, потому что не захочет иметь ничего общего с этими болельщицами. А ты знаешь, что она ответила?
– Нет, конечно. Откуда?
– Она сказала, что пройдет и этот тур, хотя ей совсем уже не хочется быть капитаном. Да, да, – Элизабет закивала головой, когда увидела удивление на лице Кена. Ее слова произвели впечатление, и она продолжала: – Только так она и сможет помешать Лиле Фаулер и всем Единорогам плести их жалкие интрижки.
Кен, не отрываясь, смотрел на нее со смешанным чувством изумления и восторга.
– Так и сказала?
– Так и сказала! – Элизабет победно взмахнула руками. – И что же, ты оставишь Эми одну, а сам смоешься, как трус?
– Нет, конечно, – покраснел Кен. И тут же упрямо поднял подбородок, выражение его лица резко изменилось. – Я буду играть! Хотя бы ради Эми!
Элизабет с облегчением вздохнула:
– Это здорово, Кен! Желаю удачи!
Она подождала, пока он скрылся в раздевалке, и вернулась в спортзал.
Кандидатки в команду болельщиц как раз собирались на площадке, когда Элизабет удалось найти свободное местечко. Девочек было куда меньше, чем в первом туре, и многие из них уже крутили свои жезлы. Элизабет подумала, что на самом деле это упражнение очень трудное. Только выглядит просто.
Через несколько минут на площадке остались только Единороги, друзья Единорогов и… Эми Саттон. Элизабет подумала, что, может, они сделали вчера еще несколько телефонных звонков и преуспели. Может, поэтому здесь не осталось никого из «нежелательных», кроме Эми.
Лила сделала шаг вперед и объявила:
– Итак, вот что мы будем делать теперь. Вы постройтесь и протяните вперед ваши жезлы. Повторяйте движения за Эллен. Она будет показывать. Если не сможете, выбываете…
Гул прокатился среди девочек и в толпе зрителей.
«Это суровое испытание», – подумалось Элизабет.
Она посмотрела туда, где стояла мисс Ландберг. Учительница физкультуры выглядела несколько удивленной, но ничего не сказала. Элизабет опять посмотрела на Лилу, и та кивнула:
– Начинай, Эллен!
Эллен очень уверенно начала с простейших упражнений с жезлом. Большинство девочек успешно повторяли их за ней. Но ее движения убыстрялись, и некоторые жезлы стали падать.
Эми закусила губу, заставляя себя не нервничать. Она была само внимание. Она не могла допустить, чтобы ее жезл упал. Просто не могла, и все тут. Она старалась не смотреть ни на кого из девочек, чтобы не «выпустить из рук» свои нервы.
Держи локти свободно, – говорила она себе. – Не спускай глаз с жезла. Стой прямо, не сутулься!
Элизабет напряженно следила за Эми. Она знала, что в команде болельщиц было еще четыре места для четырех девочек. Всего их должно быть восемь. Но наблюдая за ходом соревнования, становилось понятно, что у Эми шансов не было.
Прежде всего у четверых из оставшихся девиц были близкие подруги среди Единорогов, а две вообще сами были членами этого клуба.
Элизабет вздохнула.
«Бедная Эми, – подумала она, – будет так переживать».
Внезапный шум заставил ее посмотреть в другой конец зала.
Ребята выходили из раздевалки. Из их криков и взрывов смеха Элизабет сделала вывод, что они находятся в прекрасном расположении духа перед матчем. Она быстро осмотрела вбегающих в зал мальчишек, надеясь увидеть в их толпе Кена. Его не было.
Зато Брюс Пэтмен был на месте. И, как всегда, старался привлечь к себе самое большое внимание. В этот момент он бросал мяч из штрафной зоны. Но тут тренер Кэсселс взял все в свои руки.
– Итак, джентльмены! Давайте займемся передачами! Начали! Начали! – голос тренера отдавался эхом в огромном зале.
Эллен на секунду сделала паузу в упражнениях. Она обменялась неодобрительными взглядами с другими Единорогами. Еще бы! Их рассердило, что теперь они должны делить с кем-то внимание зрителей.
И оказалось к тому же, что шум плохо повлиял на девочек, как раз в это время выполнявших «вращение в быстром темпе». Некоторые из них отвлеклись и уронили жезлы. С хмурым видом они вышли из ряда и сели на скамейку.
Эми изо всех сил заставляла себя не слушать отвлекающие шумы из другого конца зала.
Продолжай крутить, – твердила она себе. – Не смотри на них.
Когда Эллен выдохлась и закончила показ, осталось только семь девочек, включая Эми. Джессика, Лила и Эллен весьма придирчиво следили за всеми ее движениями и сейчас злились оттого, что она ни разу не сбилась с темпа.
– Что будем делать, если ей удастся… – прошептала Эллен, кивнув в сторону Эми.
Джессика нервно теребила спортивный купальник, обеспокоенная той же мыслью.
– Ей не удастся. Не волнуйся, – прошептала она в ответ. – Она же самая неуклюжая нескладеха во всей Калифорнии.
Но Джессика вовсе не была уверена в том, что говорила. Да и Эми вовсе не была такой уж нескладехой…
– Она точно засыпется, когда будет делать соло, – добавила Джессика тихо.
Уж в этом-то она не сомневалась.
Внезапно все трое поняли, что остальные девочки смотрят на них, ожидая команды для следующего показа. Тогда Лила выпрямилась и опять вышла вперед.
– Ну хорошо. Сейчас каждая из оставшихся будет иметь возможность проскандировать речевку вместе с нами, членами команды болельщиц. И после этого мы, не останавливаясь, начнем опять упражняться с жезлом.