Река Душ

Я пожелала измениться так, чтобы мысленно понимать сущность, расположенную у меня на левом запястье и общаться с ней. Контрабас. Чем больше я пользовалась воображением и созиданием, тем больше у меня было их понимания. И при осмыслении этого желания я уже заранее знала результат, как и то, что мне это никак не навредит.

Сущность предсказуемо назвалась именем Часы, и отождествляла себя с местоимением «Он», ну что же, он так он. Функциями определять и показывать на экране время, а особенно, определять ступень развития сущности и выводить информацию о ней на дополненную реальность хозяина, он очень гордился, так как обоснованно считал себя уникальным. Слово «хозяин» резануло моё сознание – этого мне ещё не хватало – но, оказалось, физиология данного существа является симбиотической, он живёт за счёт энергии хозяина и приносит ему пользу, развиваясь за его счёт и под его защитой. Для этого мира обычными являлись симбионты из простейших и простых сущностей, именно потому мир так высоко оценил создание мной уникального симбионта – обычной сущности, а я даже не особо обратила на это внимание, занятая была, ага. Нынешнее своё состояние Часы вполне устраивало, но также он желал стать ещё более уникальным, был готов к изменениям и жаждал их. Отлегло, у каждого своя стезя, и он идёт по ней так, как считает нужным – Часы всё устраивало, и даже больше – он попал именно туда, куда хотел.

Продолжим. Вообразила в своём сознании, что Часы, кроме определения ступени развития, ещё определяет количество энергии, имеющейся в распоряжении сущности в данный момент времени, в динамике отображая изменения её количества на полоске синего цвета под ступенью развития сущности. Ещё подумала, и отображать энергию решила в процентах – за сто процентов взяла количество своей энергии. Представила, как это должно выглядеть на Пози, получилось хорошо, пожелала изменить Часы и почувствовала странные эмоции – его боль и одновременный со мной прилив сил и огромное желание продолжать – блин, я создала мазохиста, какой ужас!

Надпись «Обычная» над Пози дополнилась заполненной синей горизонтальной полоской в середине которой стояла арабская цифра 0,15%. Мама, я монстр…

Теперь, наконец, сделаем то, для чего и были проделаны все эти танцы с бубном. Я посмотрела новым взглядом на Этилию, надпись «Обычная» и под ней, заполненная на одну пятую, синяя полоска с цифрой 50%.

– Красота моя, – обратилась я к Этилии, – у меня для тебя две новости…

– Хорошую, – попросила она.

– У тебя огромный запас энергии, к примеру, у Пози он составляет 0,3 % от твоего. Это хорошая.

– А плохая? – насторожилась Этилия.

– Плохая новость состоит в том, что восстановилось у тебя с момента твоего перерождения всего двадцать процентов энергии, пять дней на полное восстановление – это капец как много. Думаю, что отсюда и твоя слабость, кстати, как она исчезнет, сразу скажи мне, надо запомнить этот предел и стараться не опускать уровень энергии ниже него. Еще надо понять, что способствует у тебя восстановлению энергии: еда, питьё, хорошее настроение, физические нагрузки, да всё надо попробовать, что придумаем.

– Не надо пробовать, я уже пожелала знать, – улыбнулась Этилия, – чай со сгущёнкой и печеньками – лучшее средство восстановления моей энергии. Ничего вкуснее я пока не пробовала.

– У-у-у, у нас огромное поле для деятельности, – я искренне обрадовалась, – тут тебе повезло, так повезло – у тебя лучший советчик и идейный вдохновитель из всех возможных вариантов, то есть я. Сейчас попробую сделать кое-что ещё и будем готовить вкусный обед и специальный десерт для тебя.

Этилия сверкнула глазами и радостно заулыбалась, тут же встрепенулся её преданный временный поклонник и, не мигая, уставился на неё.

Надо довести задуманное до конца: – Ты со мной? – спросила я Часы. – Всегда! – гордо ответил мне симбионт.

Как я поняла из законов, озвученных Этилией, от показателя воли создателя напрямую зависит опасность сущности, сила её воздействия на мир и других сущностей, мощь применяемых способностей и явлений. Я пожелала изменить Часы таким образом, чтобы он дополнительно мог определять у сущностей максимальный показатель воли создателя и выводить его на дополненную реальность в виде процентов от моей воли арабской цифрой справа от имени, одинаковой с ним высоты. Ещё я пожелала принять половину боли симбионта от этого изменения на себя, а также отдать ему половину радости и прилива сил от положенных мне. Контрабас, однако.

Ощущения были странные, размеры у нас сильно отличались или ещё чего, но боль по силе была как от укуса пчелы, неприятно, но вполне терпимо, да и прошла она быстро. Чёрная жирная цифра появилась справа от синей надписи «Обычная» у Пози и показывала 0,3%, м-да, воля создателя Пози, по сравнению с моей, была в районе погрешности от полного нуля. Этилия, по сравнению с ним, сверкала гордыми 15%, уже что-то, можно работать. А вот Часы, выдав мне огромную мысленную благодарность за предоставленные плюшки, щеголял уже цифрами 2% в воле и 2% в энергии. Я только что поняла, как тренировать волю создателя и энергию, и почему у меня самой эти параметры задраны до местных небес – это прорыв!!!

Получив критически важную информацию, я попыталась развить успех, пожелав Часам определять какими способностями, умениями и явлениями владеет сущность. Каким-то шестым чувством понимая, что не всё коту масленица, я пожелала взять на себя всю боль от преображения симбионта с мыслью – «Я большая. Мне пофиг». Отголоском в сознании возникло – «Всю нельзя, только половину можно». Итогом стали очень болезненные ощущения пятиминутного валяния меня целиком в огромном море крапивы, жгущейся крапивы. Экзекуция проводилась, как мне показалось, под эфемерный укор за наглость, но, одновременно с ним, ощущались смех и удивление от моего нахальства.

Больно, обидно за неудачу, жалко симбионта, но, наверное, ожидаемо, так что хорошего настроения отповедь мира мне не испортила. Отсидевшись пять минут, я разожгла костёр, призвав огонь в кучку стружки в центре звезды из толстых сухих веток и приступила к приготовлению особого обеда.

По принципу создания всех предыдущих продуктов я вообразила морковь, помидоры, лук, чеснок и сладкий перец. Также не поленилась и создала все специи, которые у меня были с собой и, по памяти, все, которые знала, упаковала их с разные полиэтиленовые мешочки. Создала среднюю стальную сковороду, растительное масло и начала готовить. Вообразила овцу, как из неё рождается ягнёнок, как он питается, растёт и набирает вес, как он выглядит в мёртвом состоянии в виде туши, как ощущается в руках его мясо, каково оно на вкус в жареном и варёном виде. Создала кусочки чистого, без костей, мяса и обжарила его на смеси растительного и сливочного масел на сковороде до полуготовности, но с ярко выраженной, хрустящей корочкой. Переложила мясо в котелок и в точности также поступила с луком, перцем и морковкой. Поставила котелок на огонь и добавила помидоры, посолила, накрыла крышкой. В голову пришла гениальная мысль – «А какого хрена я мою посуду?» – и, потакая ей, я изменила сковороду и разделочную доску в их чистые варианты. Подумала и создала вполне сносную сметану, жирностью правда процентов под двадцать, но сейчас самое то. Потушила мясо с овощами двадцать минут, добавила сметаны и потушила еще двадцать, попробовала, добавила соль и мелко нарезанный чеснок, сняла с огня. – Пять минут и готово, – позвала я обедать, бегающую кругами, парочку наших силовиков. Вообразила и порезала петрушку и укроп, посыпала ими получившееся варево. Перемешала и разложила по шести тарелкам, оставив процентов сорок на добавку, создала на отдельной доске порезанный хлеб и сливочное масло. Начала продумывать десерт для Этилии, но прибежавшие Парамон и Клавдия сбили меня с мысли, и мы приступили к трапезе. Это было вкусно, необычно, но очень вкусно, всё-таки мои воспоминания не смогли досконально воспроизвести вкус свежего хлеба второго сорта из моего детства, вкус овощей также немного отличался по-отдельности, но, в целом, это было то самое бабушкино овощное рагу с бараниной.