Страница 40 из 118
– Она сегодня продержалась почти до одиннадцати, – шепчет Хлои, помогая открыть мне воду.
Перебрасываю мелкую на бедро и стараясь не разбудить, жадно припадаю к бутылке губами.
– Ты еще жива? – Алекс смеясь ставит у моих ног балетки.
– Я да, связки – вряд ли, – болезненно сморщиваю нос от дискомфорта в горле. – Они совсем отвыкли столько разговаривать.
– Закажи мисс Картер в номер травяной чай с медом, – с ухмылкой отдает он распоряжение.
Девушка молча кивает набирая номер бара.
– Ты был у меня в номере?
– В белье не ковырялся, – фыркает он опускаясь на корточки. – Персонал попросил обувь принести. Стой спокойно.
Осторожно расстегивает ремешки моих туфель. Затем придерживая меня с Миа одной рукой, помогает переобуться в более удобную обувь.
Облегченно застонав, закатываю глаза от удовольствия.
Алекс смеется, поднимаясь на ноги.
– Как мало нужно женщине для счастья, – тихо проговаривает, глядя на меня вплотную сверху вниз, легко щелкая пальцем по кончику носа. – Мелкая.
– А вы неплохо отточили навыки познаний женщин за эти годы, – огрызаюсь ехидно улыбаясь.
Беспокойно отвожу взгляд в сторону, чувствуя себя без поддержки высоких каблуков мелкой букашкой под его испытывающим взглядом.
Но если не смотреть в глаза, взгляд соскальзывает на губы, растянутые в язвительной ухмылке… либо на широкие плечи, обтянутые белоснежной рубашкой и расстегнутые верхние пуговицы, с соблазнительно распущенной лентой бабочки, свисающей по бокам, которую так и тянет стащить с него. Взволновано закусываю губу, понимая, что за нами наблюдает часть персонала отеля, с тех самых пор, как он поставил передо мной на пол обувь.
– Давай помогу, – приходит в себя первым, легко перехватывая Миа и укладывая ее голову себе на плечо.
Облегченно выдыхаю.
Сразу нельзя было ее у меня забрать?
Зачем устраивать весь этот спектакль?!
Подцепив за ремешки туфли с пола, устало следую за ним к номеру.
Осторожно переодев спящего ребенка, укладываю ребенка в кровать и пытаясь не разбудить выбираюсь из комнаты.
Миллер все еще в номере.
Его пиджак лежит в кресле гостиной, а сам он стоит опираясь локтями о поручни балкона.
– Я взял у вас с холодильника бутылку воды, – отчитывается замечая меня. – Чай на столе.
– Спасибо, – тихо проговариваю, отпивая с чашки.
В горле благодарно теплеет, а натяжение связок чуть ослабевает.
– На улице такой воздух…
– Холодный и сырой, – бурчу, выходя на террасу. – Как всегда в это время года.
– Ты какая-то сегодня совсем не романтичная, – смеется легко притягивая меня за руку. Разворачивает к себе лицом, зажимая между собой и перилами.
– А должна быть? – поднимаю взгляд и мгновенно задыхаюсь от его улыбки.
– Я скучал по тебе… По теплоте кожи… – проводит кончиками пальцев по обнаженному участку спины под вырезом блузки. След под ними мгновенно отзывается мурашками. – По твоему взгляду… голосу… улыбке… язвительным шуточкам… Думал, с ума сойду, пока найду тебя…
– Алекс, я… – нервно передергиваю плечами, пытаясь высвободиться из его рук. Выжидающе смотрит мне в глаза, и они с каждой секундой становятся все темнее. – Прости… Я не могу ответить тебе тем же.
Его руки опускаются по обеим сторонам поручней балкона, не оставляя возможности сбежать. Миллер глубоко вздыхает, переводя цепкий взгляд с темноты улиц на меня.
– Чего ты хочешь? – хмуро сводит брови к переносице, крепко сжимая челюсть от напряжения.
Неуютно съеживаюсь от его натиска.
– Домой, – выдыхаю тихо и виновато отвожу взгляд в сторону. – Я хочу в Мэнли...
– Я думал, тебе сегодня было хорошо, – непонимающе смотрит на меня, пытаясь перехватить взгляд. – Среди семьи, друзей и коллег…
– Из прошлого! – перебиваю его. – Это все… Друзья! Коллеги! Семья! Город! Это то, что я пыталась забыть все шесть лет… Как страшный сон из прошлого… – нерешительно поднимаю на него взгляд. – Включая тебя…
Его руки цепляются в поручни с такой силой, что костяшки пальцев белеют.
Вижу это, но все-равно робко продолжаю.
– Не хочу возвращать ничего из того, что было тогда. У меня есть мое уверенное настоящее и мне его вполне хватает.
– Ты ведь понимаешь, что я так просто этого не оставлю, правда? – холодно произносит он.
– Алекс, прости… – с сожалением скольжу взглядом по его лицу. – Мне хватило одного раза…
– Никто не собирался заставлять тебя проходить все по кругу! – с горечью выпаливает он, от чего я вжимаюсь в перила.
– Давай расставим все точки над «i», – произношу тихо. – Как только закончится контракт, я вернусь к своей жизни, а ты к своей. Никаких «нас» не существует. Есть я, ты и Миа… Я не собираюсь запрещать с ней видеться. Ты можешь приезжать в гости и встречаться с ней, по предварительной договоренности. Но это все, что будет связывать нас троих.
Склоняет голову набок, холодно вглядываясь в мои глаза, пытаясь отыскать в них ответ.
– Что произошло между тобой и моим отцом?
– Он пытался защитить своего сына от опрометчивых поступков, – пожимаю плечами.
– А твой отец?
– А он в свою очередь, защищал статус своей семьи, – фыркаю я. – Сейчас я понимаю, насколько ревностным было их отношение к своим детям. Но тогда… Тогда я их обоих ненавидела…
– Почему ты не поговорила со мной? – он смотрел куда-то сквозь меня, все еще нервно сжимая поручни по бокам.
В мыслях предательски всплыли слова Джейкоба, подслушанные днем в кабинете.
Почти то же читала в его письме из желтого офисного конверта, шесть лет прокручивая написанные там слова в голове, как мантру на ночь.
– Что важнее, человек или деньги? – тихо произношу глядя сквозь него.
– Что? – он непонимающе пробегает взглядом по моему лицу.
– Деньги… Они ведь важнее человеческих судеб, не так ли? – робко улыбаюсь, всматриваясь в него. – Твой отец планировал слияние двух кампаний… И твое неадекватное поведение, приводящее в хаос акционеров, явно его не устраивало, как и поведение Майкла… Ему хотелось поскорее избавиться от инцидентов с Ноа и наконец закрыть со мной тему... Мы втроем, как эффект ядерной бомбы, сносили все к чему прикасались. С каждым разом становилось все хуже. Алекс, он не знал, что я жду ребенка. Я сама решила умолчать об этом. Джейкоб прекрасно осознавал, что все произошедшее со мной, связано с его сыновьями. А ты и вовсе не угомонишься, если узнаешь, что я перестала говорить после взрыва… Для него я была огромной помехой, от которой он спешно постарался избавиться. А мой отец, когда узнал, что его немая дочь беременна, поставил условие. Либо избавиться от ребенка, либо полностью разорвать с тобой все контакты... До сих пор благодарю Бога, что Миа родилась без каких-либо отклонений после случившегося... Папа безумно этого боялся, но выбор оставил за мной... От твоей семейки у него голова кругом шла и с каждым разом проблем становилось все больше. Он считал, что я не смогу вырастить ребенка в таком состоянии, а оставаться здесь с тобой – бессмысленной порчей наших жизней. Твоей из-за комплекса вины за случившееся, а моей из-за тебя… плюс ребенок… Все это волной каждый раз приносило лишь одни неприятности людям вокруг. Я выбрала второе…
– Прости, – выдыхает он. – Даже представить себе боюсь, что ты пережила за все это время…