Огонь в его ярости

— Это другое дело, — соглашаюсь я. — Потому что вместо твоей руки — или моего платья — я бы использовала свой рот, чтобы доставить тебе удовольствие. — И я посылаю ему визуальный образ, который заставляет его застонать.

Но он все равно отвергает меня. «Я отказываюсь».

Мои оскорбленные чувства исчезли, но теперь я просто думаю, что с ним не очень весело.

— Ты мог бы подразнить себя ради меня.

«Я этого не сделаю. Это одно и то же. — Он бросает на меня суровый взгляд. — Все мое семя теперь твое. Я буду ждать, чтобы излиться в тебя».

Конечно, дело не в том, что я этого не хочу. Мне нравится, когда он внутри меня. Но я не хочу принимать «нет» в качестве ответа, когда дело доходит до этого. Чем больше он отказывается и выглядит взволнованным, тем смелее я становлюсь. В кои-то веки я одержала верх в постели, и это пьянящее чувство.

Я чувствую себя очень смелой, когда просовываю руку себе между ног, полная решимости соблазнить его.

— Давай, — шепчу я с соблазнительной ноткой в голосе. — Хочешь, я покажу тебе, насколько сексуальным может быть прикосновение к себе для твоего партнера?

И хотя мое сердце бешено колотится, и я наполовину паникую при мысли о том, что веду себя так напористо, я также до смешного взволнована, и мне нравится, что я заставляю его волноваться. Я прикасаюсь к своей киске и провожу рукой по своим складочкам.

Его ноздри раздуваются, как будто он улавливает мой запах, и его пристальный взгляд встречается с моим.

Мне нравится, как пристально он смотрит на меня. А еще мне нравится эта рука, вцепившаяся в мои волосы, как будто он не может заставить себя отпустить меня. Это тоже сексуально. Я провожу рукой вверх и вниз по завиткам своей киски, а затем деликатно раздвигаю их, дразня пальцем свои складочки. Я не удивляюсь, обнаружив, что я мокрая. Мои мысли за последние несколько минут были совершенно непристойными, и в последнее время не требуется многого, чтобы возбудить меня. Просто быть с ним — это своего рода афродизиак, и мне это нравится. Я провожу пальцем по своим складочкам, и когда мои губы приоткрываются, я замечаю, что он делает то же самое. Он наблюдает за мной так пристально, что не может не подражать тому, что я делаю, как будто мое удовольствие подпитывает его.

Я обвожу пальцем свой клитор, и по мне пробегает дрожь.

— Мммм, Раст.

Он низко рычит, снова прижимаясь своим лбом к моему. «Произнеси мое имя еще раз. Именно так».

— Раст, — выдыхаю я, и звук такой же страстный, как и я сама. Наши лица прижаты друг к другу, его пристальный взгляд прикован к моему, а его тело так близко, что я чувствую исходящий от него жар рядом со мной. Я поднимаю одну ногу и потираюсь ею о его ногу, ощущая легкие шипы, которые выстилают их тыльную сторону, как шипы на его руке. Простое прикосновение к нему делает мастурбацию более ожесточенной, и я еще раз провожу ногой по его коже, прежде чем снова обвести свой клитор.

Я задыхаюсь и вынуждена остановиться, потому что, если я продолжу, я кончу очень быстро. Мои груди ноют от желания, и я наклоняюсь и трусь кончиками о его грудь. Я использую его, чтобы кончить, и это заставляет меня чувствовать себя такой очень… могущественной. Мне также нравится его легкое сексуальное рычание, как будто он точно понимает, что я делаю. Я мучаю его самым забавным из возможных способов.

— Ты кое-что упускаешь, — шепчу я ему, опуская пальцы вниз по влажному лону моей киски и ко входу в мою сердцевину, где я самая скользкая. Я ласкаю свой вход, а затем возвращаю влагу обратно к своему клитору, снова дразня его. От добавленной смазки все становится лучше, и я задыхаюсь от желания, дразня свой клитор. — Я так давно этого не делала, — говорю я ему. — Я не могла прикоснуться к себе, пока пряталась. — Мое дыхание прерывистое, и становится все труднее формировать законченные мысли, поскольку я продолжаю трогать себя, рисуя маленькие круги вокруг своего клитора. Это не так приятно на ощупь, как его язык, но я знаю, как подразнить себя ритмом, который быстро доставит мне удовольствие. — Если бы я это сделала, — выдыхаю я, — кто-нибудь мог бы учуять соки на моем влагалище и прийти меня искать. Поэтому я не могла прикоснуться к себе, пока ждала тебя.

Его ноздри снова раздуваются, и он стонет, закрывая глаза, когда я провожу пальцами по своим складочкам, и это издает влажный звук. Боже, я и не подозревала, что была такой мокрой, когда делала это. Мокрая для него.

— Раст, — снова выдыхаю я. — Хочешь посмотреть, как я кончаю? Я так близко. — Я выгибаю бедра, прижимаясь к нему всем телом, пока двигаюсь к вершине.

«Моя», — рычит он у меня в голове, а затем толкает меня на спину, его руки опускаются на мои покачивающиеся бедра. Он скользит между моих ног и зарывается лицом в мою киску, неистово облизывая мой влажный жар. — «Это мое, моя Эми. Мое удовольствие. Мой вкус». — В его мыслях столько собственничества, такая сильная потребность, что внутри меня словно взрывается бомба. Я вскрикиваю, когда он посасывает мой клитор, а затем он рычит и трется лицом о мои складочки, пытаясь продлить мой оргазм. Его разум переполнен собственнической потребностью, как будто он ревнует к моим рукам за то, что они прикасаются к тому, что принадлежит ему, и я никогда не чувствовала себя такой сексуальной или желанной, даже когда он выжимает из меня волну за волной оргазма своим языком. Мои бедра сжимаются и подергиваются на его плечах, но он продолжает ласкать меня языком со своей свирепой преданностью еще долго после того, как я кончила, как будто он полон решимости заставить кончить меня снова, прежде чем я успею перевести дыхание.

— Раст, — выдыхаю я. — Прекрати. Пожалуйста. — Я дрожу от каждого прикосновения его языка, потому что мне кажется, что он никогда не собирается сдаваться. Он просто будет лизать мою киску до тех пор, пока я не растаю в лужице насытившейся женщины. — Позволь мне заняться теперь тобой. — Я посылаю ему мысленные образы того, как я склоняюсь над ним, а он растягивается на кровати, запустив руку в мои волосы, насаживая на меня свой член.

Затем он поднимает голову, его глаза такие золотистые, что сияют в лунном свете, как маяки. «Ты желаешь моего семени?»

«Боже, да». Я даже не произношу этого вслух. Я слишком занята, хныча от желания.

Он утыкается носом в мою киску. «И у тебя все еще здесь синяки?» — Его язык скользит ниже, касаясь моей сердцевины, прежде чем подразнить вход.

Я стону, запрокинув голову. «Мне все равно, так это или нет. Я так сильно хочу тебя».

«Я не хочу, чтобы тебе было больно».

«Это причиняет боль только потому, что ты не наполняешь меня. Пожалуйста, Раст. Ты мне нужен».

Он издает еще один рык, который звучит сексуально и восхитительно одновременно, а затем раздвигает мои бедра. Охваченная нетерпением, я кладу руки ему на плечи и целую его со всей потребностью и неистовым желанием, которые испытываю.

«Подожди, — говорит он мне, когда я обхватываю своей здоровой ногой его бедра. — Я должен перевернуть тебя, чтобы взобраться на тебя».

— Мы можем сделать это вот так, — шепчу я ему, понимая, что мы никогда не занимались любовью лицом к лицу. Он всегда переворачивает меня на живот и ставит на колени. Интересно, это еще одна драконья штучка? — Это не неприлично, — обещаю я. — И ты все еще можешь отдать мне все свое семя.