Отброс

- Я понимаю.

- А потом Джеймс отвез меня домой и уложил в постель. Он укрыл меня одеялом и сказал, что любит меня. И он дал мне обещание.

- Что он пообещал? - Уоррен чувствовал, что ему это не понравится.

- Что он всегда будет рядом. Что он всегда будет заботиться обо мне, как в ту ночь.

У Уоррена закружилась голова от осознания неправильности происходящего. Он говорил спокойным и рассудительным голосом, не позволяя Тейлору услышать ни капли его недоверия или скепсиса.

- И это было то, чего ты хотел?

Тейлор кивнул, его глаза были закрыты, по щеке скатилась одинокая слезинка.

- Больше всего на свете.

- И что? - Уоррен надеялся, что его голос звучит мягко. - Что случилось?

- Он уехал учиться в колледж. Иногда у него появлялись подружки, но это было нормально, потому что я все еще учился в старших классах. Но, в конце концов, я тоже поступлю в колледж. И как только это произойдет, у нас не будет подружек. Были бы только мы с Джеймсом, и мы были бы вместе, как он и обещал. Но потом, в выпускном классе, он приехал домой на День благодарения. У него больше не было девушки, и я знал, что это потому, что он никогда не смог бы любить их так, как любил меня. Но он не проводил со мной время. Он каждый вечер уходил куда-то один. - Он сглотнул и вытер слезы с лица.- И я скучал по нему. Поэтому я пошел в его комнату с ножницами. Я прорезал дырки в его школьной куртке. Я оставил ее на его кровати, чтобы он увидел, как только вернется домой. А потом я вернулся в свою комнату и стал ждать. - Он сделал глубокий прерывистый вдох. Затем еще один.

- Он пришел? - спросил Уоррен.

- Нет. Я пролежал там всю ночь. Только что я был напуган, а в следующую минуту уже волновался, понимаешь? И был готов, потому что любил его и всегда был готов к встрече с ним. Я просто хотел, чтобы мы были вместе, как раньше. Но наступило утро, а он так и не вернулся домой. - Он снова вытер лицо. - А потом в дверь постучала полиция. - Он наконец встретился взглядом с Уорреном. - Он был пьян.

- Он умер той ночью?

Тейлор кивнул. Он сделал еще несколько глубоких вдохов, пытаясь успокоиться, хотя глаза отказывались оставаться сухими.

- На берегу водохранилища есть место, где люди совершают самоубийство, бросаясь в пропасть у подножия дороги. Они сказали, что он так поступил, но я знал, что это было не нарочно. - Он снова вытер щеки, шмыгая носом. - Он возвращался домой, ко мне. Я знаю это. Он бы никогда не нарушил данное мне обещание.

- И поэтому ты резал себя?

Тейлор кивнул.

- Иногда это был единственный способ перестать думать о нем. Было легче чувствовать эту боль, чем настоящую, понимаешь?

- В том, что случилось с Джеймсом, нет твоей вины, - сказал Уоррен.

Тейлор кивнул.

- Я знаю. Но я любил его. И я думаю о нем каждый день. Я думаю, если бы он только был жив, я бы не был такой. Я бы не был сломлен и не облажался, потому что он бы заботился обо мне.

Уоррен заставил себя кивнуть.

- Может быть. - А может, и нет. В любом случае, это кое-что объясняло. - Джеймс был тем, кто, ну, знаешь, сделал то, другое? - Он не хотел употреблять слова «пописал» или «помочился».

Тейлор покачал головой, вытирая глаза.

- Нет. Я бы хотел, чтобы он подумал об этом, но он не подумал. Это был кто-то другой. Кто-то, с кем я был какое-то время.

- Когда?

- Я не знаю. Когда мне было двадцать или около того. Я думал, что он всегда будет заботиться обо мне, как обещал Джеймс, но он этого не сделал. Он был никем. Если бы не это, он был бы просто еще одним парнем, с которым я трахался несколько раз.

- Значит, ты все еще скучаешь по Джеймсу?

- Каждый день. Разве ты не скучаешь по Стюарту?

Так странно, что Тейлор поместил их в одно предложение, как будто их переживания были одинаковыми.

Или, может быть, со стороны Уоррена было глупо думать, что это не так.

- Нет, - сказал он. - В последнее время почти никогда.

Тейлор кивнул, не сводя глаз с вазы. Он потянулся вперед и поднял ее, нежно покачивая.

- Как ты думаешь, кого-то можно вылечить, не будучи при этом исправленным? Как ты думаешь, шрамы на теле человека могут быть такими же красивыми, как в этой вазе?

- Я думаю, ты слишком беспокоишься о семантике. Единственное, что ты действительно можешь сделать, - это продолжать ставить одну ногу впереди другой.

Тейлор снова кивнул, но, похоже, на самом деле не расслышал. Он осторожно поставил вазу обратно на стол.

- Это нормально, что ты любил его, - сказал Уоррен, потому что что еще он мог сказать? - Это нормально, что ты скучаешь по нему.

Тейлор моргнул, по его щекам текли слезы.

- Правда?

- Конечно.

Тейлор закрыл лицо руками, у него перехватило дыхание.

- Тейлор?

- Ты единственный человек, который когда-либо говорил мне это.

И это, подумал Уоррен, было неправильно. Потому что, как бы хреново все ни складывалось, Джеймс каким-то образом стал для Тейлора опорой.

Уоррен потянулся, чтобы дотронуться до него, надеясь обнять, но Тейлор оттолкнул его руку, решив вместо этого отвернуться и заплакать, уткнувшись в подлокотник дивана.

Даже сейчас Тейлор не знал, как позволить кому-то утешить его.

Глава 11

Тейлор весь остаток дня держался с ним настороженно, и Уоррен делал все возможное, чтобы не относиться к нему как-то по-другому. Это было тяжело, но, вероятно, не по тем причинам, о которых думал Тейлор. Он предполагал, что Уоррен каким-то образом воспримет его как испорченного или ущербного. По правде говоря, единственное, что сделало признание Тейлора, это укрепило решимость Уоррена защитить его от всего, что может случиться в будущем. Если бы только Тейлор позволил ему.

В тот день Уоррен проверил наличие сахара, купив по дороге суп на вынос. У него было предчувствие, что в ближайшие несколько дней о твердой пище не может быть и речи. Но если он и ожидал благодарности, то ее не последовало.

- Тебе не следовало этого делать, - сказала ему Шугар, стоя в дверях. Она выглядела ужасно. Ее лицо было опухшим и в синяках. В ней с трудом можно было узнать ту симпатичную молодую девушку, которую знал Уоррен. - Ты не имел права причинять вред Робби.

- Я подумал, что ему не помешало бы попробовать свое собственное лекарство.

- Робби не плохой парень. Он просто...

- Возьми суп, - сказал Уоррен, сунув ей в руку контейнер. Он не хотел слушать, как она оправдывается за своего бывшего, который жестоко обращался с ней. Он уже слышал все это от своей матери.

Он садился в машину, когда Джек поймал его.

- Эй, мистер? - Уоррен обернулся в открытую дверцу своей машины, положив руку на крышу.

- Да?

Джек сегодня выглядел старше. Возможно, это было только потому, что он не выглядел испуганным, как в последний раз, когда Уоррен его видел.

- Я рад, что ты это сделал.

- Я ничего не сделал.

- Но он вернется. - Он не просто выглядел старше. Он выглядел старым. Его глаза были похожи на глаза детей, которых он видел в Афганистане, тех, кого призвали в армию, когда они должны были играть с шариками. - Тебе следовало убить его.

Уоррен не мог отделаться от мысли, что Джек прав. Такие люди, как Робби, не могли предложить миру ничего, кроме синяков и боли, но его убийство означало бы настоящее расследование. Это означало бы, что Грею пришлось бы искать гораздо глубже, чем шоу о камнях и минералах и сомнительное алиби сожителя. Уоррена не слишком беспокоили такие вещи, как тюрьма, но он не хотел бы доставлять неприятности Грею или Чарли.