Обсерватор

— Я в курсе устава, тимоньер, — отмахнулся его собеседник, но после небольшой паузы уточнил: — Разумный… здесь, в открытом океане? Он, что, в спасботе? Или на плоту?

— На рифовой косе прыгает, руками машет. Голый, — пояснил тимоньер, продолжая «есть взглядом» начальство.

— Хм… Любопытно, — всё тем же ленивым тоном проговорил капитан. — Гриджо[2]?

— Никак нет, синьор. Больше похож на бездника[3], — качнув головой, заметил тимоньер. — Разве что волосом темноват для них.

— Вот как… — протянул его собеседник и, нехотя поднявшись с кресла, в котором он с удобством расположился, проговорил: — ждите, иду в рубку.

Экран погас, и немолодой тимоньер, чуть нервно облизав губы, окинул взглядом окружающую обстановку, словно в поисках каких-то нарушений или беспорядка. Не нашёл, и посмотрел на замершего в неподвижности помощника.

— Чего застыл Бруно? — зашипел он. — Давай к карте. Отмечай место «находки»! Нам всё это ещё в бортовой журнал вносить!

— Уже делаю, дядька Ма, — всполошённой птицей подпрыгнул тот, но не успел шагнуть к прозрачному планшету с проекцией карты, на которую был нанесён курс судна, как схлопотал тяжёлый подзатыльник от седого наставника.

— Я тебе покажу «дядьку»! — зло рявкнул он. — Не вздумай при капитане такое ляпнуть!

— Прошу прощения, синьор Маурицио, — виновато проговорил Бруно, потирая затылок и рванул к планшету, пока родственник не наградил ещё одной оплеухой. Просмотрев данные текущего положения судна, он схватился за световое перо, и…

— Капитан на мостике! — от резкого голоса тимоньера, поморщился не только Бруно, но и перешагнувший через высокий комингс визитёр.

— Тимоньер, ты уже не на военном флоте, оставь эту привычку, — всё тем же скучающим тоном попросил капитан. Вот только даже столь лениво брошенная фраза, прозвучала для присутствующих как однозначный приказ. Что седой Маурицио, вновь вставший по стойке «смирно», и продемонстрировал, ответив собеседнику резким кивком.

— Виноват, синьор капитан. Исправлюсь, — отчеканил он.

— Не верю, — махнув рукой, ответил тот и указал на основной проекционный экран рубки. — Покажи мне этого… терпящего бедствие.

— Есть, — Маурицио щёлкнул украшенным затейливым узором тумблером на стойке управления, и перевёл изображение с развёрнутого перед ним штурманского экрана, на основной. Угольно-чёрная переборка перед массивным подковообразным пультом будто исчезла и на её месте развернулась панорама бескрайнего сияющего океана и безоблачного неба. А уже через секунду, один из участков изображения стремительно увеличился, демонстрируя присутствующим небольшую песчаную косу. Когда-то в далёком будущем она обещала превратиться в обычный для этих мест островок, возможно даже, полный зелени и щебета птиц. Но, пока это была лишь полоска изрытого странными ямами песка, меж которых прыгал и махал какой-то тряпкой голый мужчина.

Ленивым жестом потребовав приблизить изображение ещё больше, капитан с брезгливым любопытством присмотрелся к бедолаге, и… чуть удивлённо хмыкнул. Тот действительно не походил на гриджио. Обгоревшая до красноты кожа бедолаги не имела ничего общего с матово-серой кожей островитян, да и серые глаза не имели ни малейшего сходства с жёлтыми буркалами вырожденцев. Бездник? Тимоньер прав… Волосы слишком тёмные для подводников. Да и рост… фигура… Нет, атлетикой наблюдаемый явно не пренебрегает, но до молочно-белых мордоворотов, обосновавшихся в глубинах океана, не дотягивает. Возможно, он… А может, и нет. Но траты времени не столь велики, а выгода может… просто может. Быть…

— Медика и дежурного бойца к подъёмнику, — окинув взглядом разбудивший его любопытство объект, отчего-то вдруг застывший на месте с глупейшим выражением лица, капитан повернулся к тимоньеру. — Терпящего бедствие принять на борт и отправить в карантин до обследования.

— Будет сделано, синьор капитан, — резко кивнул тимоньер, а его помощник тут же ринулся к передатчику, чтобы передать приказ по назначению.

— И пусть пошевеливаются, — буркнул, покидая мостик, капитан. — Через десять минут мы должны встать на курс.

— Есть, через десять минут встать на курс, — отозвался тимоньер. Его начальник хотел было что-то сказать, но, махнув рукой, скрылся из виду. Понял, наверное, что военного, отдавшего службе на флоте больше пятидесяти лет, быстро не переделать.

— Дядька Ма… — заговорил было помощник, но, заметив злой прищуренный взгляд тимоньера, тут же поправился: — синьор Маурицио, а как капитан понял, что мы с курса-то сошли?

— Зелень ты ещё, Бруно, — сменив гнев на милость, вздохнул тот. — Он же ка-пи-тан! Да не абы какой. А хороший капитан корабль чувствует, как собственное тело. Будь то хоть личный ялик, хоть линкор. Понял?

— Да ну! — удивился тот.

— Ну да, — усмехнулся в ответ тимоньер и вдруг резко посерьёзнел. — Так, я не понял! Почему на планшете до сих пор нет записи о смене курса и дрейфе⁈

— Виноват! — гаркнул Бруно. Уж как потрафить дядьке Ма, чтоб не слишком часто огребать по загривку, молодой помощник выучить успел, и неплохо. А потому, стоило тимоньеру повысить голос, как ни дня не служивший на военном флоте Бруно начинал пучить глаза и изображать всемерное рвение в службе. Не сказать, что у него это хорошо получалось, но тимоньер обычно после такого спектакля усмехался и сбавлял обороты. Временно, конечно… но и то хлеб!

Конец записи № 2187/122240 дата:__/__/____

Координаты: _______________

[1] Тимоньер (искажённый итал.) — кормчий, шкипер.

[2] Гриджо (искажённый итал.) — серый. Сленговое презрительное название островитян.

[3] Бездник — выходец из подводных анклавов.