Страница 37 из 97
В общем, все нужные ингредиенты, оставалось лишь собрать их в нужном порядке – и вот как раз тут возникли сложности. Ни у меня, ни у Анатолия, как выяснилось, в родне самогонщиков не водилось, а сам аппарат крупным планом оба видели только при просмотре одноименной комедии Леонида Гайдая. Опять же, Борекс очень настоятельно попросил обойтись без скручивания медной трубы в настоящий змеевик, а поскольку корыта с снегом поблизости все равно не имелось, я решил, что бассейн с проточной водой сработает "примерно как-то так".
Но пока что получалось по большей части как-то не так. За полтора дня пробных запусков мы уже извели примерно треть получившейся из ягод браги, провоняли всю "виллу" и часть прилегающего подворья. А жидкости, которую можно было хотя бы поднести ко рту, не зажимая нос, получилось примерно пятьдесят… миллилитров. Ну то есть полстакана. Понятно, что с таким КПД мы вряд ли могли рассчитывать на коммерческих успех, да и в любом случае повторить даже такой результат пока что не получалось.
Вот тебе, бабушка и Юрьев день, в смысле физико-математический класс, где в целях углубленного изучения профильных предметов бедную химию заменили невнятным предметом под названием «Естествознание». В университете, правда, курс химии был, но во-первых, факультативно, а во-вторых, сильно сомневаюсь, что знания о синтезе углеродных нанотрубок мне бы сейчас оказались актуальны хоть на нанометр.
– Серг… – Инга осторожно поставила злосчастную пробирку на стол и повернулась ко мне, – я подумала… может, тебе сделать маленькую копию… модель твоего… механизма? Когда отец заказывал корабль, мастер сначала сделал такую модель. Они с отцом часами сидели перед ней, спорили, как и что лучше сделать.
– Ты у меня умница.
Злость куда-то испарилась, прямо как спирт из браги – осталось только желание подойти, обнять, зарыться лицом и руками в пушистую свежесть. Благо, после первого же использования иномирского шампуня волосы моей… любимой младшей лаборантки приобрели такой блеск и объем, что рекламщицы всяких Лореалей и Нивей при виде Инги наверняка бы повесились на своих жалких куцых прядках.
– Идея очень хорошая. Только сделать модель мы не сможем. У нас нет нужных маленьких… – я замялся, пытаясь вспомнить, есть на местном языке аналог слова "детали" – частей большого. Все осталось в большом доме среди джунглей. А попасть в него до сезона дождей мы уже не успеем.
– Ох, Серг, мне так жаль… как я еще могу тебе помочь?
Конечно, я знал множество способов, как симпатичная девушка может помочь изголодавшемуся по женскому обществу парню… хотя и тут местные не настолько уж отставали в, гм, культурном развитии. Оно и понятно, создание аналога Камасутры развитой металлургии не требует, можно хоть в каменном веке начинать – стены пещеры все стерпят.
Увы, перейти от стадии легкого взаимного утешения к более активным действиям в этот раз не получилось. Интимность момента нарушил деликатный – в смысле, на весь дом, а не на весь квартал – вопль Диглана: "Серг, там еще один белый порошок привезли!"
– М-м-м?
– Нет, не сейчас, – Инга хоть и неохотно, но все же оторвалась от меня, – пойдем, посмотрим. Вдруг это как раз тот порошок, что нужен тебя для большого бабаха…
– Да я скоро сам начну бабахать не хуже пороха, – тоскливо вздохнул я. – Будут потом здешние ученые мужи мощность взрыва в килосинициных измерять.
"Изобретение" пороха – это была моя вторая и тоже вроде бы беспроигрышная идея. В конце концов, именно порох (ну и еще пара мелочей) был той движущей силой, которая позволила обитателям западного края Евразии распространить свое влияние на всю остальную планету. Да и вообще приятно будет войти в легенды фразой типа "боги создали людей и гоблинов, а колдун Синицын сделал их равными". Ну или как-то так… Правда, я как-то сомневался, что фузея, способная остановить давешнего плотоядного кабана, едва не пополнившего свое меню лаборантской ляжкой, окажется подъемной для среднего гоблина, но попробовать-то можно. Да и птичек… хотя с последними могло как раз получиться некузяво. Читал я как-то статью про войну австралийской армии с тамошними страусами, там даже наличие пулеметов не особо помогло. А здешние страусы явно покруче, чем антиподов, на них без ДШК выходить как-то и не хочется. Ну или хотя бы батареи полевых орудий с картечными зарядами.
Как было известно всем, даже неучам вроде меня и Блинова, порох состоит из трех компонентов: древесный уголь, сера и селитра. С первым сложностей не было совершенно никаких, клан Железноруких давно уже использовал его в своих кузницах. Проблема с "желтой штукой, которую из ушей достают" тоже в итоге решилась достаточно просто и быстро – после очередного (пятого, кажется) объяснения, что именно мне нужно, Диглан куда-то убежал и примерно через час вернулся, торжествующе неся узелок с несколькими кусками тускло-желтого минерала… с характерным запахом. Оказалось, что какой-то из предков Борекса, отличавшийся как наличием огромного шила в седалище, так и привычкой тащить на корабли кучу всего по принципу "дома разберемся", привез эти странные желтые камни с неких "дымящихся островов" – описание, явно намекающее на вулканы… и отложения кристаллической серы. А вот селитра…
В нашем с Анатолием родном измерении это удобрение можно было мешками скупать в любом хозмаге. Главное, не переусердствовать с объемом без наличия объяснялова. Потому как если ты фермер с гречишным полем гектар на триста, вопрос "а зачем вам столько мешков селитры" снимется моментально. А вот к представителю одной из самых мирных религий, живущему в городе, но почему-то воспылавшего тягой к удобрениям, после такой закупки могут и представители спецслужб присмотреться. По крайней мере, в тех странах, где оные спецслужбы не заняты исключительно крышеванием барыг и спекулянтов, а хотя бы иногда совершают что-то общественно полезное.
Увы, на здешнем базаре селитра если и присутствовала, то в составе сушеного навоза – ничего смешного, гоблины им торговали вполне бойко. В общем-то сошёл бы и навоз… если бы мы с Блиновым помнили, как из него эту самую селитру выделить. Но у меня в голове сохранились лишь обрывочные воспоминания на тему белесых отложений в общественных сортирах, конюшнях и прочих дурнопахнущих местах. А вот как раз с ними в городе было… сложно. Изобилие проточной воды в местной канализации хорошо сказывалось на санитарном состоянии города, но вот с отложениями тут было мрачно. На окраинах же, куда блага прошлой цивилизации в таких объемах не поступали, "все эти дела" регулярно вывозились на поля. В общем, все было грустно и оставалось лишь надеяться на объявление, которое Диглан взялся распространять через местные СМИ – помесь глашатаев со скоморохами, которые за деньгу малую согласны были с утра до вечера орать в ухо всем прохожим, что клану Железноруких позарез нужен "земляной белый порошок". Который нам в очередной раз и притащили.
Правда, порошок был не белым, а скорее, грязно-серым. Как и притащивший целый мешок этой дряни мужичок. В домотканой рубахе, перепоясанной каким-то обрывком веревки, дранных портках – штанами они были три десятка дыр тому назад – и веревочных же сандалиях. И то ладно, что не в лаптях, а то бы я заподозрил, что сюда еще и российская деревенька провалилась веке так в пятнадцатом…
– Ну как, – с надеждой спросил Диглан. – В этот раз оно?
Я попробовал растереть порошок на ладони. Принюхался. Осторожно лизнул, скривился и начал отплевываться.
– Нет, не оно. Самый обычный мел.
– А что с ним делать можно?! – тут же задал следующий вопрос Диглан.