Алхимия драконьей любви

– Мы долго наблюдали за вашими отношениями с маэстро Ларкхартом. – Тенебрис. Нам просто стало интересно, сколько ему нужно выпить зелья, чтобы окончательно потерять голову и начать убивать. Например, вас.

В груди защемило. Значит, они тоже знают, что он не способен убивать невиновных.

– Нет. Он не будет убивать.

Я смотрю на драконью кожу, проступившую на теле Эргана и вспоминаю его обещания. Он не будет… Ведь так… Однако сомнения закрадываются слишком глубоко внутрь. Я вспоминаю его угрозы… Он с трудом держится, чтобы не принять форму дракона… И все же, я уверена, что он не станет этого делать.

Отец и дочь смеются надо мной, пока Тенебрис вливает в горло Угольку зелье. Одна бутылка. Вторая. Третья.

– Достаточно. – говорит Тенебрис. – Мне обычно хватает двух.

– Еще. – сверлит его взглядом Кардона. – Интересно, сколько ему надо, чтобы он полностью сошел с ума? Тогда я смогу полностью его контролировать. – она говорит так, словно Эрган ее домашний питомец.

Мое сердце сжимается от увиденного. Тенебрис продолжает вливать зелье Эргану, пока тот с трудом сдерживает свою сущность. Его взгляд, полный ярости и жажды крови не может не пугать.

– Пустите его! Он же ни в чем не виноват! – кричу. – Зачем вы это делаете? – Я в таком ужасе, что даже не плачу, но и не слежу за логикой своих мыслей. Или же, я просто пытаюсь отвлечь себя от понимания, что шансы выбраться отсюда живыми ничтожны… Я могла бы использовать сонный коралл и рассветный померанец… Но это не решило бы проблему с семейством Кардоны, и с Мэри, которая продолжает держать кинжал у моего горла.

– Какая же ты жалкая, Эверлорн. А еще и тупая. Как только Стормбрингер выбрал тебя на место своей невесты? – Фыркает Мэри. – Никто не отпустит, ни тебя, ни маэстро.

Тенебрис, закончив с вливанием зелья, подходит ко мне, затем, так больно выкручивает руки, что я вскрикиваю. Проведя руками по бокам и нащупав баночки, он вытаскивает их из моих карманов.

– Сонный коралл? Рассветный померанец? – Он держит их в одной руке и надменно рассматривает. – Пфф… Тебе это не поможет. – Он бросает их на пол, разбивая баночки на мелкие осколки.

Я планировала их использовать на нем. Беспомощность вновь сдавливает мою грудь.

Кардона в этот момент успела подойти к Эргану сзади. Я сжимаю зубы до скрежета, пока наблюдаю, как она вонзает в его плечо маленький дротик с острыми концами, что-то нашептывая ему. Затем, она смеряет меня таким взглядом, словно смотрит на букашку, которую вот вот раздавит сапогом.

Я пытаюсь дышать, но получается плохо.

Внезапно, Кардона достает ключ, открывает кандалы Эргана, которые, как я понимаю, сдерживали его от превращения, удерживали его сущность. Она высвобождает его, но он продолжает стоять у стены, не двигаясь и смотря в пол отстраненным взглядом. Тенебрис выпускает меня их своей хватки и толкает навстречу Угольку. Споткнувшись, я оказываюсь прямо у его ног, пока Кардона вместе с Тенебрисом выходят из пыточной, захлопывая за собой дребезжащую дверь.

Они оставили меня наедине с Эрганом? Я поднимаю голову и встречаюсь с ним взглядом. Это больше не Уголек. Его черные глаза засветились, как тогда, в библиотеке, а зрачки сузились.

Я не успеваю подняться на ноги, как Эрган хватает меня за плечо и припечатывает в каменную стену.

– Тебе не стоило сюда приходить. – хрипит он.

В этот момент я чувствую, как слезы начинают скатываться по моим щекам.

– Ну давай, убей ее. – ухмыляется Мэри, пока остальные наблюдают за тем, что происходит. – А мы потом расскажем про еще одну жертву безумного дракона.

Мне больно, но я нахожу в себе силы выдавить:

– Ты не сделаешь этого. Ты не убийца…

Он не станет… Пусть он и говорил, что убьет меня, я всегда чувствовала себя в безопасности рядом с ним… Он не станет меня убивать. Не станет! Даже сейчас я доверяю ему.

Лицо Эргана приближается резко и жестко. Затем, я ощущаю горячие, пылающие губы, которые обхватывают мои. Он целует меня. И я… отвечаю на этот безумный поцелуй, как будто это мой последний… Как будто я не могу больше дышать без этого поцелуя…. Да, я знаю, что сейчас он под воздействием афродизиака, что скоро он перестанет контролировать свою сущность и станет животным, желающим терзать и убивать. Возможно, этот поцелуй – последнее, что я почувствую в своей жизни. Мое тело вспыхивает жаром, а руки обнимают Эргана за плечи, прижимаясь к нему сильнее. Я больше не чувствую слез, скатывающихся по моим щекам, хоть и знаю, что они продолжают литься ручьем из моих глаз.

Даже ядовитый смех Мэри не останавливает меня.

– И выбрал же себе невесту, Валериан! Бросается даже на сумасшедшего дракона.

Эрган впивается руками в камни стен. Я слышу его тяжелое, прерывистое дыхание и понимаю, как он еле держится от того, чтобы окончательно потерять контроль над своим телом. Его мышцы напряжены – каждая секунда самоконтроля дается ему с неимоверным трудом. Страстный поцелуй обрывается нехотя, медленно и с мучительной потерей контакта.

– Помнишь, чему я тебя учил? – шепчут его губы, склонившись к моему уху.

Я слишком сильно дышу, чтобы ответить. Точнее, я задыхаюсь. Я смотрю в его глаза и будто проваливаюсь в бездну. Все, что меня держит в разуме – это его руки, плотно прижимающие к себе, губы, покалывающие от страстного поцелуя и его шепот.

– Если я не смогу сдержаться, сделай это. – не дожидаясь моего ответа, продолжает он.

Но если я это сделаю… То, что останется от этого места? От Эргана? Я нервно сглатываю, пытаясь скрыть свое намерение ни в коем случае не делать то, о чем просит меня Уголек. Я отказываюсь.

– Ты сделаешь это, если я обернусь. Иначе, я тебя убью.

– Маэстро, убей ее. – я слышу крик Кардоны.

На лице Эргана появляется ухмылка. Несколько капель пота стекают по его вискам. Он медленно подходит к решетке, под округлившиеся взгляды наших похитителей, и становится напротив их. Его пальцы обвивают решетку. И крепко сжимают, пока сумасшедшая улыбка расплывается на его лице. Мои ноги приросли к полу, спиной я продолжаю опираться на каменную стену в пыточной. Бежать некуда. Я могу лишь смотреть на то, что происходит.

– Он же не сможет проломить решетку? – спрашивает в замешательстве отец Кардоны у Тенебриса.

– Нет, конечно. – отвечает тот, но я улавливаю нотку сомнения в его голосе. Он не уверен. – Оно не поддается даже драконьему пламени. Разве что…

– Что?

– Да так, ничего. Сейчас это точно не актуально.

Эрган продолжает сжимать решетку, его мышцы напрягаются так, словно готовые вот-вот лопнуть.

Кардона резкими шагами подходит к Угольку, так, что их лица равняются. Теперь их разделяет лишь решетка, которая начинает вибрировать под руками Эргана. Ее лицо перекошено от гнева.

– Я сказала, убей ее! Она там. Сделай это сейчас же! – ядовито приказывает Мэри. Эрган смеется в ответ диким и зловещим смехом. По моему телу пробегают мурашки. Так смеется хищник над беспомощными попытками жертвы взять контроль над ситуацией. Смертоносный хищник. И сумасшедший. Которому больше нечего терять… Уголек словно забыл, что мы по другую сторону решетки.

Решетка поддается под пальцами дракона и прогибается. Отец Кардоны делает шаг вперед к дочери, хватает ее за руку.

– Мэри, – ласково обращается он к ней. – Мы можем просто избавиться от нее. Нам не обязательно использовать этот способ. Очевидно, он не находится под полным контролем. Нам предстоит доработать оружие.