Страница 7 из 14
Илья поднял голову, лицо оставалось напряжённым.
— А что мне было делать? — выпалил он, стиснув зубы. — Сидеть дома и ждать? Смотреть, как меня опережают те, кто старше, опытнее? Я не мог просто так сложить руки и ждать, пока город решит, что я им нужен!
— И правильно сделал — спокойно ответил Алексей. — Но сейчас ты должен понять, твоё желание быть полезным превратилось в твою слабость. Они привыкли, что ты всегда рядом, всегда готов взять на себя мелкую работу. И теперь считают, что ты ничего большего не стоишь.
Илья резко встал из-за стола, чуть не опрокинув стул.
— Как мне теперь быть? Бросить всё? Уйти из города? — он говорил громче, чем собирался, в словах звучало отчаяние. — Я старался, я учился, я готовился к работе с самого детства! А теперь мне говорят, что все эти годы были напрасными?
Алексей плавно поднялся, обошёл стол и положил руку на плечо сына, в глазах мелькнуло сочувствие.
— Послушай, Илья — начал он, глядя сыну в глаза. — Это не конец. Я знаю, ты злишься. И имеешь право. Но это всего лишь начало пути. Тебе нужно сделать то, чего ты ещё не пробовал: выбрать одно дело. Одно, в котором ты станешь лучшим. Ты не можешь быть мастером на все руки в городе, где система заточена под узкие задачи. Найди свою нишу, сын. И тогда они придут к тебе сами.
Илья отвёл взгляд, чувствуя, как его обуревают противоречивые эмоции. Он понимал, что отец прав, однако принять это оказалось тяжело. Слова "вечный подмастерье" резали слух, заставляли кипеть изнутри, парень сел обратно, уставившись в почти пустую тарелку.
— А если у меня не получится? — тихо спросил он, обращаясь не к отцу, а к самому себе. — Может я так и останусь никем?
Алексей сел рядом, опустив руки на колени.
— Тогда это будет твой выбор. Но, зная тебя, я уверен, у тебя получится. Ты уже доказал, что можешь работать, можешь учиться. А теперь докажи себе, что можешь выбрать свой путь и идти по нему до конца.
Илья долго сидел молча, переваривая услышанное. В голове проносились сцены из жизни: базар, фермы, разгрузки, уборка, мелькающие лица людей, которые ему доверяли мелкие задачи, но никогда не смотрели на него как на равного. Ощущение собственной ненужности накатывало волнами.
— Я подумаю, — наконец отозвался парень, тяжело выдохнув. — Но, честно, отец... я устал. Устал пытаться и каждый раз чувствовать себя лишним. Может, я и правда не подхожу для этого города.
Разговор закончился, эти слова остались с Ильёй. Той ночью он долго не мог уснуть, ворочаясь на своей узкой кровати. Он чувствовал, как внутри него борются отчаяние и желание доказать свою ценность. Илья понимал: если он не сможет найти себя в Альдене, ему придётся искать свой путь за её пределами, эта мера казалась крайней.
Были и моменты, которые давали надежду. Однажды, когда он ремонтировал тележку для одного из старых торговцев, тот с удивлением посмотрел на его работу и сказал:
— Ты руки-то золотые, парень. Учись дальше, глядишь, мастеровой из тебя выйдет. А уж мастеров везде с руками отрывают.
Эти слова грели душу, но мастерских в Альдене было мало и работа в них передавалась от отца к сыну. Илья мог лишь мечтать о том, чтобы получить шанс использовать свои умения. Но и мечты были роскошью, когда нужно было каждый день думать о том, как выжить и принести пользу.
В двадцать лет Илья чувствовал себя полностью потерянным. Годы поисков работы в Альдене не принесли ничего, кроме разочарований. Он перебивался редкими подработками, подменами, таскал ящики на базаре, чинил мелкую технику, помогал на фермах, но ни разу не смог закрепиться на постоянной должности. Ощущение бесполезности становилось всё сильнее и каждый день казался таким же пустым, как и предыдущий. Отец больше никогда не поднимал тему работы Ильи, но это не помогло. Слова каленым железом были выжжены на задворках сознания.
Но в тот день, когда он направился в шлюз, всё изменилось.
Шлюз был местом, где город встречался с внешним миром. Здесь прибывали и отправлялись караваны — огромные бронированные грузовики, которые связывали Альдену с другими городами. Илья раньше никогда не видел Шлюз, до двадцати лет проход был категорически запрещен и парень едва знал о машинах со слов старших. Бронированные монстры перевозили всё — еду, ресурсы, оборудование — были жизненно важны для выживания всей Альтерры. Шлюз гудел от звуков: рев моторов, лязг металла, крики торговцев и механиков. Запахи горючего и раскалённой резины витали в воздухе.
Когда Илья подошёл ближе, он впервые увидел караван за забором. Это были массивные машины, покрытые толстым слоем брони с укреплёнными решётками на окнах и турелями на крыше. Они казались неприступными крепостями на колёсах. Рядом с ними стояли бойцы: суровые, крепкие мужчины и женщины. У каждого из них был хищный взгляд, выжженный солнцем и опытом.
Илья задержался не в силах оторвать взгляд. На двери машины был нарисован символ клана: чёрный лис с красными глазами, готовый к прыжку. Один из бойцов заметил его и, ухмыльнувшись, крикнул:
— Эй, парень, потерял что-то? Или хочешь автограф?
Илья немного смутился, но всё-таки крикнул в ответ спросить:
— Это караван? Вы… перевозите грузы между городами?
— Нет, мы тут пыль глотаем ради удовольствия, — ответил боец с ухмылкой, поправляя автомат на плече. Но, заметив, что Илья не отводит взгляда, смягчился. — Да, это караван. Мы — боевая группа. Охраняем груз, чтобы всякая дрянь на дороге не добралась. А ты кто такой?
— Я… — Илья замялся, но всё же решился. — Я ищу работу. Хотел бы… попробовать у вас.
Боец, кажется, не ожидал такого ответа. Он смерил Илью взглядом, оценивая, затем подошел вплотную к забору и подозвал Илью взмахом руки.
— Работу, говоришь? Ну, не знаю… Сходи в офис гильдии, может, тебя там послушают. Сразу предупреждаю: здесь шуток нет. Платят за риск, а риск — это кровь и пот. Готов?
Илья на мгновение задумался, глядя на бойца. Слова звучали как предупреждение, но в них не было ни капли сожаления или страха. Скорее, это был вызов.
— Готов, — проговорил твёрдо, выпрямившись. — Лучше рискнуть, чем всю жизнь таскать ящики на базаре.
Боец хмыкнул, оценивающе глядя на него.
— Ладно, парень, раз так. Иди в офис, там поговори с регистратором. Скажешь, что хочешь вступить. Коли одобрят, получишь пропуск в расположение. А коли нет… Ну, значит, не судьба. — Он указал рукой в сторону невысокого здания на краю шлюза. — Вон туда.
Илья махнул рукой и быстрым шагом направился к офису гильдии перевозчиков. Здание выглядело небольшим и простым, внутри царила деловая атмосфера. Люди в униформе и куртках с эмблемами разных кланов обсуждали маршруты, сверяли карты, заполняли бумаги. Весь этот хаос казался организованным и слаженным, как огромный механизм.
Илья подошёл к стойке регистрации, за которой сидел мужчина в возрасте с седыми висками и усталым взглядом. Он был занят тем, что перебирал какие-то документы, едва замечая окружающих.
— Добрый день, — начал Илья, немного неуверенно. — Мне сказали обратиться сюда. Я хочу… вступить в караван, ой то есть клан. Ой, то есть работать бойцом, — в конец сбился Илья.
Мужчина поднял взгляд, рассматривая его через толстые линзы очков.
— Возраст? — спросил он без особого энтузиазма.
— Двадцать.
— Опыт? — продолжал регистратор.
— Я… нет, боевого опыта нет. Но я умею чинить технику, быстро учусь. И я готов рискнуть — быстро добавил Илья, чувствуя, как слова звучат слишком слабо.