Страница 113 из 123
— Бюрократия? — поинтересовалась тталь.
— Не знаю. Вот прилетит твоя собо, всё расскажет.
— А она, что? Улетела? — не поверила Чжуна.
— Представь себе. Пока вы с Майко были заняты своей порнографией на северной границе, собо улетела домой. По делам. Скоро вернётся.
— Почему сразу порнографией? — обиделась ЧжунГи.
— Потому что! На весь мир нас ославила! Кто тебя просил сниматься на камеру голой? А?
— Я не голая была! Я боком стояла! И сиськи руками прикрывала!
— Сиськи прикрывала? — разозлилась ни с того ни с сего ХёЧжин и вдруг, ка-ак жахнет ладонью под всё ещё задранный подол юбки дочери!
— Ай! А-я-яй! — заверещала та.
— А ну, надевай шортики, эксгибиционистка! Порнозвезда недоделанная! Сиськи она прикрывала! Зато всё остальное напоказ всему свету выставила!
На этот раз я промолчал Ну его! Что-то с оммой последнее время происходит. Настроение скачет каждые пять минут…Постой-ка-постой-ка. Она ведь не?…Или уже?
— Омма, что у тебя с настроением? — подозрительно спросила тталь. — Ты то смеёшься, то злишься, то плачешь. Да-да. Я видела, не отрицай!
— Не знаю, — мрачно буркнула ХёЧжин.
— Омма, — вкрадчиво продолжила ЧжунГи. — А тебя не тошнит часом, по утрам?
— А ты откуда знаешь? — удивилась ХёЧжин. — Тебе тоже было сегодня после завтрака плохо? Может надо ДаСом предупредить, что доставщик привёз некачественные продукты?
— Нет, омма. Со мной всё в порядке. Я хорошо покушала. Лучше ответь, когда у тебя последний раз были месячные?
— ЧжунГи, нахалка! — вновь возбудилась родительница. — Как тебе не стыдно вообще говорить на такую тему с матерью?
— Мам. Просто ответь.
А ведь она не знает! Подумал я. Она же никогда не рожала!
— В начале января, — хмуро бросила она. — За две недели до того, как тебя привезла из пансионата.
— А в Японии когда последний раз была? У аппы? — продолжает лезть с вопросами Чжуна.
— Когда, когда, — омма наморщила лоб вспоминая. — Когда я вернулась, на следующий день ты из «сумрака» вышла.
— Омма, — серьёзно сказала дочь. — Тебе нужно обязательно показаться врачу.
— Ты думаешь я заболела? — испуганно спросила ХёЧжин.
— Я думаю, тебе нужно обратиться к врачу, омма. И лучше к гинекологу.
ХёЧжин растерянно посмотрела на дочь и густо покраснела.
— Ты…ты считаешь… — не договорила она.
— Я надеюсь, — улыбнулась Чжуна.
ХёЧжин быстро подошла к дочери и крепко её обняла.
— Прости, доченька, — всхлипнула она и погладила девчонку по тому месту куда той не так давно, конкретно так прилетело. — Очень больно?
— Не, мам. Всё нормально. Ты не виновата, это всё гормоны, — успокоила её ЧжунГи.
— Как у тебя? — хихикнула омма в макушку дочери.
— Как у меня, — согласно кивнула та.
— Давай собираться, а то опоздаешь в школу, — ХёЧжин разжала объятия. — И шортики не забудь.
— Уже надела, — уверила её ЧжунГи. — Только всё равно не понимаю, зачем они нужны. Они же синтетические. «Там» всё со временем взопреет, вспотеет и…и завоняет, не дай богиня! — девчонка указала глазами вниз.
— Ничего «там», — ответила омма, — не взопреет и не завоняет! Это специальные шорты, чтобы «там» ничего не застудить и не поранить. А если какой-нибудь нахал, задерёт тебе юбку, то ничего нового не увидит. Все айдолы и трейни твоего агенства носят такие шортики, даже во время физических упражнений. И никто ещё не жаловался на пот или неприятный запах.
— Да?
— Можешь спросить у своих онни. Я кстати тоже ношу, — мама чуть приподняла край своего дорогого платья. Точно! Такие же как у меня, только серо-зелёные под цвет одежды. Хм, но при встрече с аппой, они ей не помогли. Не…лучше промолчу, а то опять выхвачу люлей!
— Пиджак неудобный!
— Не ври! С тебя мерки снимали!
— Значит пошили неправильно!
— В моём ателье? Для тебя? Думай, что говоришь, нахалка!
— А чего он жёлтый?
— Под цвет твоих глаз, — хмыкнула омма. — Ну и заодно, согласно школьным требованиям.
— Рубашка, с дурацким воротником, галстук кривой! — продолжала по инерции ныть ЧжунГи.
— Рубашка в соответствии с правилами, галстук я сейчас поправлю. И вообще! — возмутилась омма. — Кто у нас беременный. Я или ты? А ну марш в школу!
Да. Наконец я еду в школу. Сподобился на старости лет. После вчерашнего бурного заседания в малом зале консервато…агенства, сабоним милостиво отпустил своих подданых, сиречь айдолов по своим местам согласно трудовому расписанию. Я в расписании числился эдаким свободным электроном, мог на своё усмотрение прилепиться к любому атому. Но, я прилепился к Шкафу и поехал домой. Благо два дня заточения прошли. Целый день, валял дурака. То есть дуру Никотину. Мы с ней устроили настоящий погром в отдельно взятой квартире. Я кстати наконец-то выяснил размеры нашего вигвама. Впечатляет! Через час наших догонялок, я натуральным образом заблудился! И уже было подумывал вызвать МЧС, чтоб меня вывели к людям, но вовремя заметил розовый хвост, который и послужил мне нитью Ариадны.
Заметив меня с Никотиной на шее, рабовладелица…э-э…домоправительница ДаСом, только ухмыльнулась и вызвала-таки бригаду. Но не МЧС а клининга.
Сейчас кошка посапывает на своём законном месте у меня за спиной в мягкой и тёплой подкладке моего рюкзачка, который и куплен кстати, исключительно для неё(это она так думает). А я по дороге в школу, пытаюсь анализировать прошедшие события.
Во-первых: За каким, спрашивается, лешим приезжали оба дирижёра? Чтобы меня поддержать в случае чего? Не верю. Вот за какими-нибудь плюшками — поверю на сто процентов. А какие могут быть плюшки в музыкальном агенстве, где числится в качестве трейни(договор о моём айдольстве ещё не готов) композитор новой, как сегодня модно выражаться в околомузыкальных кругах, классики? Правильно. Новые произведения. Значит приехали не поддержать меня и айдолов агенства, а клянчить у ИнСона ноты. Хе-хе. Пусть их. Сабоним любит поторговаться. Ему бы не агенством, ему бы финансами заведовать.
Во-вторых: Чего приезжал Ян ХёнСок? Защитить своих айдолов? BlackPink? Так им всё равно ничего не грозило. Что им может сделать ИнСон? Штрафами обложить? Чушь! Там девчонки ушлые! Сами кого хошь обложат…обкладут! На меня посмотреть? Возможно…хотя у ХёнСока совсем другое музыкальное направление. Чистый k-pop. Но он сам сказал, что мою классику в эстрадном исполнении с удовольстием слушал бы в машине. И о чём он после трудового собрания рабочего коллектива, шушукался с ИнСоном? В окружении своих айдолов?
В-третьих: Лиса-кумихо. Оказывается её зовут Викки Ренуа. И она исполнительный директор одного из самых крупных в мире музыкальных лейблов. UMG. Вот ведь повезло девке с именем. Викки Ренуа. Каково? Недаром я не хотел с ней встречаться. Она обозвала меня…уточкой! Меня! Кондора! Кондору? Кондорку? Кондориху? Тьфу! Совсем запутался. Короче, меня обозвали кряквой! И сдаётся мне эта кумихо, нацелилась меня сожрать. Не зря же она ИнСона своим рыжим хвостом обмахивала! А ну, как она мой контракт трейни у него перекупит? ИнСона я хоть изучил, знаю как с ним общаться и где можно надавить, а где луше не стоит нарушать границу дозволенного. А эта? Поди знай что у неё на уме. Вот получит мой контракт, сразу обруч на шею, цепь к мачте и весло в руки. Греби уточка! Только веслом двигай почаще и загребай поглубже! И ничего не докажешь. Контракт!