Страница 73 из 95
- Очень похвально, ло Джакарра! Я радуюсь, обнаружив такие познания у человека энергичного и молодого!
- Благодарю, отец мой.
Дженнак был впятеро старше Менгича, но тот выглядел стариком, морщинистым и седовласым. Так что обращение «отец мой» звучало вполне уместно.
- Попросим ответить на твой вопрос юного Нево, - сказал Менгич. - Он ученик Фалтафа из Норелга и должен кое-что смыслить в математике.
Сын Всевлада смущенно откашлялся.
- В этом вычислительном алфавите есть значок в виде косого креста, называемый «икс», - промолвил юноша. - Его используют чтобы указать неизвестную величину, и я думаю, что наставник Менгич выбрал его по этой причине. Икс - значит, неизвестное, еще непознанное, то, чему пока нет объяснений.
Старый умелец кивнул с довольным видом.
- Верно, непознанное и неизвестное. Мы уже знаем свойства этого излучения, знаем, что оно распадается на три потока, что два из них - частицы, а третий - эммелитовые волны, но суть явления нам неясна. Правда, мы получили подсказку, но об этом позже, мой лорд, позже, если ты не возражаешь... Так вот, частицы... Одни более легкие и заряжены отрицательно, другие, с положительным зарядом, намного тяжелее - примерно в несколько тысяч раз. Есть идея, объясняющая это. Представим, что разные виды материи состоят из крохотных шариков, которые, однако, очень велики в сравнении с нашими объектами. Возможно, структура этих шариков сложна, и есть у них тяжелое ядро с положительными частицами, а вокруг него вращаются легкие отрицательные... - Чегич сделал паузу. - Это тебе что-нибудь напоминает, ло Джакарра? Другое явление мира, но не в крошечных масштабах, а в огромных?
- Напоминает, - ответил Дженнак. - Так планеты вращаются вокруг солнца, которое гораздо массивнее их.
- У тебя быстрый ум, - одобрительно произнес Менгич. - Замечу, что поиск нового соединяет воображение и расчет. До этой планетарной картины додумался Ярема, мой помощник, а потом мы подкрепили ее математикой, в которой силен By к. Все сходится!
Они вторглись вглубь материи, подумал Дженнак. Это потрясло его. Вторглись с помощью простых вещей, даже примитивных - капли странного металла, который Менгич назвал сайбернитом, двух заряженных пластин и паровой камеры! Если и было здесь что-то удивительное, так лишь светочувствительный прибор для регистрации изображений - такие Дженнаку еще не попадались. Все остальное - проще некуда... И это потрясало снова. Это доказывало, что мощь разума справится с загадками природы, что для великих открытий нужно лишь соединение умов, время и ясная цель. Такая мысль не являлась для Дженнака новостью, но здесь и сейчас она завладела им с особой силой - ведь он находился в эпицентре тайны, которую раскрыли - или почти раскрыли - этот старик и два его юных помощника.
Стараясь сохранить спокойствие, он поинтересовался:
- Что ты скажешь, почтенный Лех, о третьей составляющей потока? Что это за волны?
- Ханаец Прада, познавший виды излучений, утверждает, что они не похожи на волны, переносящие сообщения. Те возбуждаются при колебаниях эммелитовых потоков в проводах, а эти исходят из сердцевины вещества, и проникающая способность у них больше. Мы еще не знаем, где и как они зарождаются.
Ярема, помощник Менгича, откашлялся.
- Позволишь сказать, учитель? - Старик кивнул, и молодой умелец продолжил: - Я думаю, эти волны появляются при перепадах энергии в ядре, в том центре, откуда вылетают тяжелые частицы. Там - средоточие огромной мощи... Если мы ею овладеем...
- Если овладеем... - задумчиво повторил Дженнак. - Что произойдет в этом случае?
Ярема и Вук заговорили, перебивая друг друга:
- Мы получим новый источник энергии...
- Неиссякающей энергии, ибо залежи сайбернита велики...
- Не надо будет сжигать уголь и земляное масло...
- Эммелитовая сила придет в каждый дом, даже самый бедный...
- Мы создадим мощный двигатель...
- Мы сможем летать вне атмосферы...
Услышав эти последние слова, Нево Ах-Хишари сделал шаг вперед, вскинул руку и выкрикнул:
- Мы построим ракету и достигнем Луны! Луны и других планет! А там, быть может, и звезд! Мы...
Лех Менгич рассмеялся.
- Вы, не я! Вы, молодые! Возможно, ло Джакарра все это увидит... А что мы можем показать сейчас? Лишь эти стеклянные пластинки да кусочек сайбернита...
- Не только, - молвил Ярема, принимая загадочный вид. - Не только это, учитель.
Улыбка Менгича погасла.
- Думаешь, лорду нужно взглянуть на чудо, природа коего нам неясна? Не примет ли он нас за колдунов? Или, хуже того, сочтет, что мы не умельцы, добывающие знания, а просто мошенники?
- Тебе решать, учитель, - откликнулся Ярема, а Дженнак, снова окинув взглядом подземелье, произнес:
- В Арсолане есть пословица: спев Утреннее Песнопение, не откажешься от Дневного... Какие еще чудеса ты припас, отец мой?
Старик поманил его к выходу. На пороге Менгич обернулся и, убедившись, что гость следует за ним, бросил помощникам:
- Ждите здесь, мы отлучимся ненадолго. Ты, Нево, потом проводишь ло Джакарру к Фалтафу, Праде, Славу Градичу и остальным. Лорд должен все увидеть.
Они миновали узкий коридорчик, Менгич отворил дверь небольшой комнаты, включил свет и показал Дженнаку на кресло. Затем принялся копаться в ящике массивного стола, сопровождая это воркотней:
- Садись, мой господин, садись. Тут я обычно размышляю... Размышления, сам понимаешь, требуют покоя и тишины... Прежде я ходил в лес, там тоже неплохо думается, но в мои годы, особенно зимой, долго в лесу не погуляешь... Ну, вот оно! Вот наше чудо! Помнишь, я сказал, что мы получили подсказку? Она перед тобой!
Дженнак, потрясенный, прикрыл на мгновение глаза, потом открыл их, но чудо не исчезло. В ладонях Менгича лежала яшмовая сфера, похожая на майясский гадательный шар - точь в точь такая, какую подарил ему когда-то на берегу Бескрайних Вод рениг Кро’Таха. Тот шар раскрылся в Цолане, в святилище Вещих Камней, явив последнюю Святую Книгу, но были и другие сферы, шесть таинственных предметов, показанных Дженнаку Че Чантаром - давно, почти что триста лет назад! Сфера старого умельца была их точной копией.
Но что в ней таилось? Что?..
Привычное усилие, и, преодолев тьму Чак Мооль, Дженнак очутился в прошлом. Там был богато обставленный хоган, устланный циновками и коврами, с серебряными подсвечниками в форме разинувших пасти кайманов, и с низким столиком - а на столе виднелся ларец с завернутыми в шелк шарами. Он следил, как длинные гибкие пальцы Че Чантара снимают шелковую ткань, и слышал его негромкий голос:
- Добыча полутора веков... Этот - дар племени котоама и получен сто сорок восемь лет назад; этот - дар старейшин хедина- зи, и ему минуло сто двадцать шесть; этот - от вождей тономов, ему без малого столетие...
Потом Чантар вытянул руку над одним их шаров, что-то ярко вспыхнуло, и над столом возник земной сфероид - многоцветный, огромный, шести локтей в поперечнике, и невесомый, как дыхание призрака...
Прошлое неторопливо разворачивалось в памяти Дженнака. Он снова видел эту запись, видел, как проплывают восточные берега Эйпонны, четкие и будто бы прорисованные уверенной рукой; за ними раскинулась ширь Бескрайних Вод, появились очертания Бритайи, Земли Дракона, Иберы и Лизира - края двух материков, разделенных Длинным морем. Нижний Лизир, был довольно велик и тянулся за экватор к югу, а верхний, Риканна и Азайя, выглядел таким громадным, что у Дженнака, как прежде, перехватило дыхание. Но лежавший на востоке океан оказался еще больше - в его просторах возникали острова, то крохотные, то огромные, не меньше Бритайи; потом из голубой дали выплыли берег Шочи-ту-ах-чилат и Перешеек, соединявший две Эйпонны. Тогда он спросил: