Паутина времён.

— Рой? — остановившись, Константин нахмурился. — Что за рой? Ты можешь объяснить подробнее?

«Доступ к данной информации ограничен. Функционал заблокирован до момента завершения интеграции.»

— Ну, конечно, — вздохнул Константин, возвращаясь к тренировке. — Ты хоть объясни, как к тебе обращаться. У тебя есть имя?

«Я — интерфейсная система. Вы можете выбрать любое имя, если это улучшит ваше взаимодействие со мной.»

Константин на мгновение задумался, продолжая наносить удары и блоки в воздухе. Каждый его шаг был точен, каждое движение — наполнено мощью, которую он до сих пор не очень сильно привык ощущать.

— Ладно, назову тебя... Гекс. Что думаешь?

«Имя принято. Теперь я буду обозначаться как Гекс.»

Улыбнувшись, Константин продолжил тренировку. Привычка называть вещи своими именами помогала ему упрощать сложные вопросы. Он провёл ещё несколько серий движений, но затем остановился, вспомнив о странном ощущении, которое не покидало его последние дни.

— Слушай, Гекс, — начал он, глядя в сторону пагоды, где едва заметно покачивались листья деревьев под лёгким ветерком. — Когда я вернулся и начал использовать эхолокацию и контроль звука, почему меня это не перегрузило? Ведь звуковая информация, которой полно вокруг, могла бы просто сделать меня калекой.

Гекс отозвался почти мгновенно, его голос был спокойным и ровным, но в нём чувствовалась нотка удовлетворения от вопроса, словно он ожидал его заранее:

— Моя основная цель — поддерживать носителя в здоровом и функциональном состоянии. Когда ты прошёл первую синхронизацию с системой, я провёл полный анализ твоих возможностей восприятия и установил ограничения, чтобы защитить мозг от перегрузок. Это позволило урезать лишнюю информацию, которая могла бы стать причиной как физического, так и когнитивного истощения.

Константин нахмурился, задумчиво поглядывая на землю:

— То есть ты просто отфильтровал всё лишнее?

— Именно. Это включало подавление фоновых шумов, которые не несут критической информации, и усиление тех сигналов, которые важны для анализа и принятия решений. К примеру, шум ветра за пределами твоего непосредственного радиуса был исключён, чтобы ты мог сосредоточиться на более важных данных.

Он кивнул, переваривая услышанное:

— Это объясняет, почему я не чувствую, будто мой мозг вот-вот взорвётся. Хотя с такой нагрузкой это было бы логично. А что с дальними звуками? Почему я их не улавливаю, если мои способности теоретически могут это позволить?

— Ты прав, твои способности позволяют это, но я специально ограничил радиус восприятия, чтобы избежать эффекта "шума на границах". Расширенный диапазон восприятия требует времени и тренировки для его правильной обработки. Ты можешь управлять этой настройкой сам, если посчитаешь нужным, но слишком быстрое расширение радиуса может привести к дезориентации.

Константин усмехнулся, но затем его взгляд стал серьёзным:

— Ладно, а как насчёт частот? Есть ли предел, который мой мозг просто не сможет обработать?

Гекс ответил без промедления:

— Для человеческого мозга существует предел восприятия, но твои изменения позволяют тебе преодолеть некоторые из этих ограничений. Тем не менее, я ввёл фильтры для частот, которые могут нанести вред. Например, ультразвуковые сигналы обрабатываются только в том случае, если они связаны с угрозой или представляют исследовательский интерес.

— А что, если я решу отключить эти фильтры? — спросил Константин, глядя на далёкий горизонт. — Что произойдёт?

— Твой мозг получит огромный объём данных, которые он пока не готов обработать. Это может привести к перегрузке сенсорных систем, головным болям, а в худших случаях — к потере сознания или даже повреждению нейронных связей. Именно поэтому я настоятельно рекомендую увеличивать объём поступающей информации постепенно.

Константин задумчиво потер подбородок, пропуская ответ через свои мысли:

— А что с органами? Мои уши, глаза — как они выдерживают такую нагрузку?

Гекс ответил с лёгкой ноткой уверенности:

— Твои уши и глаза были модифицированы благодаря воздействию кристалла и синхронизации. Они способны выдерживать экстремальные уровни нагрузки, перераспределяя избыточную энергию в резервные каналы. Например, твои глаза могут улавливать инфракрасные и ультрафиолетовые спектры, но ты сам решаешь, активировать эту функцию или нет. Аналогично, твои уши могут работать как пассивный радар, фиксируя слабейшие звуки, которые не воспринимаются обычным человеческим слухом.

— Значит, если я начну развивать это дальше, то стану ходячим эхолокатором и радиостанцией? — усмехнулся он, пытаясь разрядить напряжённость своих мыслей.

— В определённой степени — да. Но учти: каждая новая способность требует энергии. Ты должен учитывать, что резерв твоей энергии тоже ограничен. Злоупотребление может привести к истощению и снижению эффективности твоих основных функций.

Константин кивнул, поглаживая затылок:

— Хорошо, понял. А что с воздействием на тело? Частоты, которые я генерирую, не разрушают меня самого?

— Это отличный вопрос, — похвалил его Гекс. — Твои внутренние ткани адаптированы для обработки мощных вибраций. Кристалл усилил структуру твоих клеток, что делает их более устойчивыми к резонансным эффектам. Однако я бы не рекомендовал экспериментировать с частотами, которые ты не знаешь, как контролировать. Увеличивай интенсивность постепенно.

Константин глубоко вдохнул, чувствуя, как полученная информация постепенно укладывается в голове:

— Спасибо, Гекс. Ты, похоже, реально заботишься обо мне.

Гекс ответил с лёгкой ноткой сарказма:

— Не забывай, что твоё выживание — это и моя задача. Так что считай, что у нас взаимовыгодное сотрудничество.

Константин улыбнулся, ощущая, что их связь становится всё более уникальной и сложной.

— Гекс, ты также упомянул некие технологии в пещере. Что это за технологии? — продолжил он, усиливая удары и плавно переходя в стойку.

«Системы пещеры включают скрытые модули, которые могут быть активированы для улучшения ваших способностей и повседневных задач. Полная интеграция откроет доступ к этим ресурсам. Предположительно, технологии могут включать устройства для управления энергией, защиты и взаимодействия с внешними системами.»

— Внешними системами? — Константин остановился, стирая пот с лба. — Ты говоришь так, будто это прямо-таки облегчает жизнь. Ты же понимаешь, что я пока не готов возвращаться туда?

«Решение о возвращении зависит от вас. Моё назначение — предоставить информацию и рекомендации.»

Константин снова начал двигаться, пытаясь сосредоточиться на дыхании и ощущениях. Однако слова Гекса не выходили у него из головы. "Рой", "внешние системы", "управление энергией" — всё это звучало как что-то из научной фантастики, но теперь это стало частью его реальности.

После очередной серии упражнений Константин замер на месте, глубоко вдохнул и выдохнул. Солнечные лучи уже полностью залили дворик, освещая каждую деталь. Он взглянул на пагоду и пруд, ощущая, как тишина сада помогает ему вернуть равновесие.