Страница 110 из 123
Уинтер вздрогнула и инстинктивно оседлала меня. Она была скользкой и мокрой от нас обоих, и ощущение того, как она поднимается и опускается на моих коленях, крепко сжимая член своими стенками, заставило меня кончить вместе с ней на этот раз. Я приблизил ее лицо к своему, заглядывая в глаза, пока мы кончали. Она снова плакала, но непокорности было уже меньше. Это были слезы смирения. Она раскалывалась. Ее стены рушились вокруг нас.
— Ты хоть представляешь, как ты прекрасна для меня? Всегда была, – пробормотал я.
Она дернула себя за короткие концы волос, внезапно смутившись.
— Даже в таком виде? Я подстриглась, – добавила она.
— Я заметил. Я уже говорил тебе. Тебе подошла бы и бритая голова. Ничто из того, что ты можешь с собой сделать, или надеть, или подумать, черт возьми - не сделает тебя менее красивой для меня.
После этого я уложил ее и забрался на нее сверху, прокладывая путь вниз по ее телу. Она была совершенно вымотанной, расслабленной и вялой. Я пососал ее соски и опустился ниже, уделяя внимание каждому сантиметру ее кожи. Затем широко раздвинул ее ноги.
— Я в полном беспорядке, – пробормотала она, приподнимаясь на локтях, чтобы посмотреть на меня.
Верно. Уинтер была мокрой от своих соков и моей спермы. Я опустил лицо и вдохнул наш смешанный аромат.
— Возможно, но ты - мой беспорядок, – сказал я ей, прежде чем найти языком клитор и заставить ее кончить снова.
Наконец, когда мы перешли в спальню и я кончил еще два раза, потеряв счет количеству ее оргазмов, острая настойчивость спала.
Она действительно была здесь, в моих объятиях, на мне, в моем сердце.
Дома.
— Пришло время поговорить, Ваше Величество, – пробормотал я, откидывая ее волосы назад и заглядывая ей в лицо, только для того, чтобы увидеть, что она уже отключилась.
Уинтер крепко спала. Впервые за неделю хмурая складка между ее бровями разгладилась. Она выглядела умиротворенной, измученной и спокойной.
Она так старалась оттолкнуть меня, переживала и была одинока под тяжестью того таинственного ужаса, который Трент Фитцджеральд держал над ее головой.
Я не мог ее разбудить. Обнимая ее, пока она доверчиво спала в моих руках, я залечивал трещины, образовавшиеся в моем сердце за последние несколько дней. Я должен был связать ее, чтобы она не проснулась раньше меня и не натворила бед. Моя маленькая нахалка была исключительно искусна в этом. Однако мне не хотелось двигаться. Я так чертовски сильно скучал по ней.
Мне просто нужно было еще немного времени. Скоро я свяжу ее, но не сейчас.
Не сейчас.