Страница 71 из 126
Кондрат не двигался. Сейчас самым важным было терпение, а он умел ждать, когда откроется возможность. За его ремнём удобно пристроился коротенький топорик, а с другой стороны большой охотничий нож.
Он слышал, как внутри о чём-то разговаривали охранники и даже иногда смеялись. Им явно было не до тех, кто снаружи. Скорее всего, Кондрат был вообще первым, кто решил пробраться на ферму, потому они уже давно потеряли бдительность, работая спустя рукава.
Он видел, как дальше, у другого забора, ходит туда-сюда охранник. Ещё один стоял у ворот, лениво куря. Получается, у каждого забора было по одному-два охранника, и только со стороны леса их было больше.
Вот послышались чавкающие звуки чьих-то сапог по грязи, и он затаил дыхание. Они приближались, вот уже были около дома, ещё немного, и он покажется за углом…
Кондрат бросился на охранника.
Мужчина услышал шаги и обернулся, уже стягивая с плеча ружьё, но ничего сделать не успел. Удар в нос, и тот пошатывается, после чего небольшом приём, и вот уже Кондрат оказывается за его спиной. Одна рука зажимает рот, запрокинув голову и оголяя шею, а другая приставляет клинок к шее так, что из-под лезвия начала сочиться кровь. Таким нехитрым образом он утащил его в тень дома, словно паук добычу, подальше от чужих глаз.
Требовалось уточнение, чтобы не получилось, что Кондрат фермой ошибся. Как бы ему ни не хотелось пачкать руки в крови, но если он собирался добраться до Вайрина, — если тот ещё жив, конечно, — придётся вспомнить прошлое и устранить помехи на своём пути. И в этом случае он не имел права на ошибку. Вряд ли, конечно, он ошибся, но тем не менее…
— Я задаю вопросы, и ты отвечаешь. Ответишь — я тебя просто оглушу, и ты переживёшь эту ночь. Нет — я сделаю тебе второй рот от уха до уха. Ты понял? Кивай, если понял.
Мужчина кивнул.
— Сколько вас? Больше тридцати?
Кондрат не настолько был глуп, чтобы отпустить тому для ответа рот. Пусть учится разговаривать кивками головы. Поэтому тому оставалось помахать головой, насколько это позволял нож у горла.
— Около двадцати?
Кивает.
— Сюда привозят иногда по ночам людей, я прав?
Кивает.
— Ты видел их?
Кивает.
— Девушки?
Вновь кивает.
— Вы прячете их внутри свинарника?
Кивает.
Что ж, он не ошибся…
Кондрат воткнул охраннику нож в шею ниже кадыка и повалил на землю, оставляя захлёбываться кровью не в силах издать ни звука. Подобрал ружьё, осмотрел его и закинул за спину, после чего снял с тела мешочек с пулями, порохом и капсулями. Эти вещи пригодятся.
Теперь на очереди сторожка. Кондрат прокрался вдоль стены, бросив взгляд в окно. Там сидело четверо человек за круглым столом, играя в карты. Он направился к двери и затаился за углом дома, бросая взгляд на крышу свинарника, где лениво стоял один из охранников. Когда тот отвернулся, Кондрат шагнул к двери, толкнул её…
И нос к носу встретился с человеком.
Они на мгновение уставились друг на друга, после чего тот открыл рот, а Кондрат с небольшого размаха воткнул ему прямо в лоб топорик. Сразу протолкнул его глубже в сторожку, оттолкнул вперёд, выдёргивая топор, и оказался в зале, где и сидело четверо человек.
Все, кроме того, что сидел к нему спиной, удивлённо подняли взгляд, разглядывая незваного гостя, который сходу воткнул топорик в макушку их товарищу, после чего пинком перевернул стол на противоположного. Оставшиеся двое вскочили, скорее испугано, чем готовые броситься на убийцу.
На улице послышался глухой шум потасовки, после чего всё стихло, будто ничего и не было. И только выглядывающий из-за занавесок Кондрат, который мерил взглядом расстояние до ближайшего здания, напоминал о случившемся. За его спиной в последний раз дёрнулось распластанное тело в луже крови с раскроенным топором черепом.