Страница 28 из 48
Глава 28
Через час, освободившись от дел, Евгений приехал домой. Аделина приготовила вкусный ужин, и они сели за стол. Она заметила, что муж чем-то сильно расстроен.
– Что с тобой? – спросила она.
Евгений посмотрел на жену. Она ведь совсем ничего не знает, а стоит ли ей говорить? Стоит. Она же его жена, самый родной и близкий человек, не считая матери с сестрой. И он рассказал, что Педро снова работает на фирме.
Аделина не понимала, зачем он опять его взял? Евгений признался, что он проиграл в карты и таков был уговор. Теперь он мечтал исправить ошибку и выгнать Педро. После появления этого человека на фирме все на него смотрят косо до сих пор, не понимая, зачем он это сделал? Если он в прошлый раз подставил с документацией, значит, больше ему верить нельзя. Он один виноват в том, что случилось и все правы, если не хотят его видеть на фирме.
Евгений с себя вины не снимал, но ради любимой женщины был на всё готов даже пойти на жертвы, но не мог в этом признаться матери, да и вообще всем. Они бы его просто не поняли и не оценили его поступка во имя любви. Он понимал, как глупо всё выглядит со стороны, пришло время исправлять ошибки. Он впервые солгал матери, и на то были причины. Жене сказал правду, повергнув женщину в шок. Неужели муж смог докатиться до такого позора? Значит, в этом Педро виноват? Но кто ему поверит? У него нет доказательств, что документы подделал именно он. Это будет непросто доказать.
Аделина была в ужасе от слов мужа, не понимая, зачем ему всё это? Почему сразу не сказать матери правду? Его нужно выгонять, причём немедленно. С этим нельзя тянуть ни минуты. Наверняка, мужчина преследует свой интерес. Ведь не зря он просился на фирму. Евгений не мог сказать жене всей правды, знал, что не простит, прогонит снова. Он выгонит Педро и займется этим завтра же с утра.
Евгений поехал на фирму, где узнал, что документы на поставку были подделаны. Мужчина стал очень сильно злиться и винить себя, что взял на фирму Педро, который даже на работе промышлял свои дела. Но тот не считал себя виноватым. Они стали ругаться
– Зачем ты подделал документы? Кто тебя просил?! – закричал Евгений. – Я тебя взял, как человека, а ты! Ты подставил меня, ты подставил всех нас!
– С чего ты взял, что это сделал я? – ответил Педро, не понимая, как так быстро смогли его разоблачить. – Ты сначала докажи, что это я, а потом и говори!
– И докажу!
– Докажи! Попробуй!
– Я под суд тебя отдам! – Евгений вышел, громко хлопнув дверью, и пошел в свой кабинет. Недолго думая Педро тоже вышел из кабинета и пошел за ним.
– Что тебе нужно? – злобно проговорил мужчина.
– У нас был договор или ты забыл?
– Пошел вон отсюда! Видеть тебя не хочу!
– Нет! Так просто тебе от меня не отделаться, Евгений Ортигосса! – Педро ударил того по лицу, и у них началась драка.
Стефани шла с документами к Евгению на подпись, но увидев дерущихся, стала их разнимать. На крики прибежала Леонелла.
– Прекратите! Перестаньте! Что вы устроили? – проговорила она – Хватит!
Педро ударил Евгения, разбив ему губу в кровь, а тот сильным ударом свалил его с ног и разбил ему бровь до крови. Их с трудом разняли, оттащив в разные стороны. Но мужчины вырвались и снова набросились друг на друга.
В конце концов, их удалось разнять. Евгений, отдышавшись, сел за стол, на рубашке и на лице его была кровь.
А Педро увели в его кабинет, когда он пришел туда, то за ним вошла секретарь. Это была женщина сорока пяти лет с серыми глазами, короткой стрижкой, очень красивая брюнетка высокого роста. Женщину звали Моника Лоскано. Она была напугана, увидев у шефа кровь.
– Боже мой, сеньор! Что с вами? – запричитала она.
– Ничего! Этот подонок ответит за все! – злобно проговорил Педро, пройдя в кабинет. Из брови его текла кровь. – Черт! Мерзавец! – выругался мужчина. – Ну, ничего, ничего!
– Что произошло, сеньор?
– Ничего! Тебе, что, делать нечего?! – закричал он на Монику, и бедняжка выбежала из кабинета.
В кабинет вошла Леонелла с аптечкой в руках, чтобы обработать рану Педро. Она подошла к мужчине и стала осматривать рану. К счастью, не надо было вмешательства доктора.
– Уходи! Зачем ты пришла!? – закричал тот.
– Я пришла обработать тебе раны, – спокойно ответила Леонелла.
– Уходи! Я не хочу тебя видеть! Я никого видеть не хочу!
– Я обработаю рану и уйду. Позволь мне помочь тебе.
– Мне не нужна чья-то помощь. Мне обработает секретарь. Моника, иди сюда! – позвал он женщину.
– Ну, как знаешь, – Леонелла оставила аптечку на столе и вышла из кабинета.
Стефани обрабатывала раны Евгения.
– Осторожней больно, – проговорил тот, морщась от боли.
– Потерпи немного. Уже заканчиваю, – сказала девушка. – Вот так, – она осторожно прикасалась к больной губе.
– Аделина с ума сойдет.
– Ничего страшного.
Леонелла была сильно расстроена дракой. Женщина смотрела на Евгения, и душа её разрывалась от гнева и боли.
– Ты что-то хотела, мама? – спросил Евгений, посмотрев на стоящую рядом женщину. Она так ничего и не смогла сказать.
– Я в кабинет, – ответила Леонелла и ушла. Придя, села за стол.
– Сеньора, к вам Педро, – сказала секретарь.
– Пусть войдет, – ответила она.
Через минуту в кабинет вошел Педро. Он осознал свою вину и принес Леонелле цветы в знак примирения. Ему стало стыдно за свой поступок. Он надеялся на прощение, но та не хотела его прощать. Женщина смотрела на него, словно на врага. Он был ей противен.
– Это вам, Леонелла, – протягивая букет, сказал Педро.
– Мне не нужны цветы от человека, избившего моего сына, – отвернувшись, ответила она.
– Я хотел извиниться, Леонелла. Простите меня, если сможете.
– Проси прощения у моего сына, а не у меня.
– Мне не нравится ваш сын, и вы это знаете.
– Не нужно обливать его грязью.
– Простите, сеньора. Больше такого не повторится.
– Очень на это надеюсь! А теперь вон из кабинета!
И Педро молча вышел, явно чувствуя вину перед женщиной, но не перед её сыном.
Санта и Карлос были очень счастливы в свой медовый месяц. Они гуляли по городу, купались в море, загорали на пляже. Вода была прозрачной и теплой, а воздух тоже был чист и свеж. И кругом великолепный вид и красивая природа. Накупавшись досыта в море, они счастливые приходили в гостиницу, чтобы немного отдохнуть от жары, которая стояла уже который месяц.