Темный полдень

Андрей кивнул, соглашаясь с братом, и добавил, чуть улыбнувшись:

— Если не против, Айна. Будем как соседи, только на твоей территории.

Я, всё ещё в смятении после внезапного пробуждения потерла лицо, попыталась скрыть удивление и непроизвольный страх, мелькнувший в душе. Но, глядя на их усталые лица, осознала, что не так уж против этого внезапного соседства. С их поддержкой в доме становилось как-то спокойнее.

— Пару дней? — усмехнулась я, пряча лёгкое волнение. — Только предупреждаю, из удобств тут — кошки и чайник. Правда кошек много, чайник большой. Все остальное как во всех российских селах — за углом. Баня… — от этого меня серьезно передернуло, — в огороде. Я туда ни ногой.

— Посмотрим, — коротко ответил Андрей, хмурясь.

— И в холодильнике мышь повесилась, — призналась я. — Я все подарки…. Выбросила на помойку…. — снова по телу прошла невольная дрожь.

— Мы гости удобные, — заверил Леша, — со своим пришли. Сейчас из машины все принесу.

Он быстро вышел, оставляя нас наедине с братом. Я внезапно смутилась, не зная, как себя вести дальше. Но Андрей особо не торопился, подошел к стене, где висели мои схемы и внимательно рассматривал.

— Напомни никогда тебя не злить. — раздался его глубокий, чуть насмешливый голос.

Я подошла ближе и встала рядом.

— В том-то и проблема, что схемы незаконные, но не оригинальные. Каждая первая компания так делает. Нужно что-то посерьезнее этого.

— А у нас схемы хитрее, — ухмыльнулся он.

Я фыркнула и с улыбкой ударила его по плечу, чтобы сбить самоуверенную ухмылку.

— Умники, блин.

Он молча кивнул, соглашаясь со мной.

— Ты хоть спала сегодня?

— Только что встала, когда вы приехали. Правда не очень-то на моей кровати сейчас поваляешься, там твое кошачье семейство себе гнездо свили. И искренне недоумевают, почему я к ним заваливаюсь. Даже Обжорка от такой наглости в шоке.

Он рассмеялся, глядя на меня. Как и в его доме мне стало легко и свободно рядом.

— Айна, — взгляд его стал серьезнее, — пойдем-ка глянем баню….

— Нет! — на меня словно ушат холодной воды вылили, — никогда больше в баню не пойду!

— Айна, — он осторожно взял меня за руку, готовый в любой момент отпустить. — Мы уедем послезавтра. Но мыться-то надо.

— Я в сенях помоюсь, раньше так и делала.

— Айна…. В любом случае нужно посмотреть.

— Андрей, я три раза была в бане и три раза там со мной что-то делали. Только у тебя и у Натальи я просто мылась! Я не пойду туда, — меня начинала бить нервная дрожь.

Он осторожно притянул меня к себе и обнял. Я едва доходила ему до груди, спрятала лицо, мечтая, чтобы никто меня из этих объятий не достал.

Андрей держал меня бережно, словно боялся спугнуть, и его голос, мягкий и спокойный, действовал почти как лекарство. Я закрыла глаза, чувствуя, как напряжение уходит, уступая место чувству тепла и защищенности.

— Хорошо, — сказал он, успокаивая. — Ты оставайся здесь. Я сам проверю. Если что-то будет не так. Даже не подойдешь. Но посмотреть надо.

Я только кивнула, снова утыкаясь ему в грудь, как будто его тепло могло растворить воспоминания о тех днях и ночах. Он ещё раз ласково провёл рукой по волосам, а затем осторожно отступил, отпуская меня.

Леша, выкладывая продукты на стол, посмотрел на нас без тени усмешки.

— Я с тобой пойду, чтоб ни следа этой дряни там не осталось. Сволочи полоумные, — выругался он максимально мягко, явно сдерживая совсем иные слова.

Пока мужики разбирались с баней приготовила нехитрый ужин, накрыла на стол, не замечая, что слегка улыбаюсь. Присутствие и Леши и главное Андрея успокаивало, действительно отгоняло от меня все плохие мысли ощущения, все еще жившие в душе. Мне не комфортно было выходить на улицы села, которое жило не смотря на произошедшее. Как сказал Алексей, правду знали единицы, для остальных произошел просто несчастный случай в лесу.

Но оставалась еще куча нерешенных проблем и главная из них — мои отношения с Андреем. Я знала, что он любит меня, но ни на чем настаивать не будет. А я… я как та собака на сене: от одной мысли, что его не будет рядом в дрожь бросало, но и отчаянной страсти к нему я не испытывала. Его прикосновения были приятны, не вызывали никакого отторжения, напротив, когда он отпустил меня из рук — я испытала нечто, похожее на разочарование. И даже сейчас, слыша голоса братьев с улицы, на душе у меня становилось тепло и уютно, а мысль, что мы покинем это место уже совсем скоро, грела теплее пледа.

Хлопнула входная дверь.

— Что там? — не оборачиваясь, спросила я.

— Не гуд. — ответил Андрей. — Убираем все. Похоже и там тебя травили. Вода пахнет…. Судя по всему. Первый раз ты угорела… а вот потом… Айна, — он подошел сзади и развернул к себе. — Поедем ка отсюда завтра. Не хочу, чтобы ты здесь была.

Я подняла на него голову.

— Ты мне все расскажешь?

— Да. Но не здесь. Давай уедем. Баринов тебя не тронет. Не позволю.

Я невольно улыбнулась его решительности.

— Спасибо, — нерешительно, словно не очень понимая, что делаю, задела его за небритую щеку. — Я знаю. Ты всегда защищаешь меня, верно? Андрей, я…. прости меня!

Его глаза светились теплом, говоря лучше, чем любые слова. Он не шевелился, позволяя мне гладить шершавую от бороды щеку.

— Колючий….

— Побриться? — его голос прозвучал неожиданно мягко и просто, с какой-то детской непосредственностью.

— Нет, не надо…. — я снова улыбнулась. — Я привыкла к тебе такому….

— А мне…. Мне не хватает твоих волос, — признался он снова, задевая голову, чуть поглаживая пальцами, как бы привыкал к их новому виду, словно прощаясь с длинными локонами.

— Я психанула, — пробормотала я, глядя куда-то в сторону, пытаясь спрятать лёгкий румянец. — Я девочка, мне можно. Иногда.

Он чуть наклонился и поцеловал меня в лоб. Замер, не отрывая губ, ожидая моей реакции, оставляя ощущение чего-то родного, тёплого и нерушимого.

— Зараза! Ох…. Пардон… — Алексей влетел в дома и тут же дернулся, понимая, что влез не вовремя.

Андрей медленно отстранился, не убирая рук сразу, словно давая мне ещё немного времени почувствовать себя рядом, и только затем отпустил.

— Ты вовремя, как всегда. Я уже сказал, что уезжаем завтра.

— Андрей, я собрал образцы воды и….

— Позже, — жестко перебил брата Андрей, тревожно глянув на меня.

— Андрей? Что такое?

— Айна…..

— Не надо от меня ничего скрывать. Пожалуйста.

— Айна….

— Андрей, — я поднялась на цыпочки и слегка задела губами его щеку, — я справлюсь. Вы рядом, и мне не страшно. Я зря не пошла с вами в баню — нельзя бегать от этого дерьма постоянно. Что там? Леш?

— Вода…. В нее явно добавлено что-то. Пахнет приятно…. Но…. и под пологом, нашел кусочки какой-то дряни. От тепла они испарялись и отравляли воздух. Я немного поджег… ой, е! — его даже передернуло.

— Вот дебил! — выдохнул Андрей. — Лех, мозг тебе зачем дан?

— Айна…. — Алексей бросил быстрый взгляд на брата, но тот махнул рукой, — это не все. Мы там…. кукол обнаружили. Две штуки…. Явно ритуальные. Я их уже упаковал — Маханошиной покажем. В общем, реально, ребят, завтра уезжаем — сколько здесь еще подарочков, в том числе и в доме — никто не скажет.