Страница 265 из 572
— Но ведь мог бы взять на себя того чело из Старых Сатан, верно?" — с любопытством спросила Мизори.
— Возможно, но я сомневаюсь, что он самый сильный член Бригады Хаоса."
— Джеймс прав, — вмешался Кухулин, — к тому же, нет никаких шансов, что мы всегда будем вместе, когда они нападут."
Услышав это рассуждение, Мизори и Мока задумались об этом более глубоко.
— И поскольку Рири и Сона попросили Мастера помочь в их обучении, я решил, что с этого момента мы будем тренироваться вместе." — сообщил с решимостью Джеймс.
Мизори, Кухулин и Мока кивнули в знак согласия.
— О, мой малыш превращается в лидера." — произнесла Леона с улыбкой.
Джеймс повернул голову и беспомощно посмотрел на свою мать.
— Мам, тебе обязательно вот так портить настроение?"
— Конечно, нет, — улыбнулась женщина, — но выражение твоего лица оправдывает все мои усилия."
Глава 162: Встреча
С начала второго семестра прошла неделя. И за это время количество жалоб на занятия физкультурой резко возросло. Однако, поскольку никто не пострадал, школа проигнорировала их. Честно говоря, поскольку Демоны контролируют школу, есть большая вероятность, что жалобы были бы проигнорированы, даже если бы кто-то пострадал. Более чем вероятно, что пострадавшие были бы исцелены, а их воспоминания об инциденте - стерты.
Однако следует принять к сведению одну вещь. С тех пор как Скатах начала проводить занятия физкультурой, ученики, занимающиеся спортом, обнаружили, что время их тренировок стало более эффективным. Кроме того, всего за неделю Скатах изменила менталитет большинства девушек в Клубе ММА. Хотя они и не являются опытными бойцами, их отношение к дракам, особенно к самозащите, сильно изменилось. Вдобавок ко всему, многие из этих девочек начали боготворить Скатах.
— Учитель, вы пытаетесь вернуть культуру воинов в эту эпоху? — полюбопытствовал Джеймс, когда они выходили из зала ММА после дневных занятий в клубе. — Эти девочки будут до смерти пугать людей на улицах."
Скатах слегка улыбнулась, развернулась и начала уходить.
— Многие люди могут подумать, что я перестаралась, — сказала она, не оборачиваясь, — но если они будут оказывать определенное давление, то любые правонарушители или мерзкие личности, способные причинить им вред, будут вынуждены задуматься о коварных действиях."
— Что ж, вы не ошибаетесь, — согласился он, быстро догоняя Скатах, — однако с такой пугающей аурой, как у них сейчас, им будет трудно найти парней, знаете ли."
— Человек, который не может справиться с этой аурой уверенности, не достоин никого, кого я лично инструктировала." — с гордостью высказалась Скатах.
«У меня такое чувство, что Мастер ошибочно принимает жажду крови за уверенность. Но лучше придержать эту мысль при себе.»
Джеймс и Скатах продолжили болтать, возвращаясь к себе домой. Однако, проходя по одной из самых оживленных улиц на своем пути, они увидели пару знакомых лиц. Один, Россвайсс и мужчина средних лет с черными волосами и бородой.
— Приветствую, лорд Один, — окликнул Джеймс, увидев троицу, выходящую из сувенирного магазина, — не ожидал увидеть вас здесь."
Когда они услышали, как кто-то зовет Одина, троица повернулась в направлении голоса. Один и Россвайсс были приятно удивлены, увидев, что это Алаверус, поскольку он произвел на них хорошее впечатление. Мужчина средних лет, однако, посмотрел на парня так, как будто нашел врага на всю жизнь.
Почувствовав исходящую от мужчины средних лет враждебность, Джеймс слегка нахмурился и встретился с ним взглядом. Через мгновение он заговорил.
— Я предполагаю, что вы либо знаете меня, либо знаете обо мне, — сказал Джеймс мужчине, — но я не знаю, почему вы на меня так смотрите. Итак, не хотите ли представиться?"
Однако мужчина ничего не сказал, вместо этого он продолжал смотреть на него, излучая враждебность. Увидев это, Один и Россвайсс были смущены. Бог решил попытаться разрядить ситуацию.
— Джеймс, это сопровождение, которое Азазель организовал для нас, — рассказал Один, пытаясь не допустить, чтобы ситуация переросла в драку, — он один из сотрудников Григори, Баракиэль."
Как только прозвучало имя Баракиэль, глаза Джеймса на секунду расширились и на его лице появилась насмешка.
— Теперь-то я понимаю, — произнес Алаверус с презрением, — ты злишься, потому что я лучше забочусь о твоей дочери, чем ты когда-либо, да?"
Это застало Одина и Россвайсс врасплох. Они не ожидали, что Джеймс ответит такой враждебностью, когда услышит имя их сопровождающего. Баракиэль, с другой стороны, широко раскрыл глаза, как Джеймс, когда услышал его имя.
— Что вякнул, мелкий ублюдок!? — Баракиэль сердито взревел. — С кем, черт возьми, ты думаешь, ты разговариваешь!?"
— Смертельно раненый отец, который так и не появился, чтобы позаботиться о своей дочери после смерти жены?" — Джеймс ответил, наклонив голову и с невинным выражением лица.
Атмосфера застыла после этого комментария. Скатах, Один и Россвайсс почувствовали, как от обоих мужчин исходит гнев. Баракиэль начал дрожать от ярости.
— Ты ничего не знаешь, кусок дерьма! Я сделал все, что мог для Акено и Шури! Я не виноват, что клан Химэдзима напал, пока я был на задании!"
— Ты прав." — спокойно кивнул в знак согласия парень.
Баракиэль был удивлен тем, что с ним согласились. Однако Джеймс не дал ему времени заговорить.
— Но что ты делал, когда Акено сиротой скиталась по Японии после того дня? — резко спросил Джеймс, сузив глаза. — В возрасте десяти лет она почти год путешествовала по Японии в одиночку. Где ты был тогда? И где ты был, когда клан Химэдзима нашел ее и чуть не убил?"
Пока Джеймс продолжал допрашивать Баракиэля, его Демоническая Сила начала просачиваться. Почувствовав, как воздух начинает рябить от присутствия Алаверуса, глаза Баракиэля расширились. Его плечи поникли после упоминания о том, в каком состоянии была Акено после смерти Шури.
— И не говори мне, что ты не смог ее найти, — сердито продолжил Джеймс, — я не знаю, какой фигней ты там страдал, что так долго ставил это выше безопасности собственной дочери, и, честно говоря, мне все равно. Но я точно знаю, что именно я спас ее от верной смерти от рук клана Химэдзима."
Услышав это, Баракиэль сдулся еще больше. Однако Джеймс не замолкал.
— Обычно это право отца ненавидеть парней своей дочери и тому подобное дерьмо, — выражение лица его было полностью безразличным, — однако, к сожалению, у тебя нет такого права. Может быть, если бы ты был отцом, когда Акено нуждалась в тебе больше всего, я бы просто позволил тебе выплеснуть свой гнев из-за того, что у тебя забрали дочь. Да вот только ты сам отпустил ее много лет назад."
И с этими словами Джеймс ушел, в то время как Баракиэль опустил голову и стиснул зубы. Естественно, Скатах последовала за своим учеником. После того, как эти двое ушли, Один вздохнул. Он посмотрел на Баракиэля, который был явно подавлен, и покачал головой.
— Что ж, все прошло не так, как я ожидал, — произнес Всеотец, затем направился к следующему месту, которое показалось ему интересным, — давай, пойдем."
Россвайсс проследила за Джеймсом взглядом, она была немного тронута тем, как этот молодой человек разозлился из-за своей девушки, даже если это было направлено против ее отца. Баракиэль, с другой стороны, следовал за Одином и Россвайсс, выражение его лица постоянно менялось от гнева к вине и обратно к гневу и так по кругу.
Тем временем Джеймс и Скатах некоторое время молча возвращались к себе домой. В конце концов Джеймс нарушил молчание.
— Черт! — сердито выругался он. — Кажется, я сунул ногу куда не следует, но, когда я думаю обо всем, через что пришлось пройти Акено из-за того, что он так долго был призраком, я теряю самообладание."