Страница 68 из 86
– Кто будет следующий на очереди на исцеление? – проворчал Уиб в то время как массажистка продолжала обратабывать его веснушчатые лопатки.
– Никаких детей, – ответил Джонсон мрачно. – Флорида – не Луизиана, Чарльз. Служба благосостояния штата грозит закрыть нашу передачу, если мы будем использовать в своем шоу детей.
– Ублюдские язычники!
Чарли Уиб планировал совершить великое исцеление в утро турнира. Была воздвигнута роскошная кафедра, которая должна была стать частью пункта взвешивания.
– И что теперь? – спросил он.
– Завтра я еду в город поискать увечных, – сказал дьякон Джонсон.
– Надеюсь, не подлинных калек?
– Нет, – ответил дьякон. – С некоторыми из ветеранов этот номер проходит. Они зашибают палец и садятся в кресло на колесиках – и все остальное у них только в воображении. Думаю, мы можем сыграть на этом.
– Будь осторожен, – сказал преподобный Уиб. – Все, что нам надо – это безмозглого Рэмбо, рвущегося назад во Вьетнам, и все это в живом эфире.
– Не беспокойся, – сказал Джонсон. – Чарльз, я думал тебе будет приятно услышать хорошие новости.
– Разумеется.
Дьякон Джонсон сказал:
– Участники турнира собрались. Сегодня появилась пятидесятая лодка.
– Слава Богу.
Сто пятьдесят кусков за право участия в турнире должны были покрыть все расходы.
– Кто-нибудь известный? – спросил Уиб.
– Нет, какие-то братья, – сказал дьякон. – Собственно говоря, Эдди сказал, что никогда и не слышал о них. Их фамилия Тайл. Имена – Джеймс и Чико.
Проповедник хихикнул и перекатился на спину.
– Пока все не выясним, – сказал он, – этого достаточно.
26
Кетрин удивилась, когда увидела, что они проехали через переезд Голден Глейд, и дама в пункте по сбору дорожной пошлины даже не взглянула на Лукаса.
– Не могу этому поверить, – сказала Кетрин, в то время, как они продолжали свой путь.
Томас Керл за рулем нахмурился:
– Что она, черт возьми, сказала?
Когда они подъехали к пункту сбора дорожной пошлины, Керл вытянул руку с собачьей головой, чтобы получить билет. Дама в будке благосклонно взглянула на голову бульдога, которая уже заметно разложилась.
– Всего хорошего, – пожелала дама. – Я из Милкбоунза.
– И вам того же, – ответил Томас Керл и поехал дальше. Он дал собачьей голове имя Лукас.
– Почему не Люк? – спросила Кетрин.
– Что за дурацкое имя для собаки!
Томас Керл крепко сжимал пистолет в левой руке – поэтому ему пришлось протянуть за билетом правую руку, на которой была собачья голова. Именно этой рукой он вел машину. Кетрин могла заметить, что она сильно распухла и была заражена. Плоть, покрытая гноем, была серой, и на этом фоне были видны красные полосы в форме молний.
– Вы должны показаться доктору.
– После того, как повидаюсь с Деннисом, – ответил Томас Керл. – И после того, как встречусь с вашим чертовым муженьком.
Керл потел, как свинья.
Кетрин сказала:
– Он мне не муж больше.
– Я все еще собираюсь его убить из-за Лимуса.
– А мне нет дела до этого, – сказала Кетрин, глядя в окно, и, видимо, наслаждаясь ездой.
Томас Керл не знал, что с ней делать. Девушка должна была бы быть до смерти напугана.
– Подождите, пока он узнает, где вы.
– Декер? Что заставляет вас думать, что он еще мною интересуется? – блефовала она.
Томас Керл хрипло рассмеялся.
– Только то, что у него с миллион ваших чертовых фотографий.
– Моих?
– Да, под кроватью, в чулане, возможно, и в ящике, где он держит нижнее белье. Разве вы этого не знаете?
Кетрин не знала о фотографиях. Она попыталась представить, какие из них Р. Дж. сохранил и какие ему нравились больше других.
– Мой муж врач. Он мог бы заняться вашей рукой, когда вернется сегодня вечером.
Снова блеф. Джеймс бы упал в обморок от этого зрелища.
– Нет, – сказал Томас. – Мы едем в Лодердейл.
Он глянул вниз на собачью голову и улыбнулся.
– Ты согласен, Лукас?
Кетрин не удивилась, когда от Лукаса ответа не последовало. Но Томас Керл досадливо нахмурился.
– Лукас, ты меня слышишь? Черт бы тебя побрал, щенок, говори!
Разлагающаяся собачья голова безмолвно льнула к его руке. Томас Керл засунул дуло пистолета в пестрое ухо животного.
– Пожалуйста, не делайте этого, – закричала Кетрин, поднимая руки.
Не обращая больше ни малейшего внимания на дорогу, Томас воззрился на Лукаса и оскалил зубы.
– Мой папочка говорил, что следует им показывать, кто босс. Будь то собаки или жены, – сказал он, – вы не должны позволять им своевольничать, а иначе они совсем отобьются от рук. Разве я не прав, Лукас-мальчик?
Снова молчание.
Томас Керл поднял пистолет:
– Гадкая собака, Лукас!
Кетрин прикрыла рот рукой и издала приглушенный лай. Керл осклабился и наклонился вперед.
– Слышишь?
Кетрин снова тявкнула. Лучше пусть это, чем разрешить ему палить в машине, идущей со скоростью семьдесят миль.
– Вот это мой щенок, молодец, – сказал Керл рассеянно. Он положил пистолет на колени и похлопал собачью голову:
– Ты хороший парень, Лукас. Я всегда это знал.
– Гав! – сказала Кетрин.
Скинк наловил еще лещей и заставил Эла Гарсию поработать с сетью, и так они трудились до рассвета. Наконец они дали отдых монстру, и Скинк начал грести обратно, пересекая озеро Джесап поперек. Когда они вытащили «скиф» на берег, Гарсия заметил две машины, припаркованные позади грузовика Скинка рядом с хижиной. Одна принадлежала Джиму Тайлу, патрульному. Другая была «Корветом» цвета мандарина.
– Гости, – сказал Скинк, снимая свой капюшон от дождя.
Их было четверо, и все они сидели вокруг костра: Декер, Тайл, Лэни Голт и женщина, которую Скинк не узнал. Декер представил ее как Эллен О'Лири.
– Как глаз? – спросил Джим Тайл.
Скинк ухмыльнулся и снял солнцезащитные очки.
– Как новенький, – сказал он. Все почувствовали, что должны сказать что-нибудь лестное о совином глазе.
– Вы голодны? – спросил Скинк. – Возьму грузовик и поеду найду что-нибудь на завтрак.
– Мы умяли несколько пышек по дороге сюда, – ответил Декер.
Скинк кивнул:
– Я вроде бы голоден, – сказал он. – Пожалуйста, уберите с дороги машины.
– Возьмите мою, – сказала Лэни, выуживая ключи из кармана джинсов. – Еще лучше будет, если я поеду с вами.
– Черта с два, – сказал Декер.
– Не возражаю, – сказал Скинк, – если вы не против.
– Но больше никаких шуток с веревками, – сказала Лэни. Это был ее особенный завлекательный голос, которым она говорила с мужчинами, и Декер узнал его. Она села на пассажирское место, а Скинк втиснулся на водительское в ее «Корвете».
– Надеюсь, ей понравится омлет из опоссума, – сказал Декер.
Скинк и Лэни уехали и пропали надолго.
Эл Гарсия рассказал Декеру план, начав словами:
– Этот человек совсем сумасшедший.
Джим Тайл ответил:
– Он знает, что делает. Вы можете ему доверять.
План Скинка был в том, чтобы испортить великий турнир окунеловов и свести его на нет. Его план был – саботировать Озера Ланкеров как курорт в рекламной программе национального телевидения.
Гарсия сказал Джиму Тайлу:
– Мы будем рыбачить вместе.
– На турнире?
– Он уже внес за нас вступительный взнос, – сказал Гарсия. – Самая лучшая часть в этом плане, кажется – это херманос-братья.
Джим Тайл покачал головой. Он улыбался.
– Мне это нравится, – сказал он. – Не знаю почему. Но нравится.
Слабым голосом вмешалась Эллен О'Лири:
– Вы не выглядите такими похожими.
– У нас похожие глаза, – сказал Гарсия без улыбки. – Это обещает быть забавным.
Слово «забавно» было не то, которое выбрал бы в этом случае Декер. События приобретали опасный характер и выходили из-под контроля. Вдруг одноглазый пожиратель жертв дорожных происшествий возможно с травмой мозга, захочет руководить всей программой. И что было удивительно, Гарсия готов действовать с ним заодно. Декер не мог представить, что же могло случиться, пока он и Джим Тайл были в Кресент Бич.