Кровавая схватка

Она предупреждающе покачала головой, одарив его своим лучшим упрямым взглядом. Казалось, он осознал тот факт, что он ни за что не пойдёт туда без неё.

Стиснув зубы, он снова обратил своё внимание на дверь. Ловко, бесшумно он отодвинул её в сторону.

За нею было тесное помещение, плохо освещенное, если не считать намёка на свет, пробивающийся из открытой двери слева.

Комната, которую София помнила слишком хорошо.

Увидев комнату снова, она почувствовала прилив гнева и негодования, новое унижение, не в последнюю очередь потому, что Джаск стоял рядом с ней и, наконец, сам увидел, через что ей пришлось пройти.

Вдоль противоположной стены стояли три односпальные металлические кровати. Кровати, прикрученные болтами к полу, были застелены лишь перепачканными матрасами. Наверху, зарешеченное и частично заколоченное окно едва ли пропускало достаточно лунного света, не говоря уже о дневном свете. Она хорошо это запомнила, то приходя в сознание, то снова теряя его за то время, что находилась там.

В дальнем верхнем правом углу за дверью находилась видеокамера, которую, как она не сомневалась, Марид использовал не только для наблюдения за самочувствием своих пленников. Единственный металлический унитаз и раковина были спрятаны под ней.

Джаск взглянул на неё. В его глазах было беспокойство. Он знал так же хорошо, как и она, что ей повезло выжить.

— Как я уже сказала, — прошептала она, — его давным-давно следовало уничтожить.

Джаск отступил назад из комнаты, чтобы обратить своё внимание на единственную другую дверь внизу, в конце коридора. Эта дверь была плотно закрыта.

Она посмотрела на Джаска, в его прищуренные глаза.

— Что? — прошептала она.

— Оставайся здесь, — сказал он, приподняв ладонь и осторожно продвигаясь вперёд.

— Чёрта с два я останусь, — отрывисто прошептала она, следуя за ним.

Но когда его глаза снова встретились с её, и они вспыхнули беспокойством, дискомфорт сжал её грудь.

— Джаск?

Он продолжил путь по коридору.

И остановился в метре от двери.

Он протянул руку и повернул ручку.

И тут же поднес тыльную сторону ладони к носу.

Вонь была невыносимой даже для неё, не говоря уже о нём. Она инстинктивно шагнула назад, едва взглянув на залитые кровью стены, прежде чем отпрянуть.

Она отвернулась, снова встав лицом к коридору, и судорожно глотнула воздуха.

Когда она снова обернулась, Джаск уже вошёл в комнату, всего на тридцать сантиметров внутрь, но этого было достаточно, чтобы в полной мере оценить масштабы бойни.

И резня была своеобразным выражением того, что она увидела лишь мельком.

— Марид? — спросила она через плечо.

Он кивнул.

— То, что от него осталось.

Она прикрыла рот ладонью — не от печали, не от сожаления, а чисто физически реагируя на зловоние его останков.

— Недавно?

— Я бы сказал, последние двадцать четыре часа.

Она повернулась, взяла себя в руки и, войдя в дверной проём, встала позади него. Она всегда думала, что сможет с этим справиться — никогда не могла понять, почему в фильмах многих рвало на первом месте преступления. И это никогда не раздражало её больше, чем когда первой выбегала женщина.

Но прямо там и тогда она поняла, что именно это и произошло бы, если бы у неё в желудке было что-нибудь, что могло бы попроситься наружу. Вместо этого она сухо выругалась, проглотив кислый привкус, возникший у неё во рту.

Марид был разорван на части до такой степени, что комната выглядела так, будто обезумевший мясник, которого оставили на скотобойне, разделывал всё, что ему попадало под руку.

Она снова отстранилась, сделав несколько шагов назад по коридору.

— Какого хрена… — прошептала она.

Её тело похолодело, руки онемели, несмотря на то, что лицо пылало жаром.

— Давай выбираться отсюда, — сказал Джаск и, схватив её за руку, повёл обратно вверх по ступенькам.

— Кто это сделал? Это должен быть третий вид, верно? Я к тому, что его не просто зарубили… его буквально разорвали на части. Ты думаешь, это они? Те, что пришли за Альянсом? Что, на хрен, происходит, Джаск?

Он повел её обратно вверх по ступенькам, обратно в коридор наверху. Его глаза были настороженными, а его напряжение выбивало её из колеи еще больше.

— Что мы собираемся делать? — спросила она, изо всех сил стараясь не отставать от него, когда он ворвался в дверь и промаршировал обратно мимо игровой площадки.

— Мы уходим отсюда, — сказал он, озаряясь через плечо и осматривая каждую часть недвижимости, через которую они возвращались.

— Должно быть, это как-то связано с Альянсом. Совпадение слишком большое. Но зачем им преследовать Марида? Насколько отчаянно они хотят замести следы?

— Всё, что мы знаем, это то, что мы только что потеряли наше лучшее и единственное преимущество.

Он нахмурился, посмотрев на неё. А потом он остановился, София сделала то же самое. Он убрал несколько влажных волос с её щеки движением, которое было на удивление нежным.

— Ты дрожишь.

— Мне холодно, — сказала она. — А чего ты ожидал?

— Ты также в шоке.

— Я в порядке. Я могу справиться с мертвым телом или двумя. Особенно вампиров, — она провела рукой по онемевшему носу, и затем скрестила руки. — Кого не волнует кодекс? Кто готов прийти сюда и сразиться с Альянсом, а также разорвать одного из своих членов на части?

Всё это казалось слишком очевидным.

— Это должно быть связано с Калебом, верно?

— Это не в его стиле.

— Убийство, нанесение увечий и пытки? Ты что, издеваешься надо мной?

— Марид сделал свою работу. Он доставил тебя. Для Калеба нет никакого смысла желать ему смерти. Кроме того, если бы ты была нужна Калебу, он бы пришёл за тобой и нашёл бы тебя, а не нанял кого-то. Марид — последний вампир, с которым Калеб связался бы. И он также был бы там, внизу, в этих руинах, занимался бы всем лично. Прятаться за спинами других — не в его стиле.

— Калеб — чудовище, и все это знают. Говори, что хочешь, для меня это достаточное доказательство.

— Это ничего не доказывает.

— Это достаточное доказательство того, что я должна вытащить оттуда своих сестёр. Что я…

— Твоих сестёр?

Она захлопала глазами, как будто это могло забрать то, что она сказала.

Когда она открыла их снова, то ожидала, что её встретит допрос в стиле Джаска. Вместо этого он смотрел поверх её плеча в темноту за её спиной. Его глаза были настороженно прищурены.

— Что случилось? — прошептала она, чувствуя, как болезненно колотится её сердце.

— Вампиры, — прошептал он в ответ.

ГЛАВА 29

Джаск уловил три разных, насыщенных запаха.

— Неприятности? — спросила София.

— Ведут себя тихо. Трое из них, насколько я могу судить.

— Засада?

— Если ты принимаешь меня всерьёз, то в этом есть что-то большее.

Гораздо большее, если их было всего трое. Даже пьяные вампиры не были такими глупыми. В таком пространстве, с таким небольшим вмешательством любых других запахов или шумов, их было легко обнаружить и определить местонахождение.

София уставилась в темноту.

— Ты думаешь, они следили за нами от «У Хемлика»?