Кровавая схватка

И ей нужно было доказать, что она может это сделать — не только себе, но и ему. Выражение его глаз, когда он расспрашивал её о серринности там, в комнате Трэвиса, вызывало беспокойство. Если он выяснит, что она даже ни разу не совершила убийства как серрин, кроме тех, что были в руинах, он отправит её обратно в комплекс. Её охота будет закончена. Это был её шанс раз и навсегда сбить его со следа.

Кроме того, ей нужно было знать, на что она способна — расправить свои неоперившиеся крылышки. И хотя ей не хотелось это признавать, было что-то обнадеживающее в обеспечении безопасности, в том, что Джаск был поддержкой на случай, если что-то пойдёт не так.

— А что, если он тебя узнает? — спросил Джаск. — Что, если он был одним из тех, кто помог Мариду заполучить тебя?

— Тогда ему будет ещё любопытнее, верно?

— Нет, — сказал Джаск. — Это слишком рискованно.

Её сердце забилось немного быстрее. Её грядущий вопрос был столь же эгоистичным, сколь и тактичным.

— Ты беспокоишься обо мне, Джаск?

Он на мгновение задержал на ней взгляд.

— Я беспокоюсь о том, что ты всё испортишь.

Её сердце упало. Она сложила руки на столе и наклонилась вперёд.

— Я повторю ещё раз. Это то, что я делаю. Я создана для этого, и я чертовски хороша в этом. Если ты не собираешься использовать ресурсы, которые находятся прямо перед тобой, чтобы добиться этого, то это ты отвлекаешься от главного. Если только та маленькая речь, которую ты произнёс для меня у Трэвиса, не относится ко всем, кроме тебя.

Джаск смерил её взглядом, но она ответила ему тем же.

— Он вернётся с минуты на минуту, Джаск. Возможно, это наша единственная возможность.

Он задумчиво оглянулся на портьеру.

— Никто не обратит внимания на то, что я туда проскользну, — настаивала она. — При виде меня его защитная реакция будет ниже, чем при виде тебя. Ты же понимаешь, что в этом есть смысл. Сделай разумный выбор, Джаск.

Секунды шли, София была в нескольких шагах от того, чтобы выдвинуть ещё одну просьбу, когда он снова посмотрел на неё.

— Если я не увижу, что второй выйдет меньше чем через пять минут, я явлюсь туда, — сказал он. — Я даю тебе ещё десять минут побыть с Зи, и всё. И ты не покидаешь здание, ты меня поняла? Я могу уловить твой запах только с ограниченного расстояния в местах, подобных этому.

Её сердце бешено колотилось. Он уступал. Он действительно уступал. Только теперь она не была до конца уверена, что хотела этого от него.

Но было уже слишком поздно передумывать.

Она потянулась за своим стаканом и залпом допила остатки. Затем она выскользнула из кабинки и встала, её пристальный взгляд задержался на Джаске ещё на секунду.

— Будь осторожна, — сказал он.

Она никогда бы не подумала, что два слова произведут такое впечатление.

Она кивнула.

— Всегда.

* * *

Джаск слышал, как колотится её сердце, когда она пересекала помещение бара по направлению к портьере, но он не мог сказать, было ли это от адреналина или страха. Может быть, и то, и другое.

Когда она скользнула за портьеру, он уставился в свой стакан.

Казалось неправильным отправлять её туда одну. Но ему нужно было обуздать свою мужскую склонность к покровительству. Это было оскорбительно для неё и неоправданно для него. Она была права: было разумнее, если она пойдёт туда одна. То, что он предпочёл не замечать характерных черт серрин, ещё не означало, что их там не было. То, что он видел её уязвимые места, не означало, что он не мог видеть её сильных сторон.

И если она, в самом деле, знала, что делает, у него наконец-то будут необходимые доказательства того, что она готова к выполнению своей задачи.

Но мысль о том, что она останется наедине с Зи… мысль о том, как к ней прикасается вампир. Мысль о том, как он вонзает в неё свои зубы. Мысль о том, что он причинит ей боль. Мысль о том, что он зайдёт слишком далеко, прежде чем Фия сможет обрести контроль.

Он сделал ещё один глоток.

Он хотел сказать больше, прежде чем она ушла, но ему было так же комфортно, когда она видела его слабости, как и ей, когда он видел её. Он даже не был уверен, что она поймёт. Она всегда искала только различия между ними — те различия, которые она была приучена видеть, а не сходства, которые становились всё более очевидными. Потому что всё больше и больше он чувствовал, что ни один из них не хочет начинать испытывать друг к другу те чувства, которые у них были.

Чувства которые он не мог себе позволить — не только ради своей стаи, но и потому, что он не мог позволить, чтобы его сердце снова было разорвано на части. Ведь именно это произойдёт, если он позволит своим чувствам к серрин развиться. Потому что то, как презрение к нему в её глазах, проникало слишком глубоко много раз, говорило ему, что он и так чувствует больше, чем следовало бы.

Когда портьера отодвинулась, его сердце пропустило удар. Он почти пожалел, что у него нет предлога зайти туда. Вместо этого вампир, который сопровождал Зи, направился обратно и присоединился к своим товарищам.

Теперь Фия осталась наедине с Зи. Одна в этом тёмном, обшарпанном коридоре.

Соблазняла его.

Он поставил пустой стакан на стол чуть сильнее, чем намеревался.

Он почувствовал её запах ещё до того, как уловил её силуэт краем глаза.

Она была босиком, джинсовые шорты едва прикрывали верхнюю часть её стройных бедер. Белая рубашка без рукавов была низко расстёгнута, открывая отсутствие лифчика под ней.

Он посмотрел в её юные глаза, когда она медленно обвела его взглядом. Её губы изогнулись в улыбке на густо накрашенном лице. Искусно уложенные локоны каскадом рассыпались по плечам.

Она наклонилась вперёд, положила руки на столик в кабинке и выставила своё соблазнительное бедро в сторону, готовясь сесть напротив него.

Джаск прислонился головой к стене.

— Даже не трать понапрасну своё время, — сказал он, пронзая её взглядом насквозь.

Она не стала ждать больше ни секунды, ускользнув прочь так же бесшумно, как и появилась.

* * *

София отодвинула заплесневелую тёмно-синюю портьеру. Несколько ступенек вниз были такими же узкими, как и коридор, в который они вели. Ничем не украшенные кирпичные стены, такие же неприветливые, как бетонный пол, и открытые электрические лампочки, свисающие с высоты шести метров.

Музыка внезапно показалась далёкой. Тяжёлый занавес приглушал всё в том, что теперь казалось потусторонним миром. И там, внизу, было холодно. Крошечные волоски на её руках встали дыбом. Но она знала, что дело было не только в холоде. Её ладони стали липкими, пульс учащался, головокружение брало верх.

Дойдя до нижней ступеньки, она подумала о том, чтобы развернуться и направиться прямиком обратно в объятия Джаска.

В объятия ликана, который изначально позволил ей спуститься туда? Кто согласился на то, чтобы она поставила себя в такое положение?

К своему несчастью, она слишком настаивала, приводила слишком веские доводы. И всё это в попытке казаться сильной, обрести контроль, обмануть его, заставив думать, что она полезна. Чтобы произвести на него впечатление.

И бежать к нему сейчас было бы не только унизительно, но и вызвало бы у него подозрения.

Она сможет это сделать. Вот что она должна была сказать себе, застыв у подножия лестницы. Она была создана для этого. И ей давно пора было немного попрактиковаться. Если она собиралась преследовать Калеба Дехейна и Кейна Мэллоя, если она собиралась встретиться лицом к лицу с тем вампиром, который уничтожил Альянс, ей нужно было учиться быстро.