Соблазнитель

— Да, все верно! Иногда я так расстраиваюсь, что мне трудно оставаться милой.

— Понимаю. Итак, давайте поговорим о ваших личных границах. Как полагаете, вам удается их выстраивать?

Она покачала головой.

— Это не похоже на утвердительный ответ. Но я вам помогу, поделившись простым правилом, которое нужно запомнить. Готовы? — спросила я и повернулась к своим слушателям. — Кстати, это правило подходит всем, кто был воспитан быть милым.

Все закивали головами, когда я подняла руку и произнесла громко и четко.

— Лучше быть добрым, чем милым.

Многие обменялись растерянными взглядами, поэтому я объяснила.

— Устанавливать свои границы решительным, но доброжелательным способом намного лучше, чем давать приторное согласие, которое не является искренним и приведет вас к негодованию. Видите ли, милые люди часто в конечном итоге ожесточаются, потому что чувствуют, что их используют.

— Да, именно так и произошло, — согласилась женщина.

Я развела руками.

— Никто не сможет воспользоваться вами, если вы сами этого не позволите. Правда в том, что ваша коллега, вероятно, понятия не имеет, какие чувства вы испытываете. Скорее всего, она описала бы вас как милую и услужливую коллегу и была бы опечалена, если бы узнала, что вы чувствовали себя использованной.

Женщина вздохнула и опустила взгляд.

— Возможно.

— Или… — я подняла палец и приподняла брови. — Ей абсолютно наплевать, и она просто пользуется вашей услужливостью, — заявила я, хотя сомневалась в своей правоте. — Но в любом случае вы единственная, кто может изменить ситуацию, установив свои границы доброжелательным и решительным способом. Облегчите ей и другим людям возможность считаться с вами, говоря «да» только тогда, когда вы хотите сказать «да», и «нет», когда хотите сказать «нет».

Сьюзи почесала руку со смущенным видом.

— Я не хочу быть грубой.

Я улыбнулась.

— Я не прошу вас быть грубой. Вы можете сказать «нет» и при этом остаться вежливой. Люди делают это постоянно. Послушайте, разве есть альтернатива? Вы питаете к ней неприязнь и жалуетесь на нее другим? Излишняя милота выглядит привлекательно снаружи, но со временем она имеет тенденцию переростать в ожесточенность, а иногда даже разлагаться изнутри. Вместо этого практикуйте доброжелательность.

Она снова кивнула. Я посмотрела на нее с сочувствием, прежде чем обратиться к слушателям:

— Возможно, в вашей жизни не было такой же ситуации, но я уверена, что вы встречали человека, который по какой-то причине раздражал вас больше, чем другие. Как вы знаете, мы не можем изменить других, поэтому гораздо проще взглянуть на свое собственное поведение. Позволите ли вы этому человеку переступить ваши границы? Если да, возьмете ли вы на себя смелость изменить их. Если границы не проблема, пришло время разобраться, почему этот человек так сильно вас раздражает. Легко обвинять другого. Но часто наше раздражение возникает из-за того, что они для нас как зеркало. — Я замолчала и огляделась, убедившись, что люди поспевают за моей мыслью. — Мы видим в них что-то такое, что нам не нравится в самих себе — раздражающее напоминание о том, что мы несовершенны.

Некоторые зрители слегка усмехнулись и кивнули.

— Либо другой человек обладает чертами характера, которые мы хотели бы иметь сами. — Я посмотрела на женщину. — Что, как я думаю, играет определяющую роль в вашем случае.

— О? — она приподняла брови.

— Вашей коллеге дается легче то, что не дается вам.

— Нет, вы не понимаете, — сказала Сьюзи. — Я та, кто помогает ей с работой, потому что она с ней не справляется.

Я наклонила голову.

— Знаю, но она с легкостью просит о помощи. Вы сказали, что она делает это ежедневно.

— Да, несколько раз в день.

— Вы бы никогда не пошли на такое, так? Вам трудно попросить о помощи.

— Да, я действительно не умею просить о помощи.

— Знаю, иначе вы бы подняли руку, когда я спросила, нужна ли кому-нибудь помощь в преодолении конфликтной ситуации.

Она тихо рассмеялась.

— Метко подмечено.

— Как видите, это лишь подчеркивает, почему вас так раздражает, что у вашей коллеги с этим нет проблем.

Женщина прикусила губу и задумалась.

— Как я понимаю, — заметила я, — это не ее вина, что вы говорите «да», когда хотите сказать «нет», и это не ее вина, что она умеет просить о помощи, а вы нет.

Сьюзи склонила голову.

— Думаю, вы правы.

— Ваше согласие — это большой шаг вперед, — улыбнулась я. — Однако, что-то мне подсказывает, что ваше мнение о ней не изменится, когда в следующий раз вы пойдете на работу. Итак, давайте рассмотрим третий фактор.

Сьюзи кивнула.

— Величайшие учителя учили нас, что в основе каждого конфликта лежит предпосылка. Вы уже согласились с тем, что в вашем случае ваша коллега может даже не знать о том, что переступает ваши границы и отнимает у вас слишком много времени. Вы предположили, что для нее это должно быть так же очевидно, как и для вас, поэтому пришли к выводу, что она воспользовалась вами.

— Верно.

Сделав шаг вперед и наклонив голову, я спросила:

— Как думаете, что бы произошло, если бы вы приняли другое предположение? Что, если бы вы предположили, что она старается изо всех сил?

Сьюзи выглядела задумчивой, но ничего не сказала.

— Если бы вы приняли это предположение, вам бы пришлось поверить, что в этом нет ничего личного, и ваша коллега не пытается вас использовать.

— Хорошо, — сказала она и кивнула. — Но что мне тогда сказать в следующий раз, когда она придет просить меня о помощи?

— Вы скажете «да», если у вас есть время, или скажете «извините, но сейчас я не могу вам помочь», если у вас нет времени. Поначалу будет трудно, но станет легче, когда вы немного попрактикуетесь.

Внезапно руку подняла девочка-подросток, и я указала на нее.

— У тебя есть вопрос, дорогая?

— Я просто хочу добавить, что коллега, о которой мы говорим, возможно, пока еще не очень хорошо справляется со своей работой, но она эксперт в обращении за помощью, поэтому стоит обратить внимание на то, как она это делает, для детального изучения техники эксперта. — Она немного покраснела под взглядами присутствующих людей. — На всякий случай, если вы сами захотите стать лучшей в этом, — добавила она и опустила взгляд.

— Великолепная мысль, — похвалила я девушку и повернулась к Сьюзи.

— Спасибо, — произнесла она и склонила передо мной голову. — Это, безусловно, дало мне пищу для размышлений.

Я одарила ее еще одной искренней улыбкой.

— Не за что, дорогая моя.

Мы продолжили занятие, разговаривая в основном о конфликтах и о том, как их наилучшим образом разрешить. Для меня это был прекрасный способ отвлечься, но как только урок закончился, и я отложила свое виртуальное устройство, ничего не изменилось.

С уходом Финна мой дом был все так же пуст, так что мне не удалось избежать новых волн грусти и тоски, которые накрыли меня с головой. У меня не было опыта работы с разбитым сердцем, кроме как на уровне теории, и я уже последовала всем советам, которые дала бы кому-то другому.

Когда Карина позвонила и сообщила, что Финна показывали в новостях, я долго не решалась их смотреть. От одного взгляда на него мой пульс зашкаливал; мне пришлось сделать несколько дыхательных упражнений, чтобы успокоить сердце.