Соблазнитель

Через кухонное окно я наблюдала, как Тристан и его брат и сестры играли в снегу. На мой взгляд, было слишком холодно, и я вернулась в дом под предлогом того, что приготовлю для всех нас немного горячего какао и домашний торт. Ханс поспешил предложить свою помощь.

— Надеюсь, он их не уронит, — произнес Ханс с нервной улыбкой на губах, когда Финн присел на корточки и подхватил Сэмюэля и Шарлотту, чтобы позировать для снимка, который делал Тристан. Пятилетние близнецы широко улыбались, когда Финн снова поднялся, и каждый из них сидел у него на плече.

— Он очень силен, — пробормотал Ханс.

— Да, — согласилась я, когда эти нежелательные бабочки снова запорхали у меня в животе.

Сегодня была наша последняя ночь вместе. Мои грандиозные планы преподать Финну уроки просветления и мира потерпели фиаско. Он не проявлял никакого интереса к медитации или другим видам духовной практики. На данный момент он был все так же закрыт, не собираясь делиться своими секретами, как и тогда, когда впервые приехал.

Каждый раз, когда я думала о том, что Финн завтра уедет, на меня накатывали волны разочарования и грусти. Я списывала это на свои наивные амбиции, полагая, что мне удастся развить в нем сопереживания за пять дней.

Сегодня вечером я в последний раз сниму фальшивое проклятие, и он тут же найдет первую попавшуюся женщину, которая позволит ему с ней переспать.

Я никогда не узнаю, действительно ли он нашел с ней удовлетворение, потому что прекрасно понимала, что после завтрашнего дня между нами больше не будет никаких контактов.

Вот опять, это щемящее чувство в моем сердце.

— Ты можешь позвать их, — предложила я Хансу. — Горячий шоколад готов.

Две минуты спустя воодушевленные голоса четверых детей смешались со смехом Финна, когда они захватили мой маленький дом, побросав обувь, куртки, шапки и перчатки в каждом углу, и ринулись с кухонному столу за своим куском торта и кружкой какао.

— Но если твой друг такой высокий, ему придется пригнуть голову, чтобы пройти в эту дверь, — произнес Тристан в середине разговора с Финном.

— Само собой, — подтвердил Финн. — Говорю тебе, я карлик по сравнению с ним.

— Но ты такой высокий, — произнес Тристан с благоговением в голосе.

— Знаю, но Магни намного выше. Во мне шесть футов два дюйма, а в нем почти семь футов.

— Вау, какой высоты этот потолок? — спросил Тристан и поднял руку, чтобы посмотреть, сможет ли он дотянуться до него.

— Понятия не имею, — пожала я плечами.

Тристан и его младшая сестра Рива начали искать приложение для измерений на своих браслетах и вскоре измеряли высоту моего потолка.

— Два метра и тридцать пять сантиметров, — сказала Рива и снова посмотрела вниз. — Это семь целых две десятых фута.

— Напомни еще раз, какого роста Магни? — спросил Тристан.

— Почти семь футов ростом.

— Это два метра и четырнадцать сантиметров, — сказала Рива и округлила глаза. — Безумие какое-то.

— Вовсе нет, в Северных землях у многих мужчин рост даже выше.

— Но почему вы, северяне, такие высокие, в то время как мы нормального среднего роста? — с любопытством поинтересовалась Рива.

— Мясо! — заявил Финн. — Всё потому, что мы едим много мяса. К тому же у нас хорошая генетика. Все наши парни рождены от северян, и каждое поколение, кажется, становится выше и сильнее.

— У нас в школе тоже есть несколько высоких парней, — сказал Тристан. — Я один из них. У нас даже есть девушка почти моего роста.

— Знаю, — подала голос Рива, — и это странно, потому что я слышала, как учительница говорила, что никогда не видела в школе так много высоких детей, как в последние несколько лет.

Тристан перевел взгляд на меня.

— Ты была в Северных землях, Афина, ты познакомилась с другом Финна, Магни?

— Познакомилась, — подтвердила я. — Он меня похитил.

Тристан, его брат и сестры замолчали.

— Как он тебя похитил? — спросила Рива, которой было одиннадцать лет.

Я грустно ей улыбнулась.

— Это страшная история, вы уверены, что хотите ее услышать?

Все дети кивнули, и, поскольку мест больше не осталось, Финн сел на пол, прислонившись спиной к стене, потягивая горячий шоколад с довольной улыбкой на лице.

— Что ж, мне придется начать с того, что произошло не здесь. Мы находимся довольно далеко от границы, ни одни северянин не сможет прийти сюда и похитить вас, — уверила я и посмотрела на Шарлотту. — Так что тебе не стоит беспокоиться, милая, — успокоила я и продолжила. — Каждый год в мае здесь, в зеленой зоне, проходит собрание жриц. Это шанс для нас поучиться друг у друга и отпраздновать прогресс, достигнутый каждой жрицей. Также на этих ежегодных собраниях мы удостаиваемся чести получить еще один символ на нашем лбу в виде тату, чтобы показать наш уровень мудрости в определенных теологических областях.

Сэмюэль с нетерпением спросил:

— Но как же тогда тебя похитили?

— В этом году собрание проходило на севере, примерно в двух часах езды отсюда, и я направилась туда, чтобы встретиться с другими жрицами за ужином. Именно тогда из ниоткуда на меня напал великан.

— Настоящий великан? — произнесла Шарлотта и придвинулась поближе к Тристану, который обнял пятилетнего ребенка.

— Когда я говорю «великан», Шарлотта, я просто имею в виду крупного мужчину.

Маленькая девочка кивнула с серьезным выражением лица.

— Я испугалась его и попыталась убежать, но он был таким большим и сильным, что без труда подхватил меня и просто унес с собой.

— Куда? — нетерпеливо спросил Тристан. — Тебе удалось увидеть Северные земли?

— Кое-что, но когда мы приехали, была ночь, и я мало что могла разглядеть в темноте. Кроме того, думаю, я была без сознания, потому что часть путешествия совсем не помню. — Я сделала глоток какао и кивнула на Финна. — Оказалось, что Магни, человек, который похитил меня, был братом Хана Аврелия.

— Кто он такой? — спросил Сэмюэль.

— Хан — правитель Северных земель, и именно он попросил Финна присмотреть за мной.

Финн поднял свою чашку.

— Всегда пожалуйста, милая, — с улыбкой выдал он. — За хорошо проведенное время вместе.

Дети переводили взгляд с меня на него и обратно.

— Было весело находиться в заложниках? — спросила Рива, которая, как я знала, была очень тихим ребенком.

— Эй, Рива, милая, позволь мне спросить тебя вот о чем, — произнес Финн. — Тебе было весело играть в снегу?

— Очень весело, — кивнула девушка.

— Афина выглядела такой же веселой?

— Нет, но думаю, ей просто было холодно.

— Но, наверно, не холоднее, чем всем нам. Итак, из этого следует вопрос: Афина — подходящий человек для веселых игр в снегу? — спросил Финн у Ривы.

— Нет, думаю, что нет.

— А это доказывает, что Афина не знает, как веселиться. Она слишком серьезна для этого, но знаете что?

— Что? — спросил Сэмюэль.

— Держу пари, если бы один из вас стал моим заложником в Северных землях, нам было бы очень весело вместе.

Тристан и Сэмюэль кивнули, после чего начали уплетать свой торт.

— Быть заложником — не весело! — Никто не осмелился со мной поспорить, кроме Финна, который демонстративно зевнул и указал детям на меня, произнеся одними губами слово «зануда».